Гражданский иск в уголовном деле

Понятие гражданского иска в уголовном деле


Переходя к рассмотрению собственно гражданского иска в уголовном деле, важно отметить, что именно путем подачи иска в рамках уголовного процесса потерпевшему может быть возмещен ущерб, причиненный совершенным преступлением. Исходя из этого, мы попытаемся дать ответ на следующий вопрос: Что следует понимать под гражданским иском в уголовном процессе?

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс РФ не дает понятия гражданского иска в уголовном деле, хотя его предшественник, УПК РСФСР 1960 г., такого пробела не имел. Под гражданским иском в уголовном процессе, согласно ч. 1 ст. 29 УПК РСФСР, понималось «заявленное при производстве но уголовному делу требование лица (гражданина или организации), понесшего материальный ущерб от преступления, о его возмещении к обвиняемому или лицу, несущему материальную ответственность за действия обвиняемого».

Но не все процессуалисты соглашались и соглашаются с этой точкой зрения.

Одни процессуалисты определяют его как одноактное «требование о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, предъявляемое при производстве но уголовному делу лицом, которому этот ущерб причинен (его представителем, прокурором), и обращенное к обвиняемому или к лицу, несущему материальную ответственность за его действия»1Советский уголовный процесс / Под ред. профессора Д.С. Карева. М.: Высшая школа, 1968. С. 85; Куцова Э.Ф. Гражданский иск в уголовном процессе. М., 1963. С. 3., или как одноактное «обращение юридически заинтересованного или иного управомоченного лица к суду с заявлением о возмещении обвиняемым или лицами, несущими материальную ответственность за действия обвиняемого, материального ущерба, причиненного преступлением, подлежащее рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства» (суть понятие гражданского иска в уголовном деле, предложенное законодателем в ст. 29 УПК РСФСР).

Другие авторы исходят из более широкого понимания гражданского иска как требования в действии, длящегося требования, которое заключается не только в его предъявлении, но и его рассмотрении и разрешении2Шаламов М.П. Гражданский иск в уголовном деле. М., 1978. С. 8; Гуреев П.П. Гражданский иск в советском уголовном процессе. М.: Госюриздат, 1962. 1961. С. 6; Чельцов М.Л. Советский уголовный процесс. М.: Госюриздат, 1962. С. 113..

Авторы, придерживающиеся первой точки зрения на процессуальную природу гражданского иска в уголовном процессе, считают, что все существо данного института сводится к определенному притязанию и связывается только с возбуждением производства по возмещению ущерба. Но это далеко не соответствует действительному положению вещей. Гражданский иск нельзя свести к одноактному действию лица, понесшего материальный ущерб от преступления, хотя бы потому, что деятельность этого лица в уголовном процессе не ограничивается предъявлением исковых требований. Само предъявление этих требований означает лишь начало производства по гражданскому иску в уголовном процессе. Будучи признанным по уголовному делу гражданским истцом, такое лицо наделяется достаточно широким кругом прав и обязанностей, осуществление которых предполагает совершение соответствующих процессуальных действий. Если бы гражданский иск означал лишь одноактное действие, т.е. предъявление его, то ни о каких правах и обязанностях гражданского истца на тех или иных стадиях уголовного процесса невозможно было бы говорить. Смысл и содержание деятельности гражданского истца не сводится лишь к его требованию о возмещении ущерба, направленному к обвиняемому или к лицу, несущему материальную ответственность за действия последнего. Гражданский истец не только требует от этих лиц возмещения материального ущерба, но и принимает активное участие в раскрытии самого преступного деяния3Радченко В.И., Томин В.Т., Поляков М.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ. М.: Юрайт, 2004. С. 168.. При этом он имеет такие нрава, которым корреспондирует соответствующие обязанности не обвиняемого или лица, несущего материальную ответственность за действия последнего, а лиц, ведущих уголовное судопроизводство. Так, гражданский истец вправе заявлять ряд ходатайств, рассмотрение и разрешение которых составляют обязанность судебно-следственных органов. Стало быть, гражданский иск в уголовном процессе не является лишь «обращением к суду» или «способом возбуждения судебной деятельности по возмещению ущерба», а характеризуется более длительным свойством, вследствие чего законодатель регулирует возможность не только предъявления, но и обеспечения иска, его поддержание, рассмотрение и разрешение по существу. Такой иск по своему характеру является постоянно действующим фактором в процессе производства по уголовному делу, а не одноактным действием4Зинатуллин З.З. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. Казань.: Изд-во Казанского ун-та, 1974. С. 120-122..

Таким образом, при определении понятия гражданского иска в уголовном судопроизводстве необходимо исходить из того, что возмещение причиненного преступлением материального ущерба представляет собой официальную деятельность специально уполномоченных на то должностных лиц и органов. А поскольку возмещение ущерба есть деятельность, раз она является уголовно-процессуальной функцией, то и любая из существующих форм возмещения материального ущерба не может отражаться только в требованиях о возмещении ущерба, быть связана только с ним.

Итак, гражданский иск в уголовном процессе, считает З.З. Зинатуллин, — это вызванная предъявлением искового заявления процессуальная деятельность по исследованию и разрешению вопросов, связанных с возмещением причиненного преступлением материального ущерба.

Таким образом, по мнению указанного автора, гражданский иск нельзя свести к одноактному действию лица, понесшего материальный ущерб от преступления, поскольку автор определяет гражданский иск как всю совокупность процессуальных действий и отношений уполномоченных законом субъектов, которые (действия и отношения) возникают при предъявлении, обеспечении и поддержании материально-правовых притязаний лица или органа, понесшего от преступления материальный ущерб, на его возмещение.

Но и это определение не является точным, поскольку с принятием Конституции РФ, Гражданского кодекса РФ и Уголовно-процессуального кодекса РФ появилась возможность компенсации и морального ущерба, и суды, следуя разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в постановлении № 1 от 29 апреля 1996 г. «О судебном приговоре»5Сборник постановлений пленумов Верховных судов по уголовным делам. М.: Спарк, 1999. С. 498-508., применяют это нововведение, вынося решения о взыскании с осужденных компенсации за причиненный преступлением моральный ущерб.

В связи с этим в теории и на практике встает вопрос о том, что понимать под моральным вредом в уголовном процессе, каким образом его компенсировать и устанавливать размер6См. также: Нарижний С. Возмещение морального вреда, причиненного потерпевшему: уголовно-процессуальный аспект // Российская юстиция. 1996. № 9. С. 41; Масленникова Л.H., Батуев В.В. Правовые основания для заявления гражданского иска о возмещении морального вреда в уголовном процессе // Следователь. 1998. № 3. С. 21-22.. Уголовно-процессуальный кодекс РФ указывает на возможность имущественной компенсации морального вреда (ч. 1 ст. 44 УПК РФ), но не дает его определения. Анализ положений ст. 151 ГК РФ показывает, что под моральным вредом понимается физические или нравственные страдания лица в связи с посягательством на его неимущественные права или нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом (примером такого закона может служить Закон «О защите прав потребителей»). В то же время не вызывает сомнения то, что любым преступлением, нарушающим права и свободы потерпевшего, ему в той или иной мере причиняется моральный вред. Но возмещению подлежит, согласно ст. 151 ГК РФ, не всякий вред. Таким образом, потерпевшие от таких преступлений, как клевета, оскорбление, нарушение тайны переписки, изнасилование, незаконное лишение свободы и ряда других преступлений против свободы, чести и достоинства, половой неприкосновенности и половой свободы личности, против конституционных прав и свобод человека и гражданина, имеют право на возмещение морального вреда.

Моральный же вред, причиненный действиями, нарушающими имущественные права граждан, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом. Такую позицию неоднократно отстаивал Верховный Суд РФ. Она с точки зрения толкования нормы права безупречна и оправданна. Но безупречно и оправданно ли подобное правовое регулирование компенсации морального вреда, причиненного преступным деянием? Убеждены — нет. Считаем, что закрепление в законе возможности компенсации морального вреда, причиненного преступлениями, нарушившими имущественные права граждан, необходимо и целесообразно. Доводы такие.

Отсутствие правовой возможности компенсации указанного морального вреда не означает отсутствия самого вреда. Причем нравственные страдания граждане, потерпевшие от имущественных преступлений, претерпевают зачастую ничуть не меньшие, чем граждане, потерпевшие от преступлений против личности. Моральный вред может быть причинен и тогда, когда даже незначительное причинение имущественного вреда вызывает неизмеримые переживания той или иной утраты.

Разграничение прав этих категорий потерпевших (при наличии общих интересов) не отвечает общеправовому принципу справедливости. В то же время необходимо упитывать, что цель института компенсации морального вреда заключается в выполнении социальной функции — охране неприкосновенности личности.

В условиях действия нового УПК РФ, явно отстаивающего прежде всего права подозреваемых, обвиняемых, подсудимых (нередко в ущерб интересам потерпевших), общее «смягчение» государственной уголовной политики, возможность компенсации морального вреда за имущественные преступления, безусловно, будет способствовать восстановлению социальной справедливости, достижению целей уголовного наказания. Сейчас же нередки случаи, когда преступник, совершивший, например, кражу, вынужденный вернуть обнаруженные у него украденные вещи и тем самым, возместив фактически причиненный имущественный ущерб, получает условное наказание, отделавшись «легким испугом». Потерпевший же, досконально доказав обоснованность своих требований, даже не имеет права на возмещение морального вреда7Фомченков А. Компенсация морального вреда, причиненного преступлением // Законность. 2005. № 6. С. 46-47..

Эта «особенность» уголовно-процессуального законодательства вызывает много споров, и в целях их разрешения целесообразно внесение соответствующих изменений и дополнений в УПК РФ, в том числе и в отношении гражданского истца.

Предъявление гражданского иска в уголовном процессе связано с причинением лицу преступлением материального ущерба (с учетом вышесказанного и морального вреда). Однако гражданский иск в уголовном процессе обусловлен наличием двух предпосылок: материально-правовой, представляющей собой основанное на материальном праве требование истца к ответчику и составляющей предмет иска, и процессуально-правовой, составляющей форму и порядок реализации этого требования. Обе эти предпосылки соотносятся как содержание и форма одного и того же явления. Действительно, без субъективного гражданского права иск будет беспредметным, и в свою очередь без иска как формы выражения требований истца к ответчику субъективное право не могло бы реализоваться8См.: Мазалов А.Г. Гражданский иск в уголовном процессе. М.: Юридическая литература, 1977. С. 3-4.. К процессуальным предпосылкам относятся:

  1. процессуальная право- и дееспособность заявителя. Под процессуальной правоспособностью понимается способность лица обладать процессуальными правами и исполнять процессуальные обязанности. Для граждан она существует с момента рождения, для юридических лиц — с момента его создания (при этом нужно учитывать, что некоторые учреждения и организации не имеют статуса юридического лица и соответственно не могут быть истцами и ответчиками в суде). Но наличия одной правоспособности еще недостаточно, требуется еще и наличие процессуальной дееспособности — способности своими действиями приобретать и осуществлять процессуальные нрава, создавать для себя процессуальные обязанности и исполнять их. Поскольку УПК РФ не устанавливает возраста уголовно-процессуальной дееспособности, то этот вопрос решается с использованием норм ГПК РФ, который устанавливает этот возраст достижением совершеннолетия. Исключение из этою правила составляют лица, состоящие в браке до достижения 18 лет, эмансипированные, а также несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет по искам о возмещении вреда, причиненного хищением сделанного ими вклада в кредитное учреждение, или повреждения здоровья, повлекшим утрату имевшегося у него заработка. Для таких лиц участие законных представителей зависит от усмотрения суда. В отношении же всех остальных несовершеннолетних и признанных недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия участие законных представителей обязательно;
  2. подсудность иска. Если «сторонами иска» являются юридические лица или лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, то рассмотрение происходит в арбитражном суде, в остальных случаях иски разрешаются судами общей юрисдикции;
  3. отсутствие судебного решения, вступившего в законную силу, либо определения суда о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового соглашения, вынесенного по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям. При наличии указанных предпосылок потерпевший будет не вправе заявить гражданский иск в уголовном процессе.

В зависимости от характера правового спора и вида судебной защиты различают иски: о присуждении, т.е. о восстановлении нарушенного права, и о признании оспариваемого права у истца или о признании отсутствия права у ответчика. Хотя гражданский иск в уголовном процессе и имеет ряд особенностей в силу совпадения гражданского и уголовного начала в едином процессе, но его юридическая природа неизменна и он остается обычным иском о присуждении.

Обычно отношения из причинения вреда рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства, но в случаях, когда истец требует возмещения вреда, причиненного непосредственно преступлением, исковые требования рассматриваются и разрешаются в рамках производства по уголовному делу. Правовое основание такого иска указано в ч. 1 ст. 44 УПК РФ: «Гражданский иск подается физическим или юридическим лицом, предъявившим требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением».

Совместное рассмотрение гражданского иска и уголовного дела обеспечивает наиболее быстрое восстановление прав потерпевшего. Помимо этого, потерпевший, одновременно являясь гражданским истцом, освобождается от уплаты государственной пошлины (ч. 2 ст. 44 УПК РФ). Также исключаются параллелизм в работе судов и возможность вынесения противоречивых решений по одному и тому же вопросу; обеспечиваются единообразность судебной практики и экономия средств, что приобретает особое значение в настоящее время из-за недостаточного финансирования судебной системы; гарантируется наибольшая полнота исследования доказательств, наличие более эффективных средств обеспечения явки ответчика в суд; подсудимый, свидетели, переводчики, эксперты и другие лица освобождаются от обязанности участия в двух процессах.

Кроме того, комбинированное применение уголовной и материальной ответственности способствует воздействию как на подсудимого, так и на других лиц и предупреждению от совершения повторных правонарушений и преступлений (общая и частная превенция), содействует воспитанию в духе законности и уважения правил общежития. Целесообразность такого совместного рассмотрения также объясняется еще и тем, что установление размера причиненного ущерба имеет нередко значение для правильной квалификации преступлений, оценки обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность, а также вопроса о наличии или отсутствии состава преступления, что является в таких случаях дополнительной гарантией их правильного разрешения9Сысоев В., Хромцов К. Так ли уж неуместен гражданский иск в уголовном процессе? // Российская юстиция. 2001. № 10..

Но есть и аргументы против соединенного процесса: совместное рассмотрение ведет к замедлению и усложнению уголовного дела, к отвлечению внимания судей в сторону материальных интересов потерпевшего; уголовный суд не может обладать достаточными знаниями и опытом для решения гражданского дела; доводы и стремления гражданского истца могут иметь своим источником корыстолюбие, от влияния которого должно быть застраховано разбирательство уголовного дела; гражданский истец, усиливая позиции обвинителя, нарушает равноправие сторон. Поэтому В. Бозров предлагает «возобновить» дискуссию о гражданском иске в уголовном процессе, поскольку считает, что «авторы Уголовно-процессуального кодекса РФ практически ничего принципиально нового по этому поводу не предложили». Нам представляется, что подобная позиция весьма уязвима.

УПК РФ законодательно закрепил право гражданского истца не только на возмещение имущественного вреда, но и на имущественную компенсацию морального вреда (ч. 1 ст. 44). Помимо этого, объем процессуальных прав гражданского истца значительно расширен по сравнению с УПК РСФСР. Так, гражданский истец вправе знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием; знать о принятых решениях, затрагивающих его интересы; получать копии процессуальных решений, относящихся к предъявленному гражданскому иску; участвовать в разбирательстве уголовного дела в суде первой и апелляционной инстанций. В процессе ознакомления с материалами дела гражданский истец вправе делать выписки, заявлять ходатайства, относящиеся к предъявленному им гражданскому иску, выписывать из уголовного дела любые сведения и в любом объеме (ч. 4 ст. 44), тогда как ст. 200 УПК РСФСР предусматривала возможность ознакомления гражданского истца с материалами уголовного дела в случае, когда предварительное следствие оканчивается составлением обвинительного заключения. Это, в свою очередь, будет являться сдерживающим фактором преждевременного или необоснованного прекращения уголовных дел.

Поскольку в основании гражданского иска и уголовного преследования лежит единый юридический факт — совершение преступления, то оба процесса, гражданский и уголовный, сливаются, образуя единый комплексный институт гражданского иска, который приобретает специфические черты. Так, гражданский иск в уголовном процессе приобретает черты публичности, что означает наличие обязанности у специально уполномоченных государственных органов (органов расследования, прокуратуры и суда) принимать меры обеспечения по заявленному или возможному в будущем гражданскому иску: по мнению С. Милицина и Е. Попковой, у прокурора возникает обязанность предъявить или поддержать уже заявленный иск; у следователя — обязанность разъяснить лицу, понесшему материальный ущерб от преступления, право на предъявление иска (при отсутствии специальных требований к исковому заявлению) иск может быть заявлен, если еще точно не известен размер исковых требований к ответчику по иску); обязанность доказывания возлагается на органы расследования и прокурора10Милицин С., Попкова Е. Уголовное дело и гражданский иск: вместе или порознь? // Российская юстиция. 2001. № 7.. Но и эта позиция ввиду необоснованности ее авторами, на наш взгляд, не является бесспорной.

Наличие признаков публичности налагает некоторые особенности на реализацию права истца на отказ от иска и на заключение мирового соглашения, а также права ответчика на признание иска. В отличие от гражданского судопроизводства отказ от исковых требований и заключение мирового соглашения, как правило, не влекут прекращения производства по делу, а признание иска ответчиком не освобождает обязанных лиц от доказывания факта совершения преступления, причинившего вред, виновности лица и размеров возмещения вреда. Более того, суд может отказать в иске или удовлетворить ею частично при признании иска. Мировое соглашение в силу признаков публичности не может служить основанием для прекращения дела, за исключением дел частного обвинения. Если условия договоренности между истцом и ответчиком соответствуют установленным обстоятельствам дела, не противоречат закону и не ущемляют чьих-нибудь интересов, то суд может положить их в основу решения по иску и в этом смысле «утвердить» их.

Черты публичности просматриваются также и в том, что «при разрешении иска уголовный суд руководствуется законами гражданского судопроизводства тогда и лишь настолько, насколько применение этих законов не находится в противоречии с порядком уголовно-процессуальным и оказывается практически возможным»11 Куцова Э.Ф. Уголовный процесс России: Учеб, пособие. М.: Городец, 1999. С. 160.. В этой связи еще И.Я. Фойницкий делал вывод о подчиненности гражданского иска судьбе уголовного дела: по ею мнению, это верно, поскольку решение о судьбе иска полностью зависит от признания виновности подсудимого, но тем не менее гражданский иск в уголовном процессе по своему содержанию полностью самостоятелен.

Таким образом, по нашему мнению, гражданский иск в уголовном деле — это вся совокупность процессуальных действий и отношений уполномоченных законом субъектов, которые (действия и отношения) возникают при предъявлении, обеспечении и поддержании материально-правовых притязаний на его возмещение физического или юридического лица, понесшего от преступления материальный (имущественный или физический) либо моральный ущерб.

Isfic.Info 2006-2019