История отечественного государства и права

Карательные меры П.А. Столыпина


На долю П.А. Столыпина выпало подавление остаточных очагов революции. Оправдывая свою политику, министр заявлял: «Где с бомбами врываются в поезда, под флагом социальной революции грабят мирных жителей, там правительство обязано поддерживать порядок...».

После взрыва, произведенного эсерами на даче премьера на Аптекарском острове, правительство приняло 19 августа 1906 г. Положение «Об учреждении военно-полевых судов». Оно предоставило генерал-губернаторам и губернаторам в местностях, объявленных на особом положении, придавать обвиняемых военно-полевому суду с применением наказания по законам военного времени. Целый ряд дел был изъят из ведения обычных судов и передавался на рассмотрение военно-полевых, состоявших не из юристов, а из строевых офицеров, не стесненных никакими рамками, выносивших суровые приговоры. Рассмотрение дела длилось не более двух суток. Процесс проходил при закрытых дверях. Приговор был окончательным и приводился в исполнение в течение суток.

Правительство не осмелилось вынести этот жесткий закон на утверждение II Государственной думы, в силу чего «Положение» действовало до 19 апреля 1907 г. По неполным данным, за восемь месяцев действия «Положения» военно-полевыми судами было приговорено к смертной казни 1102 человек, к другим наказаниям — 145 человек.

Значительная часть территории России находилась на положении чрезвычайной или усиленной охраны. Строжайший надзор был установлен за прессой и профсоюзами. Органы печати и профессиональные организации рабочих приостанавливались и закрывались администрацией. Было закрыто около 500 профсоюзов, число членов союзов сократилось до 13 тыс.

Усилилась роль карательных органов, особенно Департамента полиции. Основной функцией Департамента полиции было предупреждение и пресечение преступлений и охрана общественной безопасности и порядка. По мере организационного оформления политических партий и профессиональных союзов, развития рабочего движения все более важное место в работе политической полиции стали занимать вопросы общественного движения. Функции наблюдения за ним возлагались на ряд структурных подразделений Департамента полиции. Ключевую роль здесь играл образованный в 1898 г. Особый отдел, руководивший делом политического сыска в Российской империи и являвшийся центральным подразделением Департамента, его своего рода «мозгом» и «сердцем». Начиная с 1905 г. в Особом отделе формируется большое число дел, посвященных профессиональному движению и отдельным профессиональным союзам рабочих и служащих, политическим партиям.

Происходит новое расширение сети аппаратов политической полиции. По предложению министра внутренних дел в 1902 г. во всех крупных городах России были созданы розыскные пункты, выполнявшие функции охранных отделений. Они строились на основе строкой централизации и подчинялись непосредственно Департаменту полиции. В 1903 г. розыскные пункты были переименованы в охранные отделения.

Охранные отделения, в особенности Московское и Петербургское, являлись непосредственной опорой самодержавия. После революции 1905—1907 гг. при Петербургском охранном отделении был учрежден центральный филерский отряд, который охранял царя и членов царской фамилии.

При Московском и Петербургском охранных отделениях были созданы регистрационные бюро, которые следили за приезжавшими в столицы, вызывавшими подозрение. В декабре 1906 г. для объединения деятельности всех охранных отделений и жандармских управлений центральных губерний России образуется Московское (центральное) районное отделение. Оно находилось в непосредственном подчинении Департамента полиции.

В сельской местности наряду с имевшимся аппаратом исправников, становых приставов, урядников и сельской стражи в апреле 1905 г. на основе Закона «Об имущественной ответственности сельских обществ и селений, крестьяне которых приняли участие в аграрных беспорядках» были созданы временные уездные комиссии. Они состояли из уездного предводителя дворянства, председателя уездной земской управы, уездного исправника, одного земского начальника, податного инспектора, чиновника от Министерства внутренних дел. Комиссия расследовала дела об участии крестьян в аграрных беспорядках и привлекала их к ответственности.

Следует отметить, что руководство Министерства внутренних дел в лице министра В.К. Плеве недооценивало охранные отделения. Плеве сместил Зубатова, его заместителя Медникова, некоторых других опытных полицейских руководителей. В результате в 1903—1904 гг., по мнению начальника Особого отдела Департамента полиции Л.А. Ратаева, Россия за некоторыми исключениями «в розыскном деле представляла собой крупнейший нуль». Политическая полиция «походила на армию, которая перевооружается и занимается обучением новобранцев под огнем неприятеля».

Революция 1905—1907 гг. заставила Министерство внутренних дел изменить отношение к политическому сыску. Принимается ряд организационных и правовых мер.

Создание охранных органов. В 1907 г. в целях приближения управления к низовым органам создаются восемь охранных округов. В каждом из них учреждалось районное охранное отделение (Москва, Самара, Киев, Харьков и др.). В специально изданном «Положении о районных охранных отделениях» устанавливался принцип специализации сотрудников по отдельным революционным организациям.

Усилилось внимание к профессиональной подготовке сотрудников политического сыска. Были открыты курсы в Царском Селе, проводились занятия непосредственно в самих охранных отделениях. Для обмена опытом работы Департамент полиции стал созывать съезды начальников охранных отделении. Первый съезд состоялся в 1908 г.

Правовые основы деятельности охранных отделений были определены Положением об охранных отделениях. Согласно Положению, на охранные отделение возлагалось «негласное расследование по делам о государственных преступлениях». Работа охранных отделений строилась путем установления наблюдения за членами общественно- политических организаций — наружного и внутреннего.

Наружное наблюдение осуществлялось отделом наружного наблюдения охранного отделения. Отдел состоял из заведующего и агентов наружного наблюдения (филеров). Отделу были также подведомственны низшие чины охранного отделения: участковые полицейские надзиратели, вокзальные полицейские надзиратели. И те и другие олицетворяли как бы внешнюю полицейскую власть, наводили справки о липах, интересующих полицию, присутствовали при отходе и приходе поездов, в случае необходимости могли задержать того, кто их интересовал. Главное место в отделе принадлежало филерам, агентам наружного наблюдения.

Служба наружного наблюдения в значительных масштабах была развернута в конце XIX в. Руководство Департамента полиции, убедившись в том, что революционные организации в России получили распространение, пришло к выводу о необходимости широкой организации наружного наблюдения.

Филеры имелись при каждом охранном отделении, но наиболее успешно действовали филеры Московского охранного отделения (именно их опыт убедил Департамент полиции в необходимости расширения наружного наблюдения).

Задачи, формы и методы деятельности филеров были четко и весьма подробно определены в специальной инструкции.

Высокие требования предъявлялись к кадрам филеров. Они касались различных сторон личности филера, его человеческих качеств, деловых способностей, политических убеждений. В Инструкции по организации наружного (филерского) наблюдения (1908 год) указывалось, что «филер должен быть политически, нравственно благонадежным, твердым в своих убеждениях... Вновь поступающему филеру должно быть разъяснено... несостоятельность учений революционных партий... серьезность принятых филером на себя обязанностей и необходимость безусловно правдивого отношения к службе вообще, а к даваемым сведениям в особенности». Лица, принимавшиеся в охранное отделение в качестве филеров, как правило, проходили испытательный срок для овладения навыками профессии.

Устанавливая наблюдение за объектом, филеры давали ему кличку (например, «Скорый» — А.Ф. Керенский, «Темный» — Г. Распутин) и ежедневно докладывали о результатах наблюдения. Филеры устанавливали связи объекта наблюдения, стремились завязать знакомство с лицами, связанными с поднадзорным, проникнуть во внутреннюю жизнь поднадзорного.

Надо сказать, что в целом филеры серьезного эффекта не давали. Революционная среда их быстро раскусила. Они получили прозвище «гороховое пальто». Не случайно в Инструкции начальникам охранных отделений говорилось: «Наружное наблюдение представляется большею частью вспомогательным, а потому при отсутствии освещения со стороны внутренней агентуры, оно лишь в исключительных случаях может дать самостоятельный материал для выяснения сообщества. Поэтому наибольшую выгоду из наружного наблюдения можно получить только при строгом сообразовании его с указаниями внутренней агентуры».

Таким образом, наиболее важное значение для охранных отделений имела внутренняя агентура. Основной задачей негласных (внутренних) агентов являлось проникновение в революционную среду, прежде всего в партийные ряды. Департамент полиции рассматривал «приобретение и сбережение внутренней и секретной агентуры как единственного вполне надежного средства, обеспечивающего осведомленность». В директивах Департамента полиции указывалось, что «секретного сотрудника, находящегося в революционной среде... никто и ничто заменить не может». Эта идея постоянно и настойчиво проводилась в жизнь руководством полицейского ведомства.

Isfic.Info 2006-2018