Курс уголовного процесса

Разумный срок уголовного судопроизводства


Принцип разумного срока уголовного судопроизводства это межотраслевой принцип судопроизводства, закрепленный в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также в ст. 61 УПК РФ. Данный принцип решает вопрос об определенности сроков производства по уголовному делу.

Суть принципа заключается в том, что сроки производства по уголовному делу не могут быть неопределенными и произвольными. В противном случае под угрозой окажется как право обвиняемого на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), так и право потерпевшего на доступ к правосудию (ст. 52 Конституции РФ).

Представление о «разумном сроке» в целом сформировано практикой Европейского суда по правам человека в его решениях по конкретным делам. Критерии, которыми обычно руководствуется Суд при оценке продолжительности производства по делу, перечислены в ч. 3, 4 ст. 61 УПК РФ.

Однако адресовать имеющие общий характер выводы Европейского суда относительно соблюдения разумного срока судопроизводства напрямую правоприменителю значит нарушать положения Конвенции об определенности правовых норм. Вот почему законодатель применяет комплексное правовое регулирование в целях обеспечения разумных сроков судопроизводства, в частности:

  • для досудебного производства, а также назначения судебного заседания в судах различных инстанций устанавливаются четкие сроки, определяется порядок их продления и средства контроля над законностью и обоснованностью такого продления;
  • для судебного заседания конкретных сроков не устанавливается, однако для участников процесса предусматривается возможность обращения с заявлением об ускорении рассмотрения дела (ч. 5, 6 ст. 61 УПК РФ);
  • при нарушении права на рассмотрение дела в разумный срок устанавливается возможность получения компенсации в порядке, установленном Федеральным законом от 30 апреля 2010 г. и КАС РФ.

Как видно, в российском законодательстве нет предельных сроков производства по уголовному делу. Поэтому следует еще раз обратить внимание, что разумность срока оценивается исходя из обстоятельств конкретного дела с учетом критериев, сформулированных Европейским судом1Для понимания подходов Европейского суда можно изучить, в частности, решение от 15 июля 1982 г. по делу «Экле (Eckle) против ФРГ» (Европейский суд по правам человека Избранные решения. В 2 т Т. 1 М., 2000. С. 385-394).

Исторической альтернативой данному принципу является отсутствие четких правил о сроках в уголовном судопроизводстве, что приводило к волоките при разбирательстве дел2По свидетельству А.Ф. Кони, волокита в старом (до реформы 1864 г.) суде была обычным явлением, иногда достигая «поразительных размеров». Так, дело о краже из московского уездного казначейства медной монеты на 115 тыс. руб. возникло в 1844 г., а окончено было лишь 21 год спустя, в 1865 г. (Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России Собр. соч. В 8 т. Т. 4. С. 323).. В то же время чрезмерная формализация сроков уголовного процесса, особенно в его судебных стадиях, также недопустима, так как суд «торопить» нельзя. Иначе говоря, если суду требуется определенное время для качественного отправления правосудия, то он не должен снижать стандарты правосудия, исходя из необходимости завершить производство по делу в определенный срок. Поэтому не остается иного выхода, кроме как использовать на уровне принципа оценочную категорию «разумного срока», определяемого применительно к обстоятельствам конкретного дела. Это единственно возможный вариант, получивший развитие в практике Европейского суда по правам человека и ныне нашедший отражение в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации.

Isfic.Info 2006-2018