История отечественного государства и права

Развитие права в Русском централизованном государстве


Образование Русского централизованного государства открывает новую страницу в развитии отечественного права. В условиях феодальной раздробленности сложилось многообразие правового регулирования, появились региональные правовые акты (Псковская, Двинская и Белозерская судные грамоты).

В едином централизованном государстве должна была действовать единая правовая система. Это вызывалось необходимостью укрепления великокняжеской власти, единого правового регулирования феодальных отношений, и прежде всего с точки зрения защиты интересов класса феодалов, особенно дворянства. Поэтому в 1497 г. Иван III издает новый законодательный акт — Судебник.

Судебник 1497 г. В нем рассмотрение опасных преступлений было сосредоточено в руках государства, он также централизовал судебную власть, установил новую форму процесса.

Источниками Судебника были Русская Правда, судные грамоты, уставные и жалованные грамоты князей, обычное право. Надо подчеркнуть, что наряду с использованием прежнего правового материала составители Судебника включили в него новые нормы: из 68 его статей 26 были совершенно новыми.

Надо отметить, что юридический уровень Судебника для своего времени был достаточно высоким. В 1520-е гг. содержание Судебника внимательно изучил побывавший в России крупный австрийский дипломат и ученый С. Герберштейн. Выписки из Судебника вошли в его объемистый труд о Московии.

В XX в. Судебник 1497 г. получил международное признание как один из крупных памятников права прошлого. В 1997 г. под эгидой ЮНЕСКО отмечалось 500-летие Судебника. В Москве в Российской академии наук прошла международная конференция, в которой участвовали видные историки и юристы ряда стран.

Судебник 1497 г. занимает особое место в отечественной истории государства и права: он положил начало российской национальной системе права, явился первым российским кодифицированным актом.

Характеризуя содержание Судебника 1497 г., нужно сказать, что это был правовой документ, в котором содержались главным образом нормы уголовного и судебно-процессуального права.

В составе Судебника различаются четыре части:

  • постановления о суде центральном;
  • постановления о суде местном (провинциальном, наместничьем);
  • постановления материального права;
  • дополнительные статьи, посвященные различным вопросам феодального права.

Гражданское право. Нормы гражданского права не получили в Судебнике должной разработки. О договоре займа упоминалось лишь в одной статье. Были упоминания о договорах купли-продажи и личного найма. Наймит, не дослуживший своего срока или не выполнивший обусловленного задания, лишался оплаты. В одном случае Судебник 1497 г. предусматривал обязательства из причинения вреда — потраву. К подобным правонарушениям относилось обязанность судьи, вынесшего неправосудное решение, возместить возникшие от этого убытки. Аналогичную ответственность несли и лжесвидетели.

При наследовании по закону наследство получал сын, а при его отсутствии — дочь, причем не только движимое имущество, но и землю. За неимением сыновей и дочерей наследство переходило к ближайшим боковым родственникам.

Уголовное право. В Судебнике 1497 г. по сравнению с Русской Правдой существенно изменилось содержание понятия преступления. Оно рассматривается как общественно опасное деяние — «лихое дело», причиняющее ущерб господствующему классу. Судебник делит людей на «добрых» и «лихих». Добрые люди — это богатые люди, которые могли облиховать того или иного человека, признать его «ведомым лихим человеком». При совершении таким лицом преступления это являлось квалифицирующим признаком и, как правило, влекло за собой смертную казнь. Статья 9 Судебника предусматривает смертную казнь «ведомому лихому человеку» даже без указания на совершение им преступления.

Надо отметить, что Судебник не давал исчерпывающего перечня «лихих дел» — преступлений, что позволяло подвести под это понятие любое деяние (ст. 8 — «иное лихое какое дело»).

По Судебнику расширялся круг субъектов преступления, к ним относились уже и холопы. Судебник говорит о повторных преступлениях (рецидиве), о «бесхитростных» деяниях, противопоставляемых умышленным.

Следует сказать, что в Судебнике дается более развернутая, чем в Русской Правде, система преступлений. Охарактеризуем некоторые из них.

Государственные преступления. Свидетельством более высокого уровня зрелости общественных отношений являлось наличие понятия государственных преступлений. К таковым относились «крамола», измена князю, «подым», заговор, мятеж, призыв к восстанию. Государственным преступлением считался поджог крепости, города при наличии внешней угрозы или поджоге как акте классовой мести.

Имущественные преступления. К ним относились разбой — открытое нападение шайки, сопровождавшееся физическим насилием. Татьба — похищение чужого имущества. При этом предусматривалась кража простая, совершенная в первый раз и квалифицированная повторная, церковная, совершенная «ведомым лихим человеком». Истребление и повреждение чужого имущества — поджог двора или другого имущества. Особое внимание уделялось охране права собственности на землю. Устанавливалась ответственность за повреждение изгородей или уничтожение межевых знаков, запашку чужой земли.

При установлении противозаконного пользования чужим имуществом во многом повторялись нормы Русской Правды (езда на чужом коне, присвоение найденной вещи, укрывательство беглого холопа).

Преступления против личности. К таковым в первую очередь относилось убийство (душегубство). Судебник предусматривал простое и квалифицированное убийство. К последнему относилось убийство своего господина (ст. 9 — государский убийца), убийство, совершенное «ведомым лихим человеком». К этому виду относились нанесение лицу телесных повреждений, побоев, а также ябедничество — злостная клевета с целью обвинить невиновного и завладеть его имуществом, оскорбление словом и действием.

Преступления против суда. Это были нарушение установленного порядка судопроизводства, дача суду взятки, лжесвидетельство.

Обострение социальных противоречий феодального общества отразилось на системе уголовно-правовых наказаний. Изменяется цель наказания. Она подразумевает не только кару для преступника, не только возможность извлечения имущественной выгоды, но и преследует цель устрашения. Наказание стало носить публичный характер.

Судебник предусматривал смертную казнь («казнити смертною казню», «живота не дати»). Однако конкретные виды смертной казни не устанавливались. Судебник вводил новый вид наказания — торговую казнь — публичное битье кнутом на торговой площади («казнити торговою казнию, бити кнутом»)1Торговая казнь была скрытым видом смертной каши. Известный противник смертной казни адмирал Н.С. Мордвинов говорил: «Кнут есть орудие, которое раздирает человеческое тело, отрывает мясо от костей, мечет по воздуху кровавые брызги и потоками крови обливает человеческое тело, мучение лютейшее всех других известных, палач стами ударами может сделать наказание легким, десятью — жестким и увечным, если не смертельным. Есть примеры, что платили ему (палачу) до 10 тыс. руб., чтобы не изувечить или менее мучительным сделать наказание»..

В Судебнике сохранялись денежный штраф в пользу князя или лиц, осуществлявших правосудие.

Судебный процесс. В соответствии с правом тех лет он носил состязательный характер. Сторонами в процессе могли быть все члены общества, в том числе холопы и несовершеннолетние. По сравнению с Русской Правдой процесс по Судебнику 1497 г. носил более формализованный характер. Судебное разбирательство начиналось с подачи истцом челобитной — жалобы, определявшей предмет спора, а также приставной памяти — документа, в котором указывался судья, и срочной памяти, которой устанавливалась дата явки сторон в суд.

Вызов в суд производился особыми должностными лицами:

  • недельщиком (должностное лицо, в обязанность которого входили вызов сторон в суд, арест и пытка обвиняемых, передача в суд дел о краже, организация судебного поединка и исполнение решения суда; недельщики назначались на неделю, а затем сменялись);
  • доводчиком (лицо, производившее довод, обвинение, с которого начиналось дело, причем не только по иску частного лица; ему поручался также вызов в суд и выполнение судейских обязанностей);
  • ездовым (недельщик или пристав, совершающий поездку за пределы города, за что платили специальную пошлину — езд).

Неявка обвинителя влекла за собой прекращение обвинения, неявка ответчика — признание его виновным.

Доказательствами являлись показания послухов, которые теперь признавались единственными свидетелями. Судебник формально не ставил каких-либо ограничений в отношении послухов по их социальному положению. Однако на практике было по другому. С. Герберштейн в «Записках о Московских делах» писал: «Свидетельство одного знатного мужа имеет более силы, чем свидетельство многих людей низкого звания». Вместе с тем следует указать, что Судебник устанавливал твердое правило беспрекословного доверия показаниям свидетеля, выдвинутого стороной в обоснование своего иска или возражения по иску.

Судебник не ограничивал количество послухов.

Другими видами доказательств были поле (судебный поединок), крестное целование (присяга), жребий.

Специфической формой процесса являлось так называемое «облихование». Для признания лица «ведомым лихим человеком» требовались показания 10—15 «добрых людей». Затем суд мог применить к обвиняемому пытку и смертную казнь.

В рассматриваемый период начинает применяться розыскная (следственная) форма процесса. При ней дело возбуждалось «зазывной грамотой», в которой содержатся приказ задержать и доставить обвиняемого в суд, или «погонной грамотой» — приказ местным властям найти и схватить обвиняемого. В розыске сам суд изыскивал доказательства, допрашивал обвиняемого, пытал, устраивал очную ставку. Средствами розыска являлись поличное, обыск, а главное — пытка, имевшая целью вынудить собственное признание и указать соучастников.

Isfic.Info 2006-2018