Мировая юстиция

Судебно-властные отношения — база мировой юстиции


Причин сегодняшнего весьма далекого от идеала состояния российской судебной власти много, но особое место занимает дефицит фундаментальных общеправовых научных знаний о судебной власти. Несмотря на то что в научное и массовое правосознание пришло понимание того, что знания о судебной власти нуждаются не только в серьезном переосмыслении, но и в обобщенном изложении в рамках единой доктрины, они тем не менее до сих пор разбросаны по целой группе гуманитарных наук, отраслевым правовым наукам, многие из которых перегружены задачами прикладного характера. В то же время очевидно, что без соответствующей общетеоретической базы эффективное решение проблем судебной власти невозможно.

Природа власти во всех случаях одна. В первую очередь она — психологическая, во вторую — социальная. В ее основе лежит практическое сознание (рутина) — привычные, поэтому уже давно воспринимаемые человечеством как данное, повседневные социальные действия. Осуществляя их, люди практически не задумываются о значимости содеянного, его алгоритме, поскольку, как они сами выражаются, действовали: «механически», «автоматически», «на автопилоте» и т.п.

В социальной природе власти обнаруживается некая разумная составляющая, изначально свойственная социальным образованиям, — дискурсивное сознание (поведенческая цепочка, в основе которой лежат рассуждения и умозаключения авторов), степень сложности которого и предопределяет уровень организации отношений «господства — подчинения» в них.

Так что же такое власть? На данный вопрос исключительно интересен комплекс ответов, содержащихся в выступлении А.И. Юрьева на Международной конференции «Психология власти», состоявшейся 11-12 января 2005 г. на кафедре политической психологии Санкт-Петербургского государственного университета.

Во-первых, А.И. Юрьев правильно подметил, что «человек, как и силу тяжести, власть не придумал — он только использует ее за счет изобретения социальных механизмов. Власть действует естественно и автоматически, как только в ней появляется потребность»1См.: Юрьев А.И. Власть как предмет науки // Психология власти: Материалы конференции / Под ред. А.И. Юрьева. 2-е изд., перераб. и доп. СПб., 2005. С. 19..

Во-вторых, он предупреждает об опасности упрощения проблемы власти и низведения ее до бытового уровня, что иногда свойственно авторам политических реформ, когда под властью понимают способность субъекта «А» подчинить себе субъект «Б».

В-третьих, А.И. Юрьев, ссылаясь на позицию М. Фуко, совершенно обоснованно утверждает, что «размешать власть в надстройке было бы столь же ошибочно, как и считать, что ее можно обосновать в нормах нрава, ограничить законом, т.е. полагать, что она может быть "присвоена" и "быть во владении" одного или многих государственных институтов либо принадлежать доминирующему политическому субъекту (классу, партии или личности). Власть не является ни данной, ни обмениваемой, ни восстанавливаемой, но скорее исполняемой, и она существует только в действии. Власть не пирамидальна... но сегментарна и линейна, она существует посредством смежности, а не через высоту и даль».

В-четвертых, А.И. Юрьев правильно указывает на то, что власть и лидер — не одно и то же. Политик — всего лишь потенциальный «носитель власти», а «источниками власти» являются естественные законы, которые он должен правильно применять в своей практической деятельности. Политик или партия никогда не «захватывают власть» — они только получают право на управление системой власти, при этом они вынуждены действовать только так, как эта система власти им позволяет.

В-пятых, по мнению А.И. Юрьева, важно и существенно то, что политик, получивший право на управление, получает и право на модернизацию системы власти, ее ремонт или замену. В данном случае политику требуются научные знания о закономерностях власти.

В-шестых, изменяется мир — изменяется и конструкция власти, завершает свои рассуждения проф. А.И. Юрьев.

С. Московичи писал, что власть всегда характеризуют два аспекта. Извне власть — это принцип порядка, который отделяет правителей от управляемых и указывает, каким образом большинство должно подчиняться командующему меньшинству. Изнутри власть — это принцип действия, на которое рассчитывает общество2См.: Московичи С. Власть — неизбежный источник отношений между людьми // Райгородский Д.Я. Психология и псиоаналт власти: Хрестоматия: В 2-х т. Самара. 1999. Т. 1С. 169.. Подавляющее большинство россиян видит власть исключительно «извне», т.е. в виде официальной иерархии отношений в рамках конструкции «господство — подчинение», и совершенно не задумывается о ее внутреннем содержании, а там более о природе власти.

В то же время очевидно и другое: доступный нашему чувственному восприятию «образ власти» не раскрывает в полной мере присущего ей содержания. Таким образом, власть — это то, что в рамках текущего научного дискурса принято определять как феномен.

Попробуем теперь ответить на вопрос: что первично — суд или судебная власть? Если под судебной властью понимать только власть суда — конкретного государственного учреждения, а любой суд как элемент государственного аппарата, облеченный властью, безусловно, обладает ею, то понятие «власть суда» легко спутать с понятием «судебная власть». Хотя понятия «власть суда» и «судебная власть» также разительно отличаются друг от друга как понятия «кровь с молоком» и «молоко с кровью».

Определяя судебную власть, отметим, что, во-первых, она — частный случай проявления власти вообще, одна из форм публичной власти, а именно государственной власти. В этой связи судебная власть — историческая реальность, уникальные и в то же время закономерно возникающие общественные отношения, социальная природа которых заключается в потенциальной способности человечества. Она опирается в своей деятельности на такую социальную ценность, как право, посредством только одному ему ведомых средств, речи, символов и знаков мобилизовать свои ресурсы дня разрешения определенных категорий социальных конфликтов. У общества есть право не только принимать решения в процессе их разрешения, но и добиваться путем неукоснительного следования нормам права обязательного их исполнения.

Судебная власть — это присущее социальной природе человека средство и необходимое условие функционирования высокоразвитой социальной общности, а равно средство всеобщей связи (коммуникации), возникающее между высокоорганизованными людьми в процессе разрешения определенных категорий социальных конфликтов, символический посредник, обеспечивающий выполнение взаимных для граждан и государства обязательств на основе норм права.

Судебная власть — институализация ожидания обществом того, что возникшим социальным конфликтам, их разрешению в соответствии с законами и на их основе будет уделено достойное внимание.

Судебная власть — это принятая определенной человеческой общностью процессуально-правовая парадигма поведения субъектов права при разрешении социальных конфликтов.

Судебная власть характеризуется многоаспектностью, сложностью и системностью.

Во-вторых, наличие в комплексе судебных властеотношений народа, нации, политическою (гражданского) общества, в которых народ, нация, политическое (гражданское) общество одновременно и объект, и специфический субъект, так как существование государственной власти, а следовательно, и судебной власти вне народа, нации, политического (гражданского) общества абсолютно невозможно, так как сами они — ее источники. Суд (судебная система) — это аппарат судебной власти, особые государственные учреждения (по сути своей уникальная особая форма государственно-властных правоотношений организационно-структурного характера), специфическим образом канализирующие процесс государственного управления при разрешении социальных конфликтов. При разрешении конкретного социального конфликта суд — государственное учреждение — выступает не только носителем судебной власти, но и является субъектом процесса.

В-третьих, приказ субъекта, осуществляющего судебную власть, — фактически воля народа в редукции органов государства — судов по отношению к объекту, т.е. к этому же народу, в обязательном порядке сопровождается угрозой применения санкции в случае неповиновения.

Угроза может быть выражена в самых различных формах. Особенность применения силы государством в данном случае заключается в том, что она исходит не только от государства (изнутри), а и от его аппарата, т.е. для общества как бы извне. При удачном ходе судебного разбирательства в обществе быстро вызревает уверенность в том, что установившийся характер судебно-властных правоотношений для него благо, поэтому необходимость во внешней силе отпадает или минимизируется. Социальные конфликты разрешаются судом не посредством внешней силы, а путем совершенствования, специализации властеотношений. Появление самостоятельной и независимой судебной власти — судебно-властного правоотношений — результат именно такого развития властеотношений.

В-четвертых, подчинение народа субъекту, т.е. фактически господствующему в нем мнению, — есть подчинение воле осуществляющего власть субъекта. В реальной жизни это выглядит как подчинение решению суда — конкретного государственного учреждения.

В-пятых, правовые нормы, устанавливающие, что отдающий «приказы» субъект — суд — имеет на это право, а объект — народ (как участники конкретного судоговорения, так и общество в целом) — обязан подчиниться его приказам. Таким путем судебная власть легитимизируется и распадается на совокупность рядовых правоотношений власти — подчинения процессуального характера.

Безусловно, судебная власть — ресурс, который необходим для осуществления каких-либо определенных целенаправленных действий. Конечно, судебная власть в этом случае в умах людей предстает как мощь, сила, воля, в основе которых лежат почитаемые ими право, законы.

В организации судопроизводства используется все, что может быть конвертировано в судебную власть (и богатство, и влияние, и культура). При этом судебную власть как ресурс народ передает (делегирует) судам (судьям), которые, по общему признанию, выступают как носители судебной власти.

В то же время судебная власть — устойчивые человеческие отношения, поэтому она не располагается в конкретном государственном аппарате, в самом обществе ничего не изменится, если мы лить сменим название судов, провозгласим состязательность процесса или, наоборот, отменим ее, а равно призовем на службу новое поколение судей. Судебная власть в данном случае есть не что иное как функция. Судебная власть в государстве в качестве функции не может быть присвоена одним лицом. Отчужденную, неперсонифицированную судебную власть рассматривают как судебную машину.

Наконец, судебная власть — форма творчества, она позволяет находить новые оригинальные конфигурации прежних ресурсов и функций. Надстраиваемая ею коммуникация порождает новый смысл жизни народа, гарантирует новую увязку целей и средств, выдвигает новые критерии и основания власти, эффективность достижения целей.

В настоящее время как в отечественной, так и в мировой юридической науке судебная власть иногда приравнивается к так называемой усмотрительной власти (discretionary power). В числе сторонников данной концепции К. Дэвис, Д. Галлиган, Дж. Венези, О.А. Папкова. Последняя, в частности, считает, что судебная власть — усмотрение, во-первых, ограничено юридическими нормами. Во-вторых, оно осуществляется только в процессуальной форме. В-третьих, судейское усмотрение должно быть мотивированным. В-четвертых, судейское усмотрение — ограничено лишь выбором варианта решения. В-пятых, судейское усмотрение — не более чем разновидность правоприменительной деятельности3См. об этом: Папкова О.А. Усмотрение. М., 2005. С. 202-209..

Как видим, феномен судебной власти многогранен. В то же время для него, как и для власти вообще, характерны следующие аспекты:

  • директивный, в соответствии с которым судебная власть понимается как реальное господство, имеющее материальную составляющую уже в силу того, что она является знанием целого народа, целой нации;
  • технологический — совокупность социальных практик, позволяющих реализовать потенцию государственной власти в рамках разрешения конфликтных ситуаций;
  • коммуникативный — судебная власть — это язык, понятный всем субъектам государственно-правового властеотношения.

В научной литературе судебная власть четко отграничена от авторитета, влияния, зависимости, воздействия, принуждения, насилия, произвола суда, имеется стройная и завершенная классификация функций судебной власти.

И естественно, судебная власть — это своеобразный язык закона, форма его жизни. Сравните die Rechtsprechende Gewalt (нем.) — официально судебная власть, дословно «правоговорящая власть», да и судопроизводство в немецком языке die Rechtsprechung — дословно «правоговорение».

Возникает еще один вопрос: можно ли судебную власть рассматривать как разновидность власти политической?

Судебная власть — составная часть государственной власти. Таким образом, чтобы ответить на вышеозначенный вопрос, сначала следует определиться, является ли государственная власть политической. М.И. Байтин пишет: термины «политическая масть» и «государственная власть» — синонимы. В своих рассуждениях он апеллирует к К. Марксу. Оказывается, последний в данном вопросе был весьма конкретен: в статье «Морализующая критика и критизирующая мораль» он прямо отождествляет оба анализируемых нами понятия.

Сказанное позволяет нам прийти к однозначному выводу о том, что судебная власть, так же как и две другие ветви власти, носит политический характер, в этой связи ей наравне с ними предстоит решать не только «чисто правовые», но и политические проблемы. О том, что две другие ветви власти — законодательная и исполнительная — носят политический характер, спор обычно не возникает.

Правда, некоторые ученые (Ф.М. Бурлацкий, Н.М. Кейзеров, Л.Т. Кривушин, В.Д. Перевалов и др.) считают, что понятие «политическая власть» гораздо шире понятия «государственная власть». Ю.А. Дмитриев вообще утверждает, что политическая власть — это одно, а государственная — совсем другое. Однако, как правильно отмечают М.И. Байтин и В.Е. Чиркин, государство не может быть оторвано от общества, ибо оно регулирует общественные отношения4Байтин М.И. Сущность права (Современное нормативное правопонимание на грани двух веков). М„ 2005. С. 436; Чиркин В.Е. Общечеловеческие ценности и современное государство // Государство и право. 2000. № 2. С. 11..

Судебная власть обладает своей собственной структурой. В ее основе — легитимность суда, авторитет суда. Следует отметить, что понятия «авторитет суда», «авторитет судебной власти»5Примечательно, что Конституция Франции 1958 г. различает «судебный авторитет» и «политическую власть». Авторы данного законодательного положения исходили из того, что власть всегда инновация — программное действие, поэтому законодательная власть и исполнительная власть сами определяют «повестку дня своей деятельности», в то время как авторитет таким качеством не обладает, ибо в юрисдикции суда находятся только те споры, которые отнесены к его подведомственности и за разрешением которых к нему обратились стороны. в российской юриспруденции разработаны весьма слабо. Причина этого прозаична. В советский период развития общества внимания им уделялось немного, так как для исследователей той поры не совсем была понятна природа как самого суда, так и осуществляемой им власти. Суд рассматривался в качестве составного элемента командно-административной машины, в авторитете которой до поры до времени никто особо не сомневался. Поскольку авторитетом априори обладало целое, то частное — «советский суд был авторитетен сам по себе»6Мартынчик Е.Г. Авторитет советского суда / Под ред. докт. юрид. наук В.М. Иванова. Кишинев, 1991. С. 5.. Вместе с тем, проблема авторитета судебной власти требует инициативной постановки, новых подходов и теоретических разработок.

Об уровне авторитета суда можно судить по оценкам, исходящим как от официальных государственных органов власти, так и по тем, которые дают различные общественные структуры и юристы-профессионалы. Давно подмечено, что охрана авторитета суда является функцией верховной власти. Истоки авторитета судебной власти неразрывно связаны с общим уровнем развития права, качеством правосознания конкретного народа, сбалансированностью судебно-правовой политики, а также с порядком формирования судов, самостоятельностью, независимостью и неподкупностью судей, законностью их деятельности.

Так, например, Ж.-Ж. Руссо еще в XVIII в. в своих исследованиях вышел на факторы политической, социальной и правовой реальности, подрывающие авторитет судебной власти. В их перечне он назвал: отсутствие во Франции выборных органов правосудия, произвол судейских чиновников, выход их из-под контроля центральной власти, вследствие чего они нередко превращаются в силу, противостоящую гражданину. По этому поводу один из основателей концепции разделения властей писал: никто не сочтет, сколько же в истории отдельных стран было несправедливых и жестоких судебных расправ.

Авторитет судебной власти обусловлен целым перечнем факторов. Вот наиболее важные из них.

  1. в основе авторитета судебной власти лежит реальная, а не декларированная подсудность: перечень категорий споров, разрешение которых входит в компетенцию суда. Чем шире данный перечень, тем авторитетнее суд.
  2. об уровне авторитета судебной власти свидетельствуют частотные и количественные характеристики судебно-властных правоотношений. Чем чаше участники споров вступают в данный вид отношений, тем увереннее можно судить об их авторитетности.
  3. авторитет суда, как ни странно, обусловлен стабильностью судебно-правовой политики государства.

В то же время об авторитете судебной власти ни в коем случае нельзя судить по авторитету конкретных судебных учреждений, поскольку судебная власть — это общественные отношения в целом, а об авторитете конкретного судебного учреждения судят обычно по качеству работы отдельных чиновников. Причем не исключено, что авторитет конкретных чиновников от правосудия может быть исключительно высок, в то время как уровень авторитета судебной власти в целом — низок.

О реальном существовании судебной власти в государстве можно говорить только в том случае, когда налицо все ее главные источники, ее носители, а сама она выполняет свойственные ей функции. При этом постоянно следует помнить, что судебная власть — производная от многих иных частных случаев власти законодательной, исполнительной, политической. Ослабление любой из них тут же приводит к психопатологии власти в государстве и, как следствие, к психопатологии власти судебной.

Источник судебной власти — общество, только в нем возможны возникновение и существование судебно-властных правоотношений. Поскольку речь идет о правоотношениях, то существование судебной власти невозможно без развитой системы права. Возникает вопрос: кто же в таких условиях является носителем судебной власти? На данный вопрос существует традиционный ответ: носителями судебной власти являются судьи. Так ли это?

Судьи — элемент судебной системы — аппарата судебной власти. Следовательно, категории «суд», «судья» производные от категорий «судебная власть», «судебно-властное правоотношение». На практике перечень носителей судебной власти гораздо шире. Нет препятствий для того, чтобы заявить о существовании судебной наукократии, т.е. власти знающих над незнающими. К числу знающих в данном случае можно отнести представителей сторон, не только обладающих специальными познаниями, но в первую очередь верящими в пригодность судебно-властных правоотношений для разрешения конкретных социальных конфликтов.

Для общества характерна судебная демократия, власть большинства, признающего эффективность судебного разбирательства, над меньшинством, предпочитающим самосуд.

Судебная партократия — власть организованных над неорганизованными — проявляется при лоббировании законодательства, регламентирующего вопросы судебного строительства, организации судопроизводства и т.п.

Судебная автократия — власть сильных, организованных в государство членов общества над слабыми, пытающимися пренебречь общими правилами поведения.

Ключевую роль в судопроизводстве играет судебная бюрократия — власть уполномоченных (судей) над неуполномоченными (участниками процесса). Данная составляющая судебной власти в определенной степени эквивалентна власти оного индивида (судьи) над другим индивидом (например, подсудимым), т.е. тому, что Б. Рассел называл «голой властью». Формирование управляющей прослойки — судейского корпуса неизбежно чревато его отрывом от общества, в результате чего управляющая прослойка трансформируется в самостоятельную корпорацию, имеющую свои узковедомственные интересы. Для судебной бюрократии, впрочем, как и для иных видов бюрократии, характерны следующие недостатки:

  1. дела рассматриваются только с позиции соответствующего чиновника;
  2. она не склонна брать на себя ответственность за принятые решения;
  3. она изощряется в изобретении способов обхода законов;
  4. дела рассматриваются в зависимости от вкуса начальства;
  5. она подвержена коррупции.

В то же время судебная власть в целом — категория не персонифицированная, ее основное отличие от исполнительной власти — скромная роль судебной бюрократии.

Разрешение конфликтных ситуаций между субъектами общественных отношений на основе норм права, осуществляемое специально уполномоченными на то органами государственной власти, во все времена рассматривалось в качестве одного из приоритетных направлений государственной деятельности. В современных обществах основным элементом структуры этого направления государственной деятельности является судебный способ урегулирования споров. Обычно его называют «правосудием» или «судопроизводством». Некоторые специалисты считают, что эти понятия далеко не равнозначны7 Так, некоторые утверждают, что понятие «судопроизводство» гораздо шире понятия «правосудие», поскольку первое наряду с собственно правосудием (рассмотрением и разрешением дел судами) включает в себя и несудебную деятельность, например предварительное расследование. Другие «складывают» судопроизводство из собственно правосудия и судебной деятельности. Рассуждения подобного рода привели Е.В. Кладий к мысли о том, что конституционного правосудия не бывает в принципе, а существует только конституционное судопроизводство. См. подробнее: Кладий Е.В. Судебная власть в системе государственной власти Российской Федерации: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 9, 19.. Однако в данном конкретном случае нас интересуют не какие-то отдельные (порой трудно уловимые) оттенки, свойственные каждому из перечисленных терминов (да и то в отдельные периоды развития русского языка), а только лишь обозначаемое с их помощью содержание государственно-правового явления — разрешение конфликтных ситуаций в обществе судом (или посредством суда). Уяснение данного явления, а фактически — феномена, который хотя в определенной мере и дан нам в чувственном опыте, но на самом деле раскрываем исключительно в ходе особого познания, необходимо начать с анализа его сущностных качеств.

Сущностные качества судопроизводства — это свойства, которые характерны для правосудия любой страны и любой эпохи, т.е. те качества, без которых суда как способа разрешения конфликтных ситуаций в обществе нет и быть не может, без которых правосудие мгновенно исчезает, ибо суд в силу ряда определенных объективных, а равно субъективных причин не в состоянии выполнить свою социальною роль. Сущностных характеристик судопроизводства в юридической науке известно достаточно много. Мы ограничимся упоминанием лишь тех из них, анализ которых от государства к государству, от эпохи к эпохе, от одной правовой системы к другой необходим для того, чтобы постигнуть таинство генезиса8Генезис в широком смысле — момент зарождения и следующий за этим процесс развития, приведший к определенному состоянию, виду, явлению. См.: Советский энциклопедический словарь. М., 1985. С. 286. суда, а затем его эволюцию9Для общества характерны два способа развития: революционный, когда качественные изменения происходят скачкообразно, и эволюционный, когда они в обществе накапливаются постепенно, порой веками. Для судебной власти характерен преимущественно эволюционный тип развития. в самостоятельную и независимую властную структуру, за проявлениями которой в материальном мире иногда (пусть и с трудом) угадываются контуры такого ускользающего от непосредственного наблюдения социального явления, недоступного прямому наблюдению феномена, как судебная власть.

Для судопроизводства характерно, что разрешение социальных конфликтов осуществляется, во-первых, специально на то уполномоченными органами государственной власти — судами (судьями, судебными составами10Под термином «суд» понимается как судья (необязательно профессиональный), рассматривающий дело единолично, так и совокупность судей. Совокупность судей может быть простой, состоящей как из одних профессионалов (в России, например, судебная коллегия из трех человек, президиум, пленум суда), так и одновременно из профессиональных судей и судей из народа, к числу которых обычно относят народных заседателей (шеффенов). Совокупность судей может быть и сложно организованной, например, суд, рассматривающий дело с участием присяжных заседателей. В этом случае последним вменяется в обязанность рассмотрение спора лишь по вопросам «факта» (доказанности), в то время как профессиональная составляющая суда компетентна только в применении норм права к решению, принятому присяжными.), во-вторых, на основе норм права (как материального, так и процессуального)11Утверждение о том, что разрешение социального конфликта происходит исключительно на основе норм права, базируется в том числе и на тех ситуациях, когда нормы права формируются непосредственно в процессе судопроизводства. Прямой противоположностью судебной правоприменительной, судебной правоустановительной деятельности, с нашей точки зрения, является произвол, дискреционные полномочия отдельных руководителей..

Впрочем, сразу оговоримся, что разрешение социальных конфликтов на основе норм права — прерогатива не одних только судов, но и многих иных органов государственной власти, в том числе специально на то уполномоченных. Более того, в любой стране нетрудно обнаружить довольно сложную и разветвленную систему «несудебных субъектов», обладающих широчайшей юрисдикцией в сфере разрешения самых разнообразных социальных конфликтов.

Большинство из них, как правило, — элементы аппарата административной ветви государственной власти, например, административная юстиция в США. Несудебные субъекты, осуществляющие квазиправосудие, создаются порой и в структурах законодательной ветви государственной власти. К таковым следует отнести различные виды парламентских расследований, конечно, при условии, что их результатом будет общеобязательное решение. На основе норм права разрешают порой социальные конфликты и органы, не входящие в перечень государственных, например, некогда в СССР так работали товарищеские суды.

Анализ деятельности вышеперечисленных «несудебных субъектов» предметом настоящего исследования не является. Об их существовании упоминается лишь тогда и постольку, поскольку это необходимо для отграничения правосудия (судопроизводства) от прочих самостоятельных видов государственной и негосударственной деятельности, в первую очередь от тех, цель существования которых (как и судов) — разрешение социальных конфликтов. Несудебные субъекты, занимающиеся такого рода деятельностью, в отличие от судов сущностными качествами последних в достаточной совокупности не обладают.

В-третьих, от вышеупомянутой деятельности несудебных субъектов (тем более от несудебных форм разрешения социальных споров12К последним относятся, в частности, поединки, месть, террор, войны, а равно двусторонние переговоры, различные формы посредничества (арбитраж). ) судебный выгодно отличается тем, что государство в данном случае соглашается на максимально полное удовлетворение потребности каждой из сторон — обосновать перед самостоятельным, независимым и поведенчески предсказуемым судом (судьей) правильность избранной ею позиции. В результате этого социальный конфликт трансформируется в состязание12Правосудие, основанное на принципах состязательности и диспозитивности, не универсально. Весьма жизнеспособен «инквизиционный» процесс, в котором инициатива в сборе доказательств принадлежит судье. В данном случае стороны (в том числе и их профессиональные представители) играют второстепенную роль. Если принять за допущение, что частный сектор эффективнее государственного, то «инквизиторская» не только переносит ответственность за результат судебного разбирательства на государство, но и ведет к увеличению числа судей по отношению к числу адвокатов, следовательно, и увеличение судебных расходов., особенность которого в том, что оно проводится в соответствии с общепризнанными, апробированными временем процессуальными правилами и под контролем государства. Сущность правосудия как состязательного процесса неизбежно извращается, если тяжущиеся стороны (а равно одна из них) необходимыми качествами самостоятельных субъектов судебно-властного правоотношения не обладают. В числе этих качеств: знание норм права по существу спора и признание их главенства, способность реализовать свою процессуальную позицию, отказ от злоупотребления своим правом.

В-четвертых, государство в лице суда (судьи) не только самостоятельно, публично13По мнению В.А. Рязановского, процесс в отличие материального права всегда публичен. См. подробнее: Рязановский В. А. Единство процесса. М., 1996. С. 15., т.е. от имени народа, порой и ex officio14По обязанности (лат)., принимает в широком смысле этого слова общеобязательное решение в споре обратившихся к нему за помощью сторон, но еще и, в-пятых, как правило, гарантирует им, а равно и всему обществу его исполнение. В-шестых, судебный способ разрешения социальных конфликтов позволяет сторонам избежать неоправданного применения силы, и самоуправства. Наконец, в-седьмых, наличие суда экономически выгодно сторонам, поскольку в этом случае расходы по разрешению конфликта в значительной степени распределяются между всеми членами общества.

Завершая данную тему, попытаемся четко выделить сущностные характеристики судебной власти. Судебная власть:

  1. реальна, она обладает всеми видовыми, родовыми признаками и чертами, свойственными любой иной власти;
  2. как любое иное социальное явление, существует только в динамике — процессе;
  3. в пределах своей компетенции сильнее любой организации или индивида, обладающих той же компетенцией на территории конкретного государства, т.е. речь идет о верховенстве судебной власти, ее непререкаемости;
  4. одновременно имеет частноправовой и публично-правовой характер;
  5. проявляется в правоприменительной, правотолковательной, правотворческой сферах, участвуя таким образом в управлении обществом;
  6. не существует вне нормативного регулирования;
  7. опосредуется в правосудии (процессах), его результатах (судебных актах);
  8. является животворящим источником права. Для нее характерны особые способы формирования процедурных норм (судебный прецедент) и их трансформации (судебная практика). Правотворческая потенция судебной власти противоречива: ей под силу как оживлять «мертворожденные нормы», так и умертвлять реально действующие предписания.

Наконец, главным назначением судебной власти является разрешение политических, социальных, экономических и прочих видов конфликтов.

В заключение попробуем дать определение судебной власти. Итак, судебная власть — разновидность власти вообще, государственной власти в частности. Судебная власть — это особые общественные отношения, возникновение и существование которых обусловлено способностью социума при необходимости генерировать механизм разрешения конфликтов на основе норм права, обеспечиваемый мощью государства. Мировая юстиция — один из элементов этого механизма, ее база — судебно-властные отношения.

Судебно-властные отношения являются основой судебного взаимодействия. А если брать шире — всего судопроизводства и правосудия в целом. Судебная власть проявляется в специфической форме властного вмешательства государства в конфликтную ситуацию в социуме, в особом властном воздействии государства на участников конфликта, отношения между ними. В процессе такого вмешательства (воздействия) государство вступает с участниками конфликта или с третьими лицами в многочисленные и разнообразные властеотношения. Подавляющая часть этих властеотношений возникает и существует как правовые. Они порождают у государства (в том числе в лице суда), прочих участников процесса состояние, связанное с их правами и обязанностями. В рамках этого состояния государство в лице суда, самостоятельные и независимые члены общества, их объединения, а также юридические лица (в число которых входит государство) стремятся к цивилизованному достижению своих интересов. В основе судебно-властного отношения в большинстве случаев лежит идея удовлетворения посредством судебного разбирательства жизненной потребности сторон, общества, государства.

Судебно-властные отношения как отношения веления — подчинения, а равно правоотношения вообще не могут быть сведены только к их правовой стороне (юридической форме), так как они определяются не только нормами права, но и законами физики и психологии, нормами морали и нравственности, имеют свою теорию, статистику, историю. В то же время судебно-властные отношения не могут существовать вне правильно устроенного общежития. Только в нем они определяются общими для всех обязательными правилами, ограждаются от нарушений, восстанавливаются в случае нарушения. Ценность судебно-властного отношения заключается в том, что оно предсказуемо, поскольку облечено в правовую форму и является результатом реализации норм права. Судебно-властные отношения не только регулируются исходящими от государства правовыми нормами, но и обеспечиваются угрозой государственного принуждения, а при необходимости и его силой.

Применительно к правосудию государство вмешивается в отношения сторон, во-первых, только тогда, когда спор между ними уже возник, развивается, обостряется. Во-вторых, разрешение этого спора без вмешательства государства по каким-то причинам либо невозможно, либо нежелательно. При этом в разрешении спора иными, внесудебными средствами могут быть не заинтересованы как сами спорящие стороны, так и общество, а равно государство, иные социальные силы. В-третьих, как показывает практика, в некоторых исключительных случаях судебно-властные отношения возникают по инициативе государства в лице суда, который в данном случае действует в режиме ex officio, т.е. по обязанности.

Для судебно-властных отношений характерны следующие признаки:

  1. возникают в процессе реализации органами судебной власти (судами, судьями) своих функций;
  2. имеют в качестве обязательного субъекта судебную власть — один или сразу несколько ее носителей — органов судебной власти: суд, суды, судью, судей;
  3. всегда публичны, поскольку все виды судопроизводства осуществляются только от имени государства;
  4. являются отношениями власти и подчинения, поэтому характеризуются юридическим неравенством суда и сторон, участвующих в деле;
  5. их цель — разрешение конфликтов путем применения судами, судьями норм права;
  6. отличаются особой процессуальной формой;
  7. характеризуются специфическим правовым режимом обеспечения законности и правовой защиты.

Судебно-властным отношениям могут быть даны следующие определения.

Во-первых, оно выдержано в духе классического нормативизма: судебно-властное отношение — это разновидность правоотношений, которые возникают в процессе разрешения конфликтов между субъектами права и особыми субъектами — судами.

Во-вторых, если мы признаем факт обособления судебного права в самостоятельную отрасль права, то определение анализируемому нами объекту может быть изложено в следующей редакции. Судебно-властные отношения — это регулируемые нормами судебного права общественные отношения, складывающиеся в процессе выполнения органами судебной власти ее функций.

Наконец, в-третьих, наиболее емкое и точное определение, согласно которому судебно-властные отношения — это общественные отношения, возникающие в процессе реализации судами в установленных законом случаях и форме государственной власти при разрешении конфликтов, возникающих в процессе взаимодействия между субъектами права.

Круг участников судебно-властных отношений обширен. Полного их перечня не имеется.

Субъект судебно-властных отношений характеризуется соответствующим правовым статусом: комплексом прав, обязанностей, ограничений, запретов, ответственности. В данном случае речь идет о наличии у субъекта:

  1. правоспособности в области судебно-властных отношений, т.е. способности иметь установленные права и обязанности;
  2. дееспособности в области судебно-властных отношений — способности приобретать и осуществлять права, исполнять обязанности, соблюдать ограничения и запреты, установленные нормами судебного права, а также нести ответственность за их нарушения. Объектом судебно-властных отношений в широком смысле этого понятия является деятельность участников конфликта, разрешение которого отнесено к компетенции судебной власти.

Объектом судебно-властных отношений в узком смысле этого понятия является конкретный социальный конфликт, за разрешением которого участники правоотношения обратились к суду.

Содержание судебно-властного отношения характеризуется фактической и юридической его составляющими.

Наряду с общими признаками, характерными для всех видов правоотношений, судебно-властные отношения имеют и свои особенности.

В отличие от гражданско-правовых и ряда других правоотношений судебно-властные отношения построены на началах «власть — подчинение», в которых отсутствует юридическое равенство сторон, так как обязательным участником каждого из них выступает суд (судья) — носитель самостоятельной, независимой ветви государственной власти. Поэтому знак равенства между судом, с одной стороны, иными участниками судебно-властного отношения, с другой стороны, даже если в их перечне будет глава государства или даже само государство, поставлен быть не может.

Isfic.Info 2006-2017