Гражданский иск в уголовном деле

Основание гражданского иска в уголовном деле


В науке гражданского процессуального права, наиболее детально разработавшей положение об иске, приняло различать в качестве одного из элементов данного института основание иска1Юдельсон К. Советское гражданское процессуальное право. М., 1965. С. 196., т.е. юридические факты, на которых истец основывает свои требования. Это положение всецело распространяется на гражданский иск потерпевшего в уголовном процессе. Гражданский иск потерпевшего не может быть обеспечен, более того, не может быть разрешен судом, если нет юридического факта, обусловливающего возникновение материально-правовых отношений.

Основание иска составляют юридические факты, из которых истец выводит свои исковые притязания и с которыми закон связывает возникновение правоотношения между истцом и обвиняемым (гражданским ответчиком). Такими фактами являются: совершение преступления, причиненный вред на стороне истца, наличие причинной связи между совершенным преступлением и наступившими последствиями в виде материального и (или) морального вреда.

Совершение преступления. Факт совершения преступления означает нарушение запретов, установленных нормами уголовного права, и, как сложный юридический факт, порождает уголовно-правовые отношения, а также гражданско-правовые отношения. Но в уголовном процессе могут реализоваться только такие гражданско-правовые отношения, которые возникли в результате причинения непосредственно преступлением материального ущерба и морального вреда2См. Божьев В.П. Гражданский иск в уголовном деле и применение гражданского процессуального права // Советское государство и право. 1986. № 8. С. 72-79. Тех же взглядов он придерживается и в публикации «Гражданский иск в уголовном процессе» (Законность. 2004. № 7. С. 2).. Поэтому судьба гражданского иска зависит от решения вопроса о виновности подсудимого (об этом подробнее в разделе данной работы о постановлении приговора). Но также следует иметь в виду, что российскому уголовному праву известны обстоятельства, которые исключают противоправность деяния, хотя внешне оно обладает всеми признаками противоправного, — состояние необходимой обороны и крайняя необходимость. Необходимая оборона, если не превышены ее пределы, исключает не только уголовную, но и гражданскую ответственность (ст. 1066 ГК РФ и п. 17 постановления № 14 Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»). Причинение вреда в состоянии крайней необходимости исключает уголовную ответственность, но предполагает гражданскую (ст. 1067 ГК РФ) ответственность и влечет оставление иска без рассмотрения с правом обращения за возмещением в порядке гражданского судопроизводства3Постатейный научно-практический комментарий ч. 2 Гражданского кодекса РФ / Под ред. А.М. Эрделевского. М., 2001..

Гражданский иск в уголовном деле может возникать только при наличии анализируемого основания иска. Недооценка связи гражданского иска и преступления приводит к необоснованным попыткам расширения круга субъектов уголовного процесса, так в сферу рассмотрения уголовного дела попадают невменяемые лица, которые своими общественно опасными деяниями причинили материальный ущерб и моральный вред. Но предъявление иска к невменяемым лицам невозможно, так как они не являются субъектами уголовного права и за их деятельность несут ответственность другие лица. Так как отсутствует субъект, то и преступление отсутствует, следовательно, рассмотрение такого иска — предмет гражданского судопроизводства.

Наличие вреда на стороне истца. Вред, причиненный преступлением, является изменением общественных отношений и изменением в объектах, охраняемых уголовным правом. Различают материальные и нематериальные последствия преступления. Первые выражаются в разрушении, повреждении, изменении свойств предметов внешнего мира и лишении возможности использовать их постоянно или временно в соответствии с их социальной функцией или потребительской ценностью, они всегда осязаемы и могут иметь стоимостное выражение. Материальный ущерб должен быть наличным и реальным, возможный вред не может служить основанием иска. Причиненный имущественный вред может быть возмещен либо в натуре, либо путем денежного возмещения убытков.

Нематериальные последствия наступают, как правило, в моральной сфере и выражаются в физических или нравственных страданиях потерпевшего — моральный вред. Его возмещение в уголовном процессе (ст. 44 УПК РФ) происходит по аналогии с возмещением морального вреда в гражданском судопроизводстве. В соответствии с законом (ст. 1101 ГК РФ) он может возмещаться только в денежной форме и независимо от причиненного материального ущерба. Размер причиненного морального ущерба определяется судом, но каких-либо четких критериев нет. Так, Павлово-Посадский районный суд Московской области, осудив по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (грабеж) гражданина А., удовлетворил исковые требования потерпевшей, предъявившей гражданский иск О. Обсуждая вопрос о возмещении имущественного вреда, суд принимает решение взыскать с А. 2070 рублей. Учитывая отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным и физическим страданиям, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, на основании ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ суд принял решение, кроме того, взыскать с А. в пользу О. в счет компенсации морального вреда 5000 рублей.

Наличие причинной связи между преступлением и вредом. Поскольку все действия, события, факты и жизненные процессы так или иначе связаны между собой, то вопрос о том, каким образом они взаимодействуют между собой, становится одним из ключевых. Связь между преступлением и причинением вреда должна иметь характер причины и следствия, она характеризуется следующими особенностями.

1. Причинная связь должна носить объективный характер. Причинная связь должна существовать в реальной действительности вне непосредственного соизмерения с нашим сознанием и не менять своего существа или характера в зависимости от тех представлений, которые складываются в сознании общества или отдельного индивида, от уровня (степени) ее познания.

2. Связь должна иметь определенную временную последовательность, т.е. когда причинение вреда по времени наступает в результате противоправного поведения лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

3. Причинная связь должна быть прямой (непосредственной). Иначе связь, возникающая в таком случае, будет косвенной и не будет являться основанием возникновения уголовно-правовой ответственности. Прямая причинная связь характеризуется тем, что с необходимостью должна вызывать следствие.

4. Причина и следствие должны быть юридически значимыми, т.е. способными порождать уголовно-правовые отношения и влечь уголовно-правовую ответственность.

Установить причинную связь между совершением преступления и причиненным вредом при совершении преступления одним лицом не представляет большой сложности, но часто вред причиняется несколькими лицами, действия которых могут быть объединены одним намерением или разрознены, совпадать по времени или совершаться в определенной последовательности. С учетом вышеизложенного можно выделить четыре наиболее типичные ситуации:

  1. ущерб причинен в результате действий соучастников, например хищение по предварительному сговору. Подобные случаи чаще других встречаются в уголовной практике. Вред возмещается солидарно, так как действия одного участника вытекают с необходимостью из действий других участников. Так, Электростальский городской суд Московской области осудил граждан Республики Молдова Г. и Б. за совершение разбойного нападения в отношении потерпевшей Т. Предъявленный Т. гражданский иск суд удовлетворил, взыскав с гражданских ответчиков Г. и Б. в счет возмещения материального ущерба солидарно в пользу гражданского истца 1585 рублей;
  2. ущерб наносится лицами, у которых не было намерения достигнуть преступного результата, но действовавшими совместно, например, два механика во время работы в автопарке развели костер для обогрева, но в результате возник пожар, уничтоживший имущество. Виновные лица также несут солидарную ответственность, так как в результате их действий был причинен ущерб;
  3. ущерб причинен при обстоятельствах, когда деяния одного лица объективно способствовали или облегчали совершение преступления другим лицом, например одно лицо совершило кражу, а другое — халатность, которая способствовала краже. В этом случае возложение солидарной ответственности невозможно, поскольку ущерб не был причинен совместными действиями, а причиной образования вреда послужили действия вора, следовательно, вор несет не только уголовную, но и материальную ответственность;
  4. ущерб причинен при обстоятельствах, когда действия виновных не объединены одним намерением и при этом действия второго присоединились к действиям первого после того, как вред был причинен, например одно лицо совершило убийство, а другое участвовало в его сокрытии. В этой ситуации каждый несет материальную ответственность самостоятельно, так как отсутствует связь между смертью и укрывательством, следовательно, убийца несет все расходы по случаю потери кормильца и возмещению расходов на погребение.

Право на возмещение ущерба — субъективное право физического лица, которому вред был причинен непосредственно преступлением. Оно находит непосредственное выражение в двух актах международных организаций — в Европейской конвенции по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений и в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью. В то же время следует отметить, что эти два основных документа, регламентирующих право на возмещение ущерба, по-разному определяют круг субъектов и основания возникновения указанного права.

В соответствии с Конвенцией по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений в качестве основания возникновения права на возмещение ущерба указывается причинение вреда физическому состоянию или здоровью жертвы в результате преступлений, являющихся умышленными и насильственными; имущественного — иждивенцу погибшего в результате умышленного насильственного преступления (в связи с потерей кормильца).

Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью существенно расширяет перечень оснований возникновения данного права. В соответствии со ст. 1, 2 Декларации к ним относятся индивидуальные и коллективные действия или бездействия, нарушающие национальные уголовные законы, в результате которых: жертве причинен физический вред, включая телесные повреждения: жертве причинен моральный вред, включая эмоциональные страдания; существенно ущемлены основные права жертвы; близкие родственники или иждивенцы в результате смерти утратили источник существования; причинен вред лицу, пытающемуся оказать помощь жертвам, находящимся в бедственном положении, или предотвратить виктимизацию.

Для уяснения основания гражданского иска потерпевшего в уголовном процессе представляется необходимым рассмотрение этой категории с точки зрения процессуальных отношений. В настоящее время ни одна проблема права не может быть разрешена по существу без уяснения применительно к системе правовых отношений. Более того, как в свое время отмечал М.С. Строгович, любой процессуальный акт представляет собой процессуальные правоотношения4Постатейный научно-практический комментарий ч. 2 Гражданского кодекса РФ / Под ред. А.М. Эрделевского. М., 2001..

Если приготовлением к преступлению или покушением на него, а равно оконченным преступлением гражданину причиняется моральный, физический или имущественный вред, то при этом возникают охранительные уголовно-правовые и гражданско-правовые отношения. Факт совершения преступления означает нарушение запретов, установленных нормами уголовного права. Оно порождает уголовно-правовые отношения. Преступление как сложный юридический факт вызывает к жизни и другие материально-правовые отношения, в частности гражданско-правовые. Но не все гражданско-правовые отношения, возникающие в связи с совершенным преступлением, могут быть установлены и реализованы в процессуальном производстве по уголовному делу, а только те, которые возникли в результате причинения гражданину непосредственно преступлением материального ущерба, морального или физического вреда.

По мнению В.П. Божьева, «возникновение, а затем существование уголовно-процессуальных отношений обусловлено уголовно-правовыми отношениями. Появление в результате совершения преступления гражданско-правовых отношений также предполагает необходимость существования процессуальных отношений, призванных «обслуживать» материальные гражданско-правовые отношения. Но если уголовно-правовые отношения обусловливают необходимость появления и развития уголовно-процессуальных отношений, то и возникшие в связи с совершением преступления гражданско-правовые отношения обусловливают не возникновение и даже не существование уголовно-процессуальных отношений, а появление у них второй, можно сказать, производной задачи — установления и реализации гражданско-правовых отношений».

При предъявлении гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства возникают гражданско-процессуальные отношения. Если же гражданский иск предъявлен при производстве по уголовному делу, то по отношению к гражданско-правовым отношениям служебную роль выполняют уголовно-процессуальные отношения, которые получают как бы двойную нагрузку. Однако представляется верным мнение В.П. Божьева о том, что и в этом случае детерминант всей системы уголовно-процессуальных отношений один — уголовно-правовые отношения. Что же касается гражданско-правовых отношений, возникающих вследствие совершения преступления, то нельзя отрицать их обусловливающее воздействие на характер и содержание уголовно-процессуальных отношений по конкретному делу, но это обусловленность, так сказать, второго порядка, по своей сути она субсидиарна5Божьев В.П. Уголовный процесс. Общая часть: Учебник для учащихся вузов. М., 1997. С. 105-106..

Поскольку в соединенном уголовном процессе фигурируют два дела (уголовное и гражданское), то для их обслуживания в уголовном судопроизводстве должны функционировать и две сети уголовно-процессуальных отношений, каждая из которых имеет свои цели, свой круг субъектов и т.д. Если, например, в уголовном деле предъявляется гражданский иск, то появляются новые субъекты (гражданский истец, гражданский ответчик, их представители), которые, реализуя процессуальные права и обязанности, своими действиями порождают специальные уголовно-процессуальные отношения (обслуживающие гражданский иск), ранее неизвестные данному делу.

На страницах юридической печати распространенным является мнение о том, что охранительные уголовно-правовые отношения, возникающие вследствие причинения вреда потерпевшему, складываются между двумя субъектами — государством и преступником. Однако это не совсем так. Субъектом охранительно-правового уголовного и гражданско-правового отношения наряду с государством и преступником является лицо, потерпевшее вред от преступления и заявившее требование о его возмещении (гражданский иск).

Если бы потерпевший не предъявил исковые требования, то он не пользовался бы правом гражданского истца, правом требовать от государства в лице его органов расследования и суда, обеспечения и удовлетворения исковых требований.

Интересной в этом отношении является позиция авторов, зафиксированная во втором примечании к главе 6 проекта Уголовного кодекса РФ 1992 г.: «Лицо, совершившее хищение, независимо от назначенного наказания обязано возвратить похищенное или полностью возместить собственнику причиненный ущерб».

Как видим, в указанном примечании авторы делают попытку смоделировать уголовно-правовое отношение, субъектами которого являлись бы, с одной стороны, преступник, а с другой — государство и потерпевший от преступления. Содержание этого правоотношения должно составлять право потерпевшего требовать от правонарушителя возместить причиненный вред, а также корреспондирующая этим правомочием обязанность виновного претерпеть уголовное наказание и возвратить похищенное или полностью возместить причиненный вред. Трудно найти удовлетворительное объяснение позиции тех авторов, которые по делам о преступлениях, где аккумулируются уголовно-правовые и гражданско-правовые отношения, считают потерпевшего субъектом только гражданско-правовых отношений и в категоричной форме отрицают его причастность к уголовно-правовым отношениям6Мотовилковер Е.Я. Проблемы охранительного материального правоотношения и предмет уголовно-процессуальной деятельности // Проблема охраны прав и законных интересов личности в социалистическом уголовном праве и процессе. Ярославль, 1985. С. 75-77..

Сторонами гражданско-правового отношения в обязательстве по возмещению причиненного вреда, как известно, является причинитель вреда и лицо, несущее в силу закона материальную ответственность за его действия (должник), и лицо, которому причинен вред (кредитор). В этом правоотношении праву кредитора требовать возмещение вреда корреспондирует обязанность должника возместить причиненный ущерб, и в случае уклонения должника от добровольного исполнения этой обязанности кредитор вправе использовать правовой механизм принудительного исполнения. Однако, но мнению некоторых авторов, государство не является субъектом спорного гражданского правоотношения7Мазалов А. Г. Гражданский иск в уголовном процессе // Проблемы кодификации уголовно-процессуального права. М., 1987. С. 83; Нор В. Т. Защита имущественных прав в уголовном судопроизводстве. Киев, 1989. С. 9.. Несколько иную точку зрения по этому поводу имеет Е.Я. Мотовиловкер, который считает, что в спорном гражданско-правовом отношении, порожденном преступлением, наряду с потерпевшим и причинителем вреда присутствует суд. По этому поводу он пишет: «...причинение вреда влечет как правоотношение между потерпевшим и правонарушителем, так и отношение между обеими сторонами и судом, связанные с возможностью принудительной реализации возмещения вреда. Точнее сказать, возникает охранительное гражданско-правовое отношение, в котором взаимодействуют три субъекта».

Приведенное положение дает основание полагать, что в спорном гражданско-правовом отношении, порожденном преступлением, субъектами являются не только потерпевший, пользующий нравом гражданского истца, с одной стороны, и причинитель вреда — обвиняемый или гражданский ответчик — с другой, как это полагают авторы, поддерживающие первую точку зрения, но и третья сторона, способная принудительно обеспечить реализацию охранительного правоотношения. Этой стороной в охранительных гражданско-правовых отношениях, порожденных преступлением, является государство. Оно обеспечивает реализацию спорного гражданско-правового отношения, но не непосредственно, а через органы предварительного расследования и суд.

Таким образом,

гражданский иск, рассматриваемый с точки зрения процессуальных отношений, представляет собой не требование к обвиняемому и гражданскому ответчику, основанное на субъективном материальном праве, а обращение (требование) к суду и органам предварительного расследования по поводу возмещения ущерба, причиненного в результате преступных действий обвиняемого или гражданского ответчика.

Уголовно-процессуальные отношения, возникшие в связи с производством но гражданскому иску, есть отрегулированные нормами уголовно-процессуального права общественные отношения, складывающиеся между участниками уголовного процесса и имеющие своим содержанием деятельность, направленную на защиту и восстановление имущественных прав лиц, пострадавших от преступления.

Мы разделяем общее мнение, согласно которому необходимой предпосылкой, основанием возникновения, изменения и прекращения правоотношения являются юридические факты, т.е. события и действия, с которыми закон связывает наступление юридических последствий.

Гражданско-процессуальные и уголовно-процессуальные отношения имеют в своей основе определенные фактические отношения, характерным отличием которых от иных общественных отношений является то, что они существуют всегда только в форме правовых отношений. Между лицом, причинившим своими преступными действиями вред, и потерпевшим существуют отношения и до предъявления гражданского иска. Само уголовное противоправное деяние (преступление) в этих случаях выступает в качестве юридического факта, влекущего возникновение обязательств по возмещению вреда до предъявления иска и даже до возбуждения уголовного дела. Однако эти отношения еще не являются уголовно-процессуальными, выступая лишь в качестве юридически значимого факта, который может породить (а может и не породить при определенных обстоятельствах) уголовно-процессуальные отношения. Если юридическим фактом для возникновения уголовно-правовых отношений является факт совершения преступления, а юридическим фактом для возникновения гражданско-правовых отношений является причинение вреда, то юридическим фактом для возникновения уголовно-процессуальных отношений являются сами процессуальные действия.

Деятельность участников процесса является обязательным звеном между материально-правовыми и процессуальными отношениями. Именно с действием (или бездействием) лиц, участвующих в процессе, нормы процессуального права связываются с наступлением определенных правовых последствий. Сказанное не означает отрыва процессуальных отношений от правовых. Однако связь правонарушения с процессуальными отношениями является не непосредственной, а выраженной посредством процессуальных действий.

Юридическим фактом, влекущим возникновение исковых отношений, является обращение с гражданским иском заинтересованного или иного управомоченного лица. Однако не всякое обращение влечет за собой обеспечение гражданского иска и его разрешение, а лишь обращение, имеющее определенное материально-правовое содержание, которое и является основанием гражданского иска потерпевшего. Основания гражданского иска потерпевшего различаются материально-правовым содержанием.

Так, гражданин Ш. был признан Ногинским районным судом Московской области виновным в совершении открытого хищения чужого имущества (сотового телефона марки «LG»), принадлежащего К. Предъявленный гражданский иск в части возмещения материального ущерба в сумме 3000 рублей суд не удовлетворил при постановлении приговора, поскольку гражданским истцом не предоставлены суду какие-либо документы, свидетельствующие о сумме причиненного ущерба8Уголовное дело № 1-205/2004. Выписка из приговора суда от 01.06.2004..

В теории советского гражданского процесса было высказано два мнения о способах индивидуализации исков в зависимости от материально-правового содержания оснований исков. Сторонники фактической индивидуализации считали основанием иска непосредственно правопроизводящие юридические факты9Клейнман А.Ф. Советский гражданский процесс. М.: МГУ, 1964. С. 118-119.. Сторонники этой точки зрения считали, что приведение в качестве основания иска лишь фактов не обеспечивает разрешения ряда вопросов, связанных с определением в том числе права на предъявление иска.

Наличие ущерба является фактом, влекущим возможность предъявления гражданского иска потерпевшего в уголовном процессе лишь при наличии данных о причинении этого ущерба действиями обвиняемого. Сам по себе факт приобретает значение юридического лишь в связи с его относимостью к какому-либо процессуальному отношению, связанному с преступлением. Следовательно, дня определения юридической значимости тех или иных фактов необходимо всегда рассматривать их в связи с конкретными правовыми отношениями, возникшими в результате совершения преступления, в которых выражается их «правопроизводящая» сущность10Сысоев В., Храмцов К. Так ли уж неуместен гражданский иск в уголовном процессе? // Российская юстиция. 2001. № 10..

Таким образом, в качестве основания гражданского иска потерпевшего следует рассматривать не сами по себе факты, а действительные или мнимые правоотношения в совокупности с порождающими их фактами11Убедительные доводы в пользу принадлежности правоотношений к основанию иска, на наш взгляд, приведены А.А. Добровольским. См.: Добровольский А.А. Исковая форма защиты права. М., 1979. С. 127.. В пользу высказанных соображений говорит и необходимость выявления подлинного волеизъявления потерпевшего, заявившего гражданский иск. Обосновывая свои исковые требования, потерпевший ссылается не только на факты, например, преступное причинение ему телесных повреждений, но и на причиненный ему ущерб как содержание притязания. Гражданский иск обосновывается при этом не наличием какого-либо юридического факта, а субъективным правом потерпевшего, заявившего гражданский иск действительным или мнимым, являющимся частью определенных правоотношений. Именно наличие, по мнению потерпевшего, такого правоотношения, субъективного права требования порождает притязание в исковой форме.

Орган предварительного расследования, прокурор или суд при наличии достаточных данных признают гражданский иск потерпевшего обоснованным, т.е. имеющим основание, или отказывают в таком признании не в зависимости от наличия того или иного юридического факта, а в результате признания спорного правоотношения соответствующим или отсутствующим. В пользу приведенной точки зрения свидетельствует также существование в качестве отрицательных объективных предпосылок права на предъявление гражданского иска. Гражданский иск в некоторых категориях уголовных дел (в числе дел, подлежащих судебному рассмотрению по мотивам незащищенности законом интереса) не подлежит удовлетворению (например, отказ в приеме искового заявления о возвращении взятки и т.д.).

В то же время определение характера интереса невозможно без установления характера спорного правоотношения. Следовательно, спорное правоотношение должно лежать в основе гражданского иска. В теории уголовного процесса допускается смешение оснований соединений гражданского иска с уголовным процессом и оснований самого гражданского иска. В свое время Ю.Р. Адоян указывая, что основанием для совместного рассмотрения гражданского иска с уголовным делом является причинение материального ущерба преступлением, делая вытекающим из этого положения вывод о том, что основанием имущественной ответственности в уголовном деле является само преступление. Такое же мнение по данному вопросу у П.П. Гуреева12Адоян Ю.Р. К вопросу о гражданском ответчике в советском уголовном процессе // Правоведение. 1966. № 1. С. 67-86; Гуреев П.П. Гражданский иск в уголовном процессе. М., 1977. С. 6..

Этот вывод не может быть признан правильным, так как основанием гражданско-правовой ответственности является факт противоправного причинения материального, морального или физического вреда. Практическим последствием такого вывода является неправильное положение о возмещении рассматриваемого гражданского иска, вытекающего из факта причинения ущерба преступными действиями, только после разрешения уголовного дела. Между тем, как указывалось ранее, действующее гражданско-процессуальное законодательство не содержит такого определения, предусматривая приостановление производства по делу до разрешения другого дела в порядке уголовного судопроизводства лишь в случае невозможности его самостоятельного разрешения (ст. 215 ГПК РФ). Вопрос рассмотрения гражданского иска потерпевшего до рассмотрения уголовного дела зависит в каждом конкретном случае от ряда обстоятельств (необходимости расследования, определенной сложности анализа действий, носящих характер уголовно наказуемого деяния и т.д.).

Для рассмотрения вопроса о том, какие именно материально-правовые отношения могут лежать в основе гражданского иска потерпевшего в уголовном процессе, необходимо прибегнуть к принятой в теории гражданского процесса классификации гражданских правоотношений. Классификация гражданских правоотношений проводится в зависимости от характера заключенных в них нрав и обязанностей, т.е. от содержания правоотношения. Основным видом классификации является деление гражданских правоотношении на отношения имущественные и отношения личного неимущественного характера.

Как известно, любое правоотношение порождается юридическим фактом. В теории гражданского процессуального права юридические факты основания иска подразделяются на три группы:

факты, непосредственно правопроизводящие, т.е. свидетельствующие о наличии у истца субъективного материального права, за защитой которого он обращается в суд;

факты активной и пассивной легитимации, указывающие на связь истца и ответчика с материальным правовым спором, поставленным на рассмотрение суда;

факты повода к иску, послужившие причиной обращения в суд (в нормах материального права иногда не указываются такого рода факты, но общей причиной, побуждающей заинтересованное лицо обратиться в суд, является то обстоятельство, что субъективное материальное право или охраняемый законом интерес утрачивают определенность из-за их нарушения или оспаривания обязанными лицами).

Сами по себе юридические факты, отдельно взятые, не образуют еще основания процессуального искового правоотношения. Тем не менее характер юридических фактов, вызывающих возникновение материально-правовых отношений через их посредство при существующих процессуальных действиях и процессуальных отношениях, имеет значение для установления характера процессуальных отношений.

В связи с этим необходимо рассматривать сходство и различие фактов, являющихся основаниями иска в гражданском и уголовном процессах13Юдельсон К.С. О классификации фактов основания иска. С. 196..

В области отношений по гражданскому иску в уголовном процессе основным правопроизводящим фактом является само противоправное уголовно наказуемое деяние (действие или бездействие), т.е. преступление. Правопроизводящие факты гражданский истец, заявивший гражданский иск, указывает в качестве оснований гражданского иска (с учетом гипотез конкретных правовых норм закрепляет данные юридические факты в качестве юридических оснований гражданского иска).

Способы причинения вреда преступлением многообразны: присвоение, растрата, уничтожение или повреждение имущества, причинение телесных повреждений и т.д. Однако характерным является для всех них причинение потерпевшему имущественного, физического или морального вреда. При этом необходимо, чтобы вред наступил в качестве непосредственного результата преступления, а не иных, хотя и связанных тем или иным образом с преступлением, обстоятельств (невозможность выплатить долг, выполнить иное обязательство вследствие заключения под стражу, виндикации вещи у добровольного приобретателя).

Следовательно, к основным правопроизводящим фактам, входящим в основание гражданского иска, т.е. к факту действия и факту причинения вреда, предъявляется требование их причинной взаимосвязи.

В судебной практике встречаются случаи неправильной оценки фактов в качестве правопроизводящих по отношению к исковым требованиям, не вытекающим непосредственно из преступления ввиду отсутствия необходимой причинной связи. Причиной этих ошибок является, как правило, рассмотрение преступления в качестве правопроизводящего факта применительно к материальным правоотношениям, возникающим в результате иного факта — действия. Нередки случаи рассмотрения в уголовном деле гражданских исков покупателей похищенного имущества, понесших ущерб в результате изъятия у них этого имущества. В этих случаях само по себе преступление не является непосредственно правопроизводящим фактом, так как основанием возмещения убытков будет не факт кражи, а нарушение продавцом условий договора купли-продажи.

Следует отметить, что вопрос о правопроизводящем значении того или иного факта, кроме случаев, прямо указанных в законе, подлежит судебному разрешению, и оценка такого значения в стадии приема искового заявления может носить лишь предварительный характер, так как правовая и фактическая обоснованность требования не может рассматриваться в качестве предпосылки права на предъявление иска14Рябова Е.В. Основание иска в советском уголовном процессе. М., 1964. С. 10..

Ко второй группе фактов, входящих в основание гражданского иска потерпевшего, относятся факты, устанавливающие связь между данным требованием и потерпевшим, заявившим гражданский иск (активная легитимация). Такими фактами являются обстоятельства, указывающие на принадлежность субъективного права, на основании которого выводится исковое требование определенному лицу. Активная легитимация в процессе предъявления гражданского иска потерпевшим, как правило, еще не может быть произведена, так как оценка обстоятельств, свидетельствующих о принадлежности права, производится в соответствии со всеми материалами дела в судебном решении. В отдельных случаях при предъявлении гражданского иска становится возможным установить отсутствие связи между данным требованием и потерпевшим, заявившим гражданский иск.

Критерием для обоснованного решения вопроса об активной легитимации является правовое определение лица, понесшего ущерб от преступления, следователем в процессе признания гражданско-правовых требований гражданского истца и судом при рассмотрении гражданского иска потерпевшего по существу.

В ряде случаев обращение с гражданским иском потерпевшего в уголовном процессе вызывается неправильным поведением лиц, фактически понесших ущерб от преступления, но не желающих принять меры к его возмещению в результате оспаривания своей обязанности перед третьими лицами. Установление фактов активной легитимации имеет значение и для правильного осуществления следователем своих обязанностей по установлению лиц, потерпевших от преступления, и разъяснения им прав на заявление гражданского иска и пользование правами гражданского истца в уголовном процессе. К этой группе актов, входящих в основание гражданского иска потерпевшего, также относятся факты, устанавливающие связь между определенной обязанностью и данным ответчиком (так называемая пассивная легитимация). К фактам пассивной легитимации относятся обстоятельства, дающие возможность правильно определить лицо, на котором лежит обязанность возместить ущерб. Так, предъявление иска к несовершеннолетнему, не достигшему 15 лет, свидетельствует в данном случае об отсутствии пассивной легитимации, так как причинение в этом случае вреда и основанное на этом правоотношение влекут ответственность не самого несовершеннолетнего, а ею законного представителя.

К третьей группе фактов, входящих в основание гражданского иска потерпевшего, относятся так называемые факты повода к иску. Фактом повода к иску, по общему правилу, является отсутствие добровольного исполнения обязательства должником. Указание в составе основания гражданского иска факта повода к иску является обязательным лишь в случае установленной законом обязанности предварительного рассмотрения претензии ответчиком или каким-либо органом, которому поручено рассмотрение данной категории споров, а в отдельных случаях «предъявление иска говорит само за себя», т.е. наличие повода к иску презюмируется.

В уголовном процессе факты повода к гражданскому иску потерпевшего приобретают юридическое значение лишь в качестве процессуальной предпосылки права на заявление гражданского иска установленного законом порядка предварительного рассмотрения споров, а в остальных случаях вообще не имеют процессуального значения, так как должны рассматриваться в качестве правопроизводящих фактов с точки зрения наличия или отсутствия действительного ущерба. При этом оценка таких фактов может производиться лишь судом при рассмотрении гражданского иска по существу, так как но утверждению потерпевшего, заявившего гражданский иск, наличие у него ущерба при присутствии фактов активной легитимации не может получить оценку и разрешение в стадии предварительного расследования, а только лишь в суде.

Итак, основания гражданского иска потерпевшего — это:

  1. совершение преступления;
  2. наличие ущерба, нанесенного в результате причинения непосредственно преступлением материального, физического и морального вреда;
  3. наличие причинной связи между преступлением и вредом.

Необходимым условием возникновения в уголовном процессе правовых оснований для заявления потерпевшим гражданского иска является причинение вреда в качестве последствия преступления, а не иных обстоятельств, хотя бы и связанных тем или иным образом с данным преступлением.

Таким образом, предъявление гражданского иска может иметь место при наличии основания иска, иначе иск не подлежит удовлетворению в уголовном процессе.

Isfic.Info 2006-2019