Защита прав и законных интересов

Судебная практика об обязательности актов вышестоящих судов для нижестоящих


К сожалению, и Конституционный Суд РФ, и Высший Арбитражный Суд РФ игнорируют указанные выше положения законов. Причем следует обратить внимание, что речь идет и о федеральных конституционных законах.

Возьмем наиболее яркий пример.

Так, в п. 5.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 марта 2007 г. № 17 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам» разъясняется, что в соответствии с п. 1 ст. 311 АПК РФ может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам также судебный акт, оспариваемый заявителем в порядке надзора и основанный на положениях законодательства, практика применения которых после его принятия определена Высшим Арбитражным Судом РФ в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ или в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, в том числе принятого по результатам рассмотрения другого дела в порядке надзора. При этом прямо указывается, что суд апелляционной или кассационной инстанции учитывает правовую позицию Высшего Арбитражного Суда РФ при оценке наличия оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Тем самым все виды актов Высшего Арбитражного Суда РФ по своей обязательности для нижестоящих судов уравниваются.

Конституционный Суд РФ признал данное толкование не противоречащим Конституции РФ (п. 1 резолютивной части Постановления от 21 января 2010 г. № 1-П). При этом применение выработанного Высшим Арбитражным Судом РФ порядка было оговорено рядом условий, в частности, что пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта допускается только при условии наличия в соответствующем постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ или Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ прямого указания на придание сформулированной в нем правовой позиции обратной силы применительно к делам со схожими фактическими обстоятельствами.

Во-первых, если Высший Арбитражный Суд РФ смешал разные по правовой природе акты и различные виды толкования, то Конституционный Суд РФ смешал их еще и с нормативным регулированием, превратив тем самым выработанный порядок в практически нереализуемый, поскольку теперь требуется, чтобы в постановлениях Пленума, информационных письмах, постановлениях Президиума по конкретным делам Высший Арбитражный Суд РФ делал прямые указания на обратную силу содержащихся в них правовых позиций. А он этого никогда не делал и, судя по всему, не собирается делать. И в этом его нужно поддержать. Не может одна и та же норма права до даты появления результатов ее толкования применяться одним образом, а после по-другому. Это юридический абсурд.

Результаты официального нормативного толкования в силу их сущности предполагают возможность применения в том же временном промежутке и на тех же условиях, что и толкуемая норма права. Специальных оговорок для этого не требуется.

Во-вторых, в данном случае искажается суть понятий. Вновь открывшиеся обстоятельства должны обязательно существовать на момент рассмотрения дела, которое пересматривается.

Являющиеся основаниями для пересмотра судебных решений постановления Высшего Арбитражного Суда РФ, по-иному толкующие правовые нормы, на момент рассмотрения дела не существуют. Они могут являться основанием для пересмотра дел в порядке надзора, если закрепляют результаты официального нормативного толкования, поскольку во времени эти результаты должны действовать вместе с толкуемой нормой. Неправильное истолкование закона нижестоящими судами прямо названо в качестве оснований для пересмотра судебных актов и в апелляционном порядке, и в кассационном порядке, и в порядке надзора (см. соответственно п. 2 ст. 270, п. 1 ст. 304, п. 2 ст. 288 АПК РФ). Как уже было сказано, из актов Высшего Арбитражного Суда РФ результаты официального (обязательного) нормативного толкования закрепляют только постановления Пленума.

В-третьих, за счет придания в нарушение закона актам Президиума обязательного характера для нижестоящих судов:

  • принижается значение Пленума, который уравнивается с Президиумом;
  • упрощается процедура принятия актов, сужается крут лиц, участвующих в принятии такого рода решений, и, как следствие, происходит снижение качества принимаемых актов;
  • решения, влияющие на правоприменительную практику в масштабах всей России, принимаются на основании анализа одного судебного дела;
  • сужаются пределы судейского усмотрения у судей нижестоящих судов. Здесь можно сослаться на мнение Т.Г. Морщаковой, которая отмечала, что если обеспечить юридическими средствами какую-либо степень авторитетности истолкования закона, осуществляемого высшими судами, то это будет посягательством на принцип независимости судьи, закрепленный в ст. 120 Конституции РФ.

Искажаются и принципы осуществления судебного надзора. В судебной практике уже возник вопрос, а нельзя ли решения кассационных и апелляционных инстанций также рассматривать как вновь открывшиеся обстоятельства, раз это возможно в отношении решений по конкретным делам Высшего Арбитражного Суда РФ?

Следует отметить, что по указанному Постановлению Конституционного Суда РФ двое его судей (Г.А. Жилин, М.И. Клеандров) высказали особое мнение. К сожалению, напрашивается вывод, что остальные судьи Конституционного Суда РФ нормотворчество и толкование права, а также результаты толкования права и акты применения права не различают.

По мнению автора, таким способом в обход Конституции РФ и законов идет изменение принципов функционирования судебной системы по примеру судов системы прецедентного (общего) права. Для России, где существуют три формально независимые ветви судебной власти, целый ряд видов судопроизводства, по четыре судебные инстанции в арбитражных судах и в судах общей юрисдикции, более восьмидесяти субъектов Российской Федерации, это будет иметь катастрофические последствия. Для примера можно взять достаточно непростые проблемы разрешения коллизий между нормами российского права. Судя по всему, сторонникам введения в России прецедентного права не терпится создать параллельный порядок разрешения коллизий уже между судебными решениями.

В настоящее время вряд ли можно найти ярых противников сближения правовых систем и усиления роли судов в механизме правового регулирования. Однако непонятно: почему это нужно делать в обход Конституции РФ и законов, ломая систему сложившихся юридических понятий?

Isfic.Info 2006-2017