История отечественного государства и права

ВЕЛООЛИМП также реализует трюковые самокаты, экипировку, запчасти.

veloolimp.com

Развитие советского права в период Великой Отечественной войны


Советское право было также перестроено в соответствии с требованиями военного времени. При этой в каждой отрасли права данная задача решалась по-своему.

Гражданское право. В условиях военного времени объективной необходимостью стало введение карточной системы снабжения населения, и в результате 76,8 млн. человек были охвачены государственным нормированным снабжением. Нормы и условия продажи продовольственных и промышленных товаров к трудящимся различных категорий и различных отраслей народного хозяйства применялись дифференцированно. Рабочим и инженерам военной, топливной, металлургической и энергетической промышленности, а также на железнодорожном транспорте обеспечивался более высокий уровень потребления. При этом для рабочих и служащих, выполнявших и перевыполнявших нормы выработки, устанавливались повышенные нормы продовольственного и промтоварного снабжения.

На предприятиях промышленности и транспорта во время войны были организованы отделы рабочего снабжения (ОРСы), число которых достигало 7700. Через ОРСы осуществлялась реализация основной части рыночных фондов товаров.

Большое значение в годы войны имело государственное регулирование колхозного рынка, цены на котором значительно превышали государственные. С этой целью при Наркомате торговли СССР было организовано Главное управление особой торговли («Главособторг»), которому была поручена организация в крупных городах коммерческой торговли, т.е. свободной продажи продуктов по повышенным ценам. В свою очередь это способствовало сравнительно быстрому снижению цен на колхозном рынке.

Основной формой получения продуктов в годы войны для многих рабочих и служащих стало дополнительное развертывание сети общественного питания, удельный вес которого в розничном товарообороте государственной и кооперативной торговли вырос к 1943 г. до 25%. Кроме того, действовала специально организованная сеть детских столовых. В городах и рабочих поселках школьные завтраки отпускались без карточек. Широко практиковалось лечебно- диетическое питание, а также специальное питание для больных.

Для осуществления строгого государственного контроля за использованием всех товарных ресурсов при Наркомторге СССР был организован отдел учета и контроля контингента населения, подлежащего снабжению нормированными товарами. На местах данная работа была поручена контрольно-учетным бюро продовольственных и промтоварных карточек. Тем самым Советское правительство строго следило за сохранением стабильного уровня государственных цен на продовольственные и промышленные товары народного потребления, а также обеспечивало устойчивость бюджета трудящихся.

В годы войны расширилась сфера административно-правового регулирования в области имущественных отношений, в том числе с участием граждан. Так, согласно названному Указу Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. военным властям в местностях, объявленных на военном положении, предоставлялось право производить изъятие транспортных средств и иного необходимого для обороны имущества не только у общественных и кооперативных предприятий, но и у граждан.

Все граждане, проживавшие в освобожденных от оккупации районах, были обязаны сдавать в течение 24 часов воинским частям или органам власти все имущество, принадлежавшее ранее советским организациям и частным лицам и присвоенное ими во время оккупации, а равно все брошенное противником военное имущество и имущество, принадлежащее частям Красной армии.

В условиях введения карточной системы и дефицита продовольственных и промышленных товаров народного потребления возросла актуальность зашиты государственного имущества, в том числе и гражданско-правовыми мерами. Определенную лепту в решение этой задачи внесло и гражданское право. Так, недостача продовольственных товаров компенсировалась материально-ответственными лицами по рыночным ценам, которые превышали государственные цены. Недостача промышленных товаров покрывалась в пятикратном размере коммерческих цен государственной торговли.

В годы войны сократился гражданский оборот. Сузилась сфера договора поставки между хозяйственными органами. Он был потеснен обязательствами, вытекающими из административно-властных распоряжений (плана). В гражданском праве произошли изменения, направленные на защиту имущественных интересов граждан, призванных в вооруженные силы. Так, 5 августа 1941 г. СНК СССР принял постановление, согласно которому на все время войны за всеми лицами, состоящими в армии и на флоте, сохранялась их жилая площадь, которая на все время отсутствия военнослужащего оплате не подлежала. Особой охране подлежали права членов семей военнослужащих. Жилая площадь, на которой они проживали, сохранялась за ними на все время пребывания военнослужащего в армии.

Наследственное право. В годы Великой Отечественной войны значительно обновилось и наследственное право. Круг наследников. которые разделялись на три группы и призывались по очереди, в годы войны был значительно расширен. Переход имущества умерших граждан к государству был ограничен, налог на наследство — отменен, свобода завещания расширена. Тем самым укреплялось материальное положение оставшихся в живых в условиях военного времени членов семьи при отсутствия завещания умершего.

Брачно-семейное право. Оно претерпело существенные перемены. которые были вызваны потребностями дальнейшего укрепления семьи, повышения рождаемости, поощрения многодетности, решения вопроса об одиноких матерях и облегчения устройства сирот. 1 октября 1941 г. был установлен налог на холостяков, одиноких и бездетных граждан. Беременным женщинам водились дополнительные пайки. Изменился порядок выдачи пособий по беременности и родам женщинам — военнослужащим. Значительно улучшилось ясельное обслуживание.

Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства» от 8 июля 1944 г., изменяя сложившееся положение, установил, что только зарегистрированный брак порождает все права и обязанности супругов; судебный порядок установления отцовства запрещался: развод затруднялся; устанавливалась сложная и длительная процедура судебного расторжения брака. Дела о расторжении брака проходили две стадии судебного разбирательства. Вначале народный суд принимал меры к примирению супругов. В случае недостижения примирения истец мог подать заявление в вышестоящий суд — областной, краевой, окружной, городской или Верховный суд союзной или автономной республики. Этот суд выносил решение по делу, затрагивая одновременно вопросы положения детей, раздела имущества, оплаты развода. Сумма сборов с разводящихся при этом значительно увеличивалась с 500 до 2000 руб.

Государство приняло на себя расходы по содержанию детей одиноких матерей, выдавая им денежные пособия, либо принимая их на бесплатное воспитание в детские дома. Было установлено, что государственное пособие на содержание и воспитание детей выдается одиноким матерям по достижении детьми 12-летнсго возраста.

Наряду с изложенным, применялись меры, направленные на поощрение многодетности и охрану материнства и детства. Вводилось почетное звание «Мать-героиня», учреждались орден «Материнская слава», и «Медаль материнства». Указ от 8 июля 1944 г. устанавливал выплату государственного пособия многодетным матерям с рождения уже не седьмого, а третьего ребенка. Денежные суммы единовременного и ежемесячного пособия возрастали при рождении каждого последующего ребенка.

В условиях военного времени возникла острая необходимость в мероприятиях по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью. Введенные 23 января 1942 г. правила о патронате предусматривали направление оставшихся без родителей детей в специальные приемники-распределители, а оттуда в детские учреждения либо на патронирование в семьи трудящихся. На каждого патронируемого полагалось пособие в сумме 50 руб. в месяц. Обеспечение одеждой осуществлялось за государственный счет. В целом вопросы патронирования, опеки и усыновления регулировались Инструкцией Наркоматов просвещения, здравоохранения и юстиции от 8 апреля 1943 г.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1943 г. было разрешено записывать малолетних детей в актах гражданского состояния не как усыновляемых, а как собственных с присвоением им соответствующих имени, фамилии и отчества.

Трудовое право. Состояние войны значительно изменило трудовые отношения. Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР «О режиме рабочего времени рабочих и служащих в военное время» от 26 июня 1941 г. администрация предприятия (учреждения) имела право с разрешения СНК СССР ежедневно увеличивать сверхурочные работы на 1 — 3 часа. Были отменены очередные и дополнительные трудовые отпуска. Взамен них полагалась денежная компенсация.

На обеспечение бесперебойной работы предприятий военной промышленности был направлен Указ Президиума Верховного Совета СССР «О мобилизации на период военного времени трудоспособного населения для работы на производстве и в строительстве» от 13 февраля 1942 г., а также Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О порядке мобилизации на сельскохозяйственные работы трудоспособного населения городов и сельских местностей» от 13 апреля 1942 г.

Мобилизации подлежало в первую очередь в авиационную и танковую промышленность, на предприятия вооружения, боеприпасов, металлургической, химической и топливной промышленности все трудоспособное население: мужчины в возрасте от 16 до 55 лет, женщины — от 16 до 50 лет. Это позволил максимально учесть и мобилизовать значительные трудовые резервы, направить их в важнейшие отрасли производства, обслуживающие нужды фронта. Трудовые мобилизации вводились также для проведения работ в наиболее напряженнее периоды сельскохозяйственного производства. В порядке трудовых мобилизаций в годы войны городские жители отработали в сельском хозяйстве 1 млрд. трудодней.

Уголовное право. Главной тенденцией развития уголовного права являлись расширение и усиление уголовной ответственности. При этом зачастую общеуголовные и воинские преступления переводились в разряд государственных. Так, в годы войны как контрреволюционный саботаж рассматривались случаи злостного уклонения людей от сдачи трофейного имущества (огнестрельного и холодного оружия, боеприпасов и пр.). Приказ народного комиссара обороны № 227 от 28 июля 1942 г. («Ни шагу назад») устанавливал, что командиры и политработники, отступающие с боевой позиции без приказа свыше, являются предателями Родины.

В этой связи на них распространялась санкция, предусмотренная действующим уголовным законодательством для изменников Родины из числа военнослужащих в виде расстрела. Согласно названному приказу, в пределах каждой армии были сформированы три — пять хорошо вооруженных заградительных отрядов (до 22 человек в каждом), которые выставлялись в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и были обязаны в случае паники и беспорядочного отхода частей расстреливать на месте паникеров и трусов.

Уголовная репрессия в годы Великой Отечественной войны в значительной мере носила внесудебный характер. Так, согласно приказу Ставки Верховного главнокомандования РККА № 270. запрещавшему сдаваться в плен, командиры и политработники, во время боя срывающие с себя знаки различия, дезертирующие в тыл или сдающиеся в плен врагу, считались злостными дезертирами, семьи которых подлежали аресту. Сами дезертиры из начсостава подлежали расстрелу на месте. Согласно постановлению ГКО СССР от 24 июня 1942 г. члены семей изменников Родины, осужденных за предательство или содействие немецким оккупантам, службу в их карательных или административных органах к высшей мере наказания подлежали аресту и ссылке в отдаленные местности СССР сроком на пять лет.

Массовые злодеяния, совершенные гитлеровскими военными преступниками и их пособниками потребовали установления для них специальной уголовной ответственности чрезвычайного характера. Начало непосредственному уголовному преследованию в данной сфере положил Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины». Посвященная представителям вражеских стран ст. 1 Указа определила состав наказуемых деяний оккупантов в форме «убийств и истязаний гражданского населения и пленных красноармейцев». К субъектам уголовной ответственности за военные преступления относились немецкие, итальянские, румынские, венгерские и финские «изверги», а также шпионы и изменники родины из числа советских граждан.

Указав на то обстоятельство, что их деяния являются самыми позорными и тяжкими преступлениями, «самыми гнусными злодеяниями», Президиум Верховного Совета СССР признал в то же время применявшиеся к ним до того меры воздействия явно не соответствующими содеянному. В этой связи для нацистских преступников и их пособников, уличенных в подобных деяниях, была введена исключительная мера наказания в виде смертной казни через повешение. Для их местных пособников, повинных в совершении расправ и насилии над гражданским населением и пленными красно армейцами, ст. 2 Указа была введена кара в виде ссылки на каторжные работы сроком от 15 до 20 лет.

В изучаемый период Советское государство издало ряд законов, направленных на борьбу с преступными деяниями, порожденными условиями военного времени. Так, состояние войны потребовало соблюдения правил светомаскировки в населенных пунктах даже вдалеке от линии фронта, поэтому вводилась строгая уголовная ответственность нарушения правил местной противовоздушной обороны.

6 июля 1941 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР была установлена уголовная ответственность за распространение в военное время ложных слухов, возбуждающих тревогу среди населения. Подобные деяния карались тюремным заключением на срок от двух до пяти лет.

На укрепление обороноспособности страны был направлен Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об ответственности за разглашение государственной тайны и утрату документов, содержащих государственную тайну», который вводил наказание для совершивших данное преступление должностных лиц в виде лишения свободы до 10 лет, частных лиц — до трех лет.

Усилилась борьба с хищениями личной собственности, особенно при наличии отягчавших обстоятельств, вызванных войной квартирные кражи во время налета, обворовывание эвакуированных, раскопка и похищение спрятанного в ямах.

Появляются составы уголовных правонарушений, связанные с присвоением орденов и медалей и незаконным их ношением. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 мая 1943 г. устанавливалась уголовная ответственность воинских начальников за незаконное награждение, а также присвоение орденов, медалей и нагрудных знаков.

В условиях военного времени существенно усиливалась уголовная ответственность за хищение социалистической собственности. Так, 23 июня 1942 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР была специально установлена уголовная ответственность за хищения горючего в МТС и совхозах.

26 декабря 1941 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об ответственности рабочих и служащих предприятий военной промышленности за самовольный уход с предприятий» было установлено, что рабочие и служащие предприятий авиационной промышленности, танковой, вооружения, боеприпасов, военного судостроения, военной химии и иных отраслей промышленности, обслуживающих нужды обороны, на период войны считались мобилизованными и закреплялись для постоянной работы на тех предприятиях, на которых они работали. За самовольный уход с предприятий названных отраслей промышленности вводилась уголовная ответственность в виде лишения свободы на срок от 5 до 8 лет как за дезертирство.

Указом Президиума Верховного Совета СССР «О мобилизации на период военного времени трудоспособного городского населения для работы на производстве и строительстве» от 13 февраля 1942 г. устанавливалась уголовная ответственность за уклонение от мобилизации в виде принудительных работ по месту жительства на срок до одного года.

Для укрепления дисциплины на железнодорожном, речном и морском транспорте были изданы указы «О введении военного положения на всех железных дорогах» от 15 апреля 1943 г. и «О введении военного положения на морском и речном транспорте» от 9 мая 1943 г. В соответствии с ними, рабочие и служащие морского, речного и железнодорожного транспорта были объявлены мобилизованными и закрепленными на местах своей работы и несли ответственность наравне с военнослужащими.

Практика применения наказаний в условиях военного времени претерпела существенные изменения. Так, чтобы не отрывать осужденных от выполняемой работы, с первой половины 1943 г. наметилась тенденция к уменьшению применения лишения свободы и увеличения удельного веса исправительных работ. При назначении судами лишения свободы реально оно часто не исполнялось в связи с широким применением отсрочки исполнения приговора до окончания военных действий с направлением осужденного в действующую армию.

Вначале осужденные с отсрочкой продолжали нести службу в обычных частях. Согласно упомянутому показу НКО СССР № 227 от 28 июля 1942 г. были сформированы штрафные батальоны (для офицеров) и штрафные роты (для рядовых). 16 октября 1942 г. НКО СССР был издан приказ «О направлении в штрафные части военнослужащих, осужденных военными трибуналами с применением отсрочки исполнения приговора до окончания войны». В августе 1943 г. аналогичное право было предоставлено военному командованию. Командиры полков, дивизий и приравненных к ним частей вправе были направлять своей властью в штрафные роты сержантов и рядовых за самовольную отлучку, дезертирство, неисполнение приказания, кражу военного имущества, нарушение уставных правил караульной службы и иные воинские преступления.

В пределах фронта формировалось от одного до трех штрафбатов по 800 человек в каждом, в армиях — от пяти до десяти штрафных рот по 150—200 человек. Срок пребывания в штрафных подразделениях регулировался приказом по полку: до трех месяцев либо до ранения в бою, совершения подвига, представления к награде. По имеющимся данным, за годы Великой Отечественной войны через штрафные роты и батальоны было пропущено до 1,5 млн. советских военнослужащих.

В период Великой Отечественной войны сложился упрощенный и облегченный порядок снятия судимости для осужденных военнослужащих. Согласно указам Президиума Верховного Совета СССР от 14 декабря 1941 г. и 28 февраля 1943 г. за отличия в боях судимость с военнослужащих снималась военными советами фронтов, отдельных армий, флотов, действующих от имени Президиума Верховного Совета СССР, а также военными трибуналами.

Снятие судимости осуществлялось независимо от тяжести наказания, к которому был приговорен отличившийся в боях военнослужащий, а также независимо от давности осуждения или срока фактического отбывания наказания. При освобождении судами от наказания военнослужащих, проявивших себя стойкими защитниками Родины, в порядке вновь введенного примечания 2 к ст. 28 УК РСФСР (и аналогичных статей других союзных республик) с них одновременно снималась и судимость.

Уголовный процесс. Определенными изменениями отмечено и уголовно-процессуальное право. Прежде всего они коснулись вопросов подсудности. Так, в местностях, объявленных на военном положении, согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. на рассмотрение военных трибуналов были переданы все дела о преступлениях, направленных против обороны, общественного порядка и государственной безопасности. Устанавливалось, что, как правило, во всех случаях, когда за преступление предусмотрена ответственность по законам военного времени, соответствующее дело подлежит рассмотрению в военном трибунале. Всего за годы Великой Отечественной войны военными трибуналами были осуждены 25 30 663 человека, в том числе: 471 988 — за государственные (контрреволюционные) преступления (18,6%); 792 192 — за воинские (31.4%); 12 66 483 — за общеуголовные (50%).

В местностях, объявленных на военном положении — и в районах военных действий порядок судопроизводства изменился в направлении ускорения процесса, приспособлении организации и деятельности военных трибуналов к экстраординарным обстоятельствам военного времени. Положение о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, а также в районах военных действий, введенное 22 июня 1941 г. Президиумом Верховного Совета СССР, предоставило военным судам право рассматривать уголовные дела до истечения 24 часов после вручения обвинительного заключения вместо 3 суток, установленных уголовно-процессуальными кодексами.

Приговоры, вынесенные военными трибуналами, кассационному обжалованию не подлежали и могли быть отменены или изменены в порядке надзора. В свою очередь, это потребовало расширение возможности проверки приговоров в надзорном порядке. Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 11 августа 1941 г. право принесения протестов в порядке надзора на приговоры и определения военных трибуналов было предоставлено военным прокурорам и военным трибуналам фронтов и флотов.

Обстановка, усложнившаяся после начата войны, вызвала необходимость внесения существенных изменений в порядок судопроизводства, определенный 22 июня 1941 г. Уже 27 июня 1941 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР «О допущении изъятий из ст. 16 Положения о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении и в районах военных действий» в «особо-исключительных случаях» Военным советам фронтов было предоставлено право утверждения смертных приговоров, с немедленным приведением их в исполнение. 13 июля и 8 сентября 1941 г. аналогичные права Президиумом Верховного Совета СССР были предоставлены Военным советам армий и корпусов, командирам и комиссарам дивизий.

Существенными особенностями отличался порядок судебного производства в местностях, объявленных на осадном положении. В пределах городов и населенных пунктов, которым угрожало вторжение неприятеля, а также в только что освобожденных городах (впредь до установления в них надлежащего порядка и организации нормальной деятельности местных органов власти) военное командование имело право: преобразовывать территориальные суды и прокуратуры в военные; разрешать вопросы о порядке приведения приговоров военных трибуналов в исполнение; приостанавливать (наряду с Военной коллегией и Главной военной прокуратурой) исполнение приговоров к высшей мере наказания.

Широкое распространение приобрела практика заочного рассмотрения трибуналами дел данной категории, что особенно характерно было для первого периода войны. Требование обеспечить быстрое заочное производство в трибуналах но делам «перебежчиков на сторону врага» наряду с принятием мер репрессий к их родственникам содержалось уже в директиве Главного военного прокурора от 9 сентября 1941 г.

Сокращались сроки рассмотрения уголовных дел. Так, деяния военнослужащих, совершивших самовольное отступление с поля боя, подлежали рассмотрению в течение 48 часов.

Усилились позиции дознания в сравнении с предварительным следствием. 12 ноября 1942 г. приказом НКО СССР была объявлена новая инструкция военным органам дознания (взамен прежней — от 1940 г.), которая принципиально по-новому разрешала соотношение между дознанием и предварительным расследованием в армии. В этой связи роль военных дознавателей в уголовном процессе значительно возросла, позволив им практически в полном объеме осуществлять производство по ряду категорий уголовных дел.

Существенными особенностями в годы войны отличалось производство по делам о злодеяниях гитлеровских военных преступников и их пособников, которые относились к категории наиболее сложных и трудоемких. Некоторые особенности, имевшиеся в данной сфере, были связаны в основном с необходимостью организации комиссий по установлению и расследованию гитлеровских злодеяний, которые явились неотъемлемой частью процесса предварительного расследования по уголовным делам данной категории. Практика показала, что актирование гитлеровских злодеяний комиссиями из представителей общественности удачно вписалось в систему судопроизводства, сложившуюся в отношении гитлеровских военных преступников и их пособников. При минимуме розыскных и следственных действий его применение позволило компетентным органам Советского государства осуществлять производство по их делам в кратчайшие сроки.

26 июня 1943 г. приказом прокурора СССР было утверждено Положение «О порядке установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников». Положение устанавливало, что в районах военных действий, там, где еще не была восстановлена работа местных органов советской власти, установление и расследование зверств захватчиков и их сообщников производится органами военной прокуратуры при содействии командного состава частей Красной армии.

Положением вводился примерный перечень признаков составов преступных действий нацистов и их пособников, которые военные следователи и дознаватели должны были разоблачать в районах боевых действий. Это были факты: убийств мирных граждан, насилий, издевательств и пыток, учиненных немецко-фашистскими захватчиками и их пособниками над беззащитными людьми (женщинами, детьми, стариками); увода советских людей в немецкое рабство; пыток и истязаний, учиненных над пленными, больными и ранеными советскими военнослужащими.

Установление указанных фактов облекалось в форму актирования на основе заявлений советских граждан, опроса потерпевших, свидетелей, врачебной экспертизы, а также осмотра мест, где были совершены злодеяния. На данном этапе проверка первичных данных и составление актов должны были производиться либо органами военной прокуратуры, либо представителями командования частей и соединений Красной армии. Расследование согласно Положению производилось военными следователями с привлечением армейских органов дознания.

Наряду с этим органы военной прокуратуры обязаны были неукоснительно руководствоваться всеми инструкциями, изданными Чрезвычайной государственной комиссией. Их расследования признавались производными от осуществляемых ею и призваны были служить лишь в качестве дополнения последних. Акты по установлению фактов злодеяний должны были содержать в себе по возможности точное описание обстоятельств военных преступлений, времени, места и способов их совершения. Кроме того, в актах указывались установочные данные лиц, удостоверивших факт совершения гитлеровцами злодеяния.

В качестве приложения акты включали все относящиеся к делу документы, заявления советских граждан, протоколы опросов, заключения медицинских экспертиз, фотоснимки, письма советских людей, угнанных в немецкое рабство, обнаруженные приказы и распоряжения оккупационных властей. При установлении фактов злодеяний фашистов военные следователи были обязаны выявлять всех их виновников — организаторов, подстрекателей, исполнителей и пособников, с указанием фамилий, наименований воинских частей, учреждений или организаций, к которым они принадлежали.

Срок следствия по данной категории уголовных дел был установлен в пять дней. Последнее обстоятельство еще раз подчеркивает то значение, которое придавалось качественному производству по данной категории дел. Предварительное расследование по подавляющему большинству уголовных дел в годы войны военными следователями завершалось в течение одного — трех дней, а зачастую нескольких часов.

Процессуальная часть названного Указа от 19 апреля 1943 г. возлагала рассмотрение дел о фашистских злодеяниях на специально учрежденные для этого военно-полевые суды, а также регламентировала их деятельность. Последние действовали в период с 1943 по 1945 г., причем не только на советской территории, но и везде, куда только вступали части Красной армии, в самой Германии в том числе.

Образовывались они согласно требованиям Указа от 19 апреля 1943 г. при дивизиях и корпусах действующей армии в составе председателя военного трибуната дивизии (председатель суда), соответствующего начальника особого отдела НКВД и заместителя командира по политической части (члены суда), причем с обязательным участием в рассмотрении дела военного прокурора дивизии. 2 августа 1943 г. Президиумом Верховного Совета СССР был издан Указ «Об образовании военно-полевых судов при кавалерийских, танковых и механизированных корпусах».

Приговоры военно-полевого суда утверждались командиром дивизии и приводились в исполнение немедленно. В Указе специально оговаривалось: приведение в исполнение приговоров военно-полевых судов — повешение осужденных к смертной казни — производить публично, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней в назидание, чтобы «все знали, как караются и какое возмездие постигнет всякого, кто совершит насилие и расправу над гражданским населением».

18 мая 1943 г. начальником ГУ ВТ были подготовлены указания «О порядке рассмотрения дел в военно-полевых судах при дивизиях действующей армии». Предание военно-полевому суду производилось командиром соответствующей дивизии по представлению военного прокурора. Рассмотрение дел в военно-полевых судах производилось немедленно, но не позднее 48 часов с момента поступления дела. Судебное рассмотрение могло производиться как в открытых, так и закрытых судебных заседаниях. Судебные заседания военно-полевых судов происходили в соответствии с общими правилами, предусмотренными уголовно-процессуальным законодательством.

8 сентября 1943 г. специальным Указом Президиума Верховного Совета СССР в тех случаях, когда по обстоятельствам военного времени была невозможна передача в военно-полевые суды дел о преступлениях пособников нацистских преступников, предусмотренных ст. 2 Указа от 19 апреля 1943 г., эти дела передавались на рассмотрение военных трибуналов с применением ими мер наказания в виде ссылки на каторжные работы сроком от 15 до 20 лет.

24 мая 1944 г. право применения ст. I Указа от 19 апреля 1943 г. в отношении нацистских преступников специальным Указом Президиума Верховного Совета было предоставлено военным трибуналам, в тех случаях, когда по обстоятельствам военного времени передача дел данной категории в военно-полевые суды оказывалась невозможной. При рассмотрении данной категории уголовных дел им предписывалось заменять смертную казнь через повешение расстрелом.

По имеющимся данным, за 1943 г. военно-полевые суды рассмотрели 878 дел, по которым были осуждены 1060 человек. Из них 815 человек были повешены, а 245 приговорены к каторге. Среди осужденных насчитывалось 1006 советских граждан и 54 вражеских военнопленных. В 1944 г. военно-полевые суды подвергли наказанию 888 человек, в том числе 707 советских граждан и 181 гитлеровца. Среди осужденных советских граждан при этом насчитывалось 525 гражданских лиц и 182 бывших военнослужащих РККА. По данным Военной прокуратуры войск МВД СССР, тыловыми трибуналами войск НКВД СССР в 1943 г. по Указу от 19 апреля 1943 г. было рассмотрено 1081 дело, в 1944 г. — 14 636 дел, в первом квартале 1945 г. — 6068 дел. По неполным данным фронтовых прокуратур, в 1943 г. общевойсковыми трибуналами в прифронтовой полосе было осуждено 282 человека, в 1944 г. — 371 (в том числе 15 гитлеровцев).

Введение в качестве меры наказания ссылки на каторжные работы потребовало дополнения советской уголовно-исполнительной системы необходимыми для этого пенитенциарными учреждениями. 11 июня 1943 г. для осуществления каторжных работ при некоторых исправительно-трудовых лагерях НКВД СССР были организованы специальные отделения каторжных работ. Отделение каторжных работ Воркутинского ИТЛ НКВД СССР (Коми АССР) было организовано для использования его заключенных на работах по строительству новых угольных шахт и на подземных работах в действующих шахтах. Каторжное отделение Норильского лагеря НКВД СССР предназначалось для обеспечения рабочей силой местных рудников, шахт, карьеров и кирпичных заводов. В Севвостлаге Дальстроя (ст. Находка Приморской железной дороги) было образовано отделение каторжных работ на добыче золота и олова.

К концу Великой Отечественной войны (на 1 апреля 1945 г.) в ИТЛ НКВД СССР отбывали наказание 15 586 изменников Родины, осужденных к каторжным работам, в том числе 1113 женщин.

Согласно Инструкции «О порядке содержания осужденных к каторжным работам в лагерях НКВД» от 11 июня 1943 г. каторжане подлежали размещению отдельно от остальных лагерников, в особых бараках с решетками на окнах. Каторжные бараки постоянно находились на запоре и охранялись стрелками. От остальной зоны ИТЛ они отделялись высоким забором. Для осужденных к каторжным работам устанавливалась одежда специального образца, особого цвета и с нашивкой личного номера заключенного. Порядок использования каторжников на работах отличатся особой суровостью. Продолжительность их рабочего дня на I час превышала общелагерную норму. Осужденные данной категории выводились на работу всегда под усиленным конвоем и в первую очередь привлекались на все особо тяжелые работы.

Одной из наиболее массовых репрессивных мер военной поры явилось превентивное выселение так называемых социально-опасных элементов, которые, оказавшись на оккупированной территории, в силу своего политического и уголовного прошлого могли принять участие в гитлеровских злодеяниях. Формальным основанием для этого служил Указ Президиума Верховного Совета СССР «О военном положении» от 22 июня 1941 г., который предоставлял военным властям право административного выселения из пределов местностей, объявленных на военном положении лиц, признанных социально опасными как по своей преступной деятельности, так и по связям с преступной средой. Согласно директиве НКВД и НКГБ СССР от 4 июля 1941 г. в случае принятия военными властями решения об административном выселении лиц. признанных социально опасными, его осуществление возлагалось на местные органы внутренних дел и госбезопасности.

Из этих же соображений административное выселение могло осуществляться и при отсутствии компрометирующих материалов — на основании принадлежности к национальностям воюющих с СССР государств. Так, согласно постановлению Военного совета Ленинградского фронта от 26 августа 1941 г. из Ленинграда и его пригородных районов было эвакуировано все немецкое и финское население. По тем же мотивам Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. превентивному выселению подверглись немцы Поволжья.

В последующем выселение осуществлялось после изгнания оккупантов как возмездие за выявленную органами госбезопасности и внутренних дел предательскую деятельность представителей отдельных семей и целых народностей, компактно проживавших в пределах тех или иных регионов. Прологом к репрессированию в данной форме, послужили специальные оперативно-чекистские мероприятия, в ходе которых были установлены систематические и массовые факты измены Родине населения целых регионов Советского Союза.

Они выражались в следующем: участии в организованных гитлеровцами вооруженных формированиях, оккупационных структурах и карательных отрядах; предательстве и уничтожении оказавшихся в тылу противника советских и партийных работников, советских военнослужащих и партизан; захвате и передаче врагу подлежащего эвакуации государственного и общественного имущества; дискриминации и способствовании угону на принудительные работы в Германию русского населения; бандповстанческом движении и т.п. Ныне уже известно, что во многом указанные обвинения оказались надуманными, в связи с чем принимаются меры по реабилитации и восстановлению прав репрессированных народов.

Isfic.Info 2006-2018