Международное публичное право

Международное уголовное правосудие


Международное уголовное правосудие (юстиция) — особый вид правоприменительной деятельности, осуществляемый специальными судебными органами, создаваемыми субъектами международного права. Указанная деятельность включает в себя регламентированные нормами международного права мероприятия по возбуждению, расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел в отношении физических лиц, ответственных за совершение противоправных деяний.

Комиссия международною права ООН определила, что в современном праве под термином «международный уголовный суд» понимается «компетентный, беспристрастный и независимый суд или трибунал, созданный по закону в соответствии с правом обвиняемого быть судимым таким судебным органом, который признается в Международном пакте о гражданских и политических правах (п. 1 ст. 14). Кроме того, этот термин необходимо понимать как означающий суд, учрежденный при поддержке международного сообщества. Данное положение не предписывает метод учреждения подобного суда». Очевидно, что данному широкому определению соответствуют как международные трибуналы в строгом смысле данного значения, так и гибридные (смешанные) суды.

В обыденном сознании право и правосудие ассоциируются с установлением истины, восстановлением справедливости.

Организационно-правовую основу международного правосудия составляют судебные органы (трибуналы), оснащенные соответствующей инфраструктурой, и совокупность материальных и процессуальных норм международного права, формирующих правовую среду, необходимую для отправления международного судопроизводства на всех его стадиях.

К числу учреждений международного уголовного правосудия, внесших существенный практический вклад в дело борьбы с международной преступностью, относят международные и смешанные (именуемые также гибридные, национально-международные, интернационализированные) суды и трибуналы. К первой группе относят созданные вскоре после Второй мировой войны Нюрнбергский и Токийский военные трибуналы, а в новейший период - Международные трибуналы по бывшей Югославии (МТЮ) и по Руанде (М ГР).

К числу смешанных судов относят Специальный суд по Сьерра-Леоне, Чрезвычайные палаты в судах Камбоджи для рассмотрения преступлений, совершенных в период существования Демократической Кампучии, смешанные суды в Автономном крае Косово, Специальный трибунал по Ливану и Коллегии с исключительной юрисдикцией по серьезным уголовным преступлениям в Восточном Тиморе.

Названные судебные учреждения различаются в зависимости от способа учреждения.

Так, Нюрнбергский и Токийский военные трибуналы имеют договорно-правовую природу, поскольку были созданы державами антигитлеровской коалиции на основании соответствующего соглашения между ними.

Международные трибуналы побывшей Югославии и по Руанде учреждены в соответствии с решением Совета Безопасности ООН, принятым на основании главы VII Устава ООН, регламентирующей действия в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии.

Что касается так называемых смешанных (гибридных) судов, то они были созданы на основании соглашений между ООН и правительствами тех стран, на территории которых были совершены преступления и в отношении которых данные судебные органы наделялись юрисдикцией.

Особенностью смешанных (гибридных) судов на территории Косово и в Дили, столице Восточного Тимора, является то, что они учреждены Миссиями по поддержанию мира, которым предоставлен административный мандат ООН. Согласно этому мандату они реализуют полномочия законодательной, исполнительной и судебной властей по месту проведения миротворческих операций1Данные суды являются смешанными как по составу судей (в их судебные палаты наряду с иностранными судьями, назначенными ООН, входят и национальные судьи), так и по применяемому ими праву (судопроизводство в таких судах ведется на основании как норм международного права, так и норм внутреннего права данного государства). Их делят на две подгруппы: в одном случае они представляют собой часть государственной судебной системы (как в Камбодже, Косово и Восточном Тиморе), в другом - являются чисто международными и не включены в национальную систему органов правосудия (как в Сьерра-Леоне)..

Эти судебные органы обладают рядом общих черт, имеющих значение для их работы. Во-первых, эти суды были созданы по принципу ad hoc, т.е. в качестве специального временного инструмента для рассмотрения преступлений, совершенных в определенный промежуток времени и на определенной территории. Во-вторых, эти суды ретроактивны, т.е. наделены компетенцией рассматривать преступления, совершенные до их учреждения.

Международный уголовный суд (МУС), созданный на основании договора универсального характера, существенно отличается от вышеуказанных судебных органов. Он является постоянно действующим органом международного уголовного правосудия, его личная и территориальная юрисдикция не связана с конкретным вооруженным конфликтом или иным событием, и он не ретроактивен, т.е. вправе рассматривать только преступления, совершенные после вступления его Статута в законную силу, т.е. начиная с 1 июля 2002 г.

Рассмотрим некоторые из упомянутых судебных учреждений, но сначала немного истории.

Международные уголовные трибуналы первой половины XX в. В январе 1919 г. на встрече глав правительств и министров иностранных дел Великобритании, США, Италии, Франции и Японии была учреждена Комиссия для рассмотрения вопросов об ответственности инициаторов Первой мировой войны, которая признала право каждой воюющей стороны судить лиц, виновных в нарушении законов и обычаев войны. В итоговом отчете этой Комиссии все совершенные Германией и ее союзниками преступления были выделены в две категории: 1) подготовка и развязывание войны; 2) умышленное нарушение законов и обычаев войны. Статьи 227 и 228 Версальского мирного договора 1919 г. предусматривали предание суду бывшего германского кайзера Вильгельма II и его сподвижников за действия, противные законам и обычаям войны, и обязанность Германии выдавать державам-победительницам военных преступников.

Бывший германский кайзер был обвинен в «величайшем преступлении против международной морали и священной силы международных договоров» и подлежал суду специального трибунала, состоящего из пяти судей названных выше держав. Дела других военных преступников должны были рассматривать национальные военные суды. Однако суд над Вильгельмом так и не состоялся, поскольку Голландия, на территории которой кайзер нашел убежище, отказалась выдать бывшего германского императора.

Безрезультатными оказались и попытки организовать суд над сподвижниками Вильгельма II и военнослужащими Германии.

В начале 1920 г. союзные державы предъявили германскому правительству списки лиц (всего около 890 человек), подлежавших выдаче на основании ст. 227 Версальского договора. Впоследствии общий список был сокращен до 43 имен. Однако германское правительство отказалось выдать преступников войны и добилось того, что державы-победительницы дали свое согласие на передачу этих дел германскому верховному суду в Лейпциге, перед которым в конечном итоге предстало 12 человек, из которых осуждено было шестеро.

Судебной ответственности избежали государственные деятели, высшие чины генерального штаба и адмиралтейства, виновные в преступных действиях, а также большинство из исполнителей их приказов. Таким образом, применение химического оружия, неограниченная подводная война, жертвами которой стали экипажи и пассажиры торговых судов, и другие злодеяния остались безнаказанными.

Неудачная попытка привлечения к уголовной ответственности лиц из числа высших руководителей немецкой армии и государства, естественно, не способствовала укреплению принципа неотвратимости наказания за совершенные преступления и, как показал исторический опыт, породила впоследствии ощущение безнаказанности у лидеров фашистской Германии.

Однако отсутствие у союзников политической воли добиться суда над военными преступниками не умаляет значения Версальского мирного договора как источника международного права, среди прочего закрепившего норму, согласно которой должностное положение лица в государстве не должно служить основанием для его освобождения от ответственности за преступления против мира, человечности и за военные преступления.

Договор внес важный вклад в начавшийся в международном праве процесс криминализирования конкретных злодеяний, совершающихся до и во время войны. Сама постановка вопроса о наказании за такого рода преступления и попытка осуществления правосудия имели большое значение.

Преступные цели агрессивной войны, развязанной фашистской Германией против стран Европы и СССР, трагические последствия использования нацистами чудовищных средств достижения этих целей обусловили необходимость учреждения специального судебного органа, каковым стал Международный военный трибунала (МВТ) для суда над главными военными преступниками.

Еще во время войны Советский Союз как самостоятельно, так и совместно с союзниками выступил с рядом нот и заявлений, которые извещали мир о чудовищных преступлениях, совершенных гитлеровцами на временно оккупированных советских территориях, и содержали предупреждение об ответственности за эти преступления.

Так, в заявлении советского правительства «Об ответственности гитлеровских захватчиков и их сообщников за злодеяния, совершенные ими в оккупированных странах Европы» от 14 октября 1942 г. была выражена надежда на то, что все заинтересованные государства будут оказывать друг другу взаимное содействие в розыске, выдаче, предании суду и суровом наказании гитлеровских правителей и их сообщников, виновных в организации или совершении преступлений на оккупированных территориях, а главное, было признано необходимым безотлагательно предать суду специального международного трибунала и наказать по всей строгости уголовного закона всех главарей фашистской Германии, оказавшихся уже в процессе войны в руках союзников.

В Московской декларации союзных держав от 30 октября 1943 г. было зафиксировано право государств - членов антигитлеровской коалиции подвергать суду и наказанию всех военных преступников независимо от их гражданства, должностного положения и оттого, действовали они по собственной инициативе или по приказу. Декларация устанавливала, что преступники будут отосланы в те страны, в которых совершены преступления, т.е. переданы национальному правосудию.

В ходе переговоров в Лондоне (28 июня - 8 августа 1945 г.) официальные представители СССР, США, Великобритании и Франции подписали Соглашение о судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран оси. Оно включало в себя решение об учреждении Международного военного трибунала над главными военными преступниками, преступления которых не связаны с определенным географическим местом (МВТ), а также его Устав, в котором определялись организация, юрисдикция и функции МВТ. Устав предусматривал создание Комитета по расследованию дел и обвинению главных военных преступников.

Несколько позже, в 1946 г., был создан Международный военный трибунал для Дальнего Востока, судивший главных японских военных преступников. Устав этого судебного образования был подписан 11 государствами, включая СССР.

До начала судебного процесса МВТ провел в Берлине несколько организационных заседаний, на которых рассматривались вопросы о его регламенте, организации переводов, приглашении на процесс защитников и некоторые другие. 18 октября 1945 г. в Берлине состоялось открытие заседания МВТ, на котором его члены приняли присягу, главные обвинители представили обвинительное заключение, а подсудимым были вручены его копии.

Слушание дела в Нюрнберге началось 20 ноября 1945 г. и продолжалось до 1 октября 1946 г. Каждое из четырех правительств, участвовавших в образовании Международного трибуната, назначило вето состав главного обвинителя, одного члена и одного заместителя. Решения принимались большинством голосов. Процесс велся на русском, английском, французском и немецком языках и был построен на сочетании процессуальных порядков всех представленных в Международном трибунале государств.

На скамье подсудимых оказались 24 обвиняемых, выделенных в особую группу главных военных преступников, — Геринг, Гесс, Риббентроп, Кейтель, Кальтенбруннер, Розенберг и др. Обвинители выступили против них как действующих индивидуально, так и в качестве членов любой из следующих групп или организаций, к которым они соответственно принадлежали, а именно: правительственный кабинет, руководящий состав национал-социалистской партии, охранные отряды германской национал-социалистской партии (СС), государственная тайная полиция (гестапо) и др.

Согласно ст. 6 Устава МВТ «имеет право судить и наказывать лиц, которые, действуя в интересах европейских стран оси индивидуально или в качестве членов организации, совершили любое из следующих преступлений.

Следующие действия или любые из них являются преступлениями, подлежащими юрисдикции Трибунала и влекущими за собой индивидуальную ответственность:

a) преступления против мира, а именно: планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашений или заверений, или участие в общем плане или заговоре, направленных к осуществлению любого из вышеизложенных действий:

b) военные преступления, а именно: нарушения законов или обычаев войны. К этим нарушениям относятся убийства, истязания или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийства или истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов или деревень; разорение, не оправданное военной необходимостью, и другие преступления;

c) преступления против человечности, а именно: убийства, истребление, порабощение, ссылка и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам в целях осуществления или в связи с любым преступлением, подлежащим юрисдикции Трибунала, независимо оттого, являлись ли эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или нет.

Руководители, организаторы, подстрекатели и пособники, участвовавшие в составлении или в осуществлении общего плана или заговора, направленного к совершению любых из вышеупомянутых преступлений, несут ответственность за все действия, совершенные любыми лицами в целях осуществления такого плана».

На Нюрнбергском процессе подсудимые пользовались широким набором процессуальных гарантий своих прав. Так, они получили для ознакомления обвинительное заключение за 30 дней до начала процесса. Из 403 судебных заседаний, 16 тыс. страниц стенограммы которых стали настоящим обвинительным документом нацизму, не было ни одного закрытого, а в зал заседания было выдано 60 тыс. пропусков. В ходе процесса были допрошены несколько сот свидетелей, рассмотрено более 300 тыс. письменных показаний и более 5 тыс. подлинных документальных доказательств (в основном официальные документы германских министерств и ведомств, генштаба, военных концернов и банков). Один только подсудимый, Г. Геринг, выступал на процессе в течение двух дней. Подсудимые располагали услугами 27 адвокатов (по своему выбору или по назначению из немецких юристов), которым помогали 54 ассистента-юриста и 67 секретарей. Были удовлетворены ходатайства о вызове 61 свидетеля защиты.

Приговор Нюрнбергского трибунала был оглашен 1 октября 1946 г. 12 главных военных преступников были приговорены к смертной казни через повешение, трое преступников — к пожизненному заключению и четыре преступника — к тюремному заключению на сроки от 10 до 20 лет. Трибунал признал преступными СС, гестапо, СД и руководящий состав нацистской партии.

Союзнический Контрольный совет для Германии на основании положений Лондонского соглашения и Устава Трибунала рассмотрел просьбы о помиловании, представленные ему осужденными и их защитниками, и отклонил их. 16 октября 1946 г. приговор был приведен в исполнение. Последовавшие за этим судебные процессы в Германии и других странах осудили на основе принципов, выработанных в Нюрнберге, в общей сложности более 70 тыс. нацистов и их пособников.

Международный военный трибунал над главными японскими военными преступниками заседал в Токио с 3 мая 1946 г. по 12 мая 1948 г. и приговорил семь человек к смертной казни, 16 — к пожизненному заключению, двух - к различным срокам заключения.

Вместе с тем как в ходе самого судебного процесса, так и после его проведения находились противники концепции международного правосудия, ставившие под сомнение морально-правовую основу проведения Нюрнбергского процесса. В частности, указывалось на то, что трибуналы создавались post factum и были судами победителей над побежденными, что создание судов якобы нарушало принцип nullum crimen, nulla poena, sine lege (без указания в законе нет ни преступления, ни наказания).

Не отрицая элемента справедливого возмездия за совершенные тяжкие преступления в деятельности и решениях Нюрнбергского и Токийского трибуналов, следует подчеркнуть, что в международном праве того времени уже имелись положения об ответственности военных преступников.

Так, положения о квалификации определенных деяний как международных преступлений были закреплены еще в Гаагских конвенциях 1907 г., Статуте Лиги Наций и Версальском договоре 1919 г., Женевском протоколе 1924 г. о мирном разрешении споров и Договоре об отказе от войны в качестве орудия национальной политики 1928 г., Женевской конвенции 1929 г. и ряде других международно-правовых актов.

Например, положения IV Гаагской конвенции 1907 г. устанавливали, что «воюющая сторона будет ответственна за все действия, совершенные лицами, входящими в состав ее военных сил».

В приговоре Нюрнбергского трибунала было детально разъяснено, что преступления, в совершении которых обвинялись подсудимые, представляют собой нарушения международных договоров и обычно-правовых норм, приобретших обязательную силу для Германии до того, как были совершены эти деяния. Принцип уголовной ответственности виновных вне зависимости от их должностного положения, принцип неотвратимости наказания, принцип договорного порядка образования органов международной уголовной юстиции и другие принципы, утвержденные входе Нюрнбергского процесса, способствовали развитию современного международного уголовного правосудия.

Необходимо также иметь в виду, что к моменту безоговорочной капитуляции на территории Германии не осталось ни одного суда, который не оказался бы пропитан нацистской идеологией и не был бы вследствие этого абсолютно не пригоден для решения задач правосудия. Поэтому альтернативой Нюрнбергскому суду мог стать произвол победителей, лишенный какой бы то ни было правовой основы.

Устав Нюрнбергского трибунала и его приговор и сегодня рассматриваются в качестве важнейшего политико-правового итога разгрома нацистской Германии как знаковая веха в становлении международного уголовного правосудия. Генеральная Ассамблея ООН резолюцией 95(1) от 11 декабря 1946 г. подтвердила принципы международного права, признанные Уставом МВТ и нашедшие выражение в решениях и приговоре Трибунала как общепризнанные, а резолюцией 177 (11) от 21 ноября 1947 г. поручила Комиссии международного права (КМП) сформулировать принципы, взяв за основу положения, признанные Уставом Трибунала и нашедшие выражение в его приговоре.

В 1950 г. КМП приняла на своей второй сессии и представила Генеральной Ассамблее ООН в качестве части доклада о работе сессии Принципы международного права, признанные Уставом Нюрнбергского трибунала и нашедшие выражение в приговоре этого Трибунала. Этот документ, в частности, устанавливает, что:

  • преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными категориями, и только путем наказания отдельных лиц, совершающих такие преступления, могут быть соблюдены установления международного права:
  • уголовная ответственность существует по международному праву даже в том случае, если по внутреннему праву не установлено наказания за действие, являющееся международным преступлением;
  • не должны пользоваться иммунитетом лица, действовавшие в качестве главы государства или ответственного должностного лица правительства; тот, кто нарушает законы ведения войны, не может остаться безнаказанным на основании того, что он действует в соответствии с распоряжениями государства, если государство, давая свою санкцию на подобные действия, выходит за пределы своей компетенции, предоставляемой ему согласно международному праву;
  • то обстоятельство, что какое-либо лицо действовало во исполнение приказа своего правительства или начальника, не освобождает это лицо от ответственности но международному праву, если сознательный выбор был фактически для него возможен.

В Уставе Нюрнбергского М ВТ впервые была закреплена специфическая модель судопроизводства, в основу которой были положены принципы как состязательного, так и инквизиционного уголовного процесса, характерные для англосаксонской и континентальной систем права. Реализовав на практике институт международной уголовной ответственности физических лиц как часть более общего института международной ответственности государств за нарушение норм международного права, МВТ заложил юридические основы международного уголовного правосудия. Во многом благодаря МВТ в системе современного международного права складывается не только материально-правовая, но и уголовно-процессуальная нормативная основа международного уголовного правосудия.

Об этом свидетельствует опыт создания и многолетней работы Международного трибунала побывшей Югославии, Международного трибунала по Руанде, содержание Римского статута Международного уголовного суда, уставов международных трибуналов смешанного типа.

Международные трибуналы ad hoc по бывшей Югославии и по Руанде. Учреждение трибуналов ad hoc было обусловлено необходимостью подвергнуть уголовному преследованию лиц, совершивших серьезные нарушения международного гуманитарного права во время трагических событий, связанных с распадом Югославии и межэтническим конфликтом в Руанде2Оценивая трагические события, случившиеся в Руанде, Генеральный секретарь ООН 31 мая 1994 г. заявил: «Запоздалая реакция международного сообщества на трагическую ситуацию, сложившуюся в Руанде, красноречиво свидетельствует о его крайней неспособности срочно принимать решительные меры по урегулированию кризисов в гуманитарной сфере, тесно связанных с вооруженным конфликтом... Мы все должны признать в связи с этим, что не смогли осуществить никаких действий с полью положить конец трагическим событиям в Руанде и что, таким образом, бесспорно, гибель людей продолжалась с нашего молчаливого согласия» (Rapport du secretaire general sur la situation au Rwanda, doc. S/1994/640 (1994). Par. 43)..

Являясь отдельными и независимыми судебными образованиями, МТЮ и МТР вместе с тем имеют немало схожих структурных элементов. Согласно их Уставам трибуналы состоят из Судебных палат, обвинителя (общего до 2003 г.) и Секретариатов.

Организационно-правовая близость обоих судебных органов выражается в существовании общей для обоих трибуналов Апелляционной палаты, что призвано обеспечить, в частности, единообразие их судебной практики.

Судьи МТЮ и МТР избираются Генеральной Ассамблеей ООН из списка, предложенного Советом Безопасности, в который включается определенное количество кандидатов, представляющих основные правовые системы мира. При этом в качестве постоянных судей избираются лица, обладающие высокими моральными качествами, беспристрастностью и добросовестностью, которые удовлетворяют требованиям, предъявляемым в их странах для назначения на высшие судебные должности.

Обвинитель, назначаемый Советом Безопасности по рекомендации Генерального секретаря, действуя независимо в качестве отдельного органа Международного трибунала, отвечает за расследование дел и обвинение лиц, подозреваемых в совершении преступлений. Защиту обвиняемых осуществляют адвокаты международных адвокатских ассоциаций.

В остальных положениях их Уставов оговариваются полномочия, применяемые процедуры, права обвиняемых, защита потерпевших и свидетелей, судебные приговоры, меры наказания, разбирательство в Апелляционной камере, процедура пересмотра судебного решения, исполнение приговоров, помилование или смягчение приговоров, а также привилегии и иммунитеты самого Трибунала.

Тюремное заключение отбывается в государстве, определенном Международным трибуналом в соответствии с перечнем государств, которые заключили с ООН соответствующие соглашения.

В отличие от Трибунала по бывшей Югославии, созданного по инициативе Совета Безопасности, чтобы способствовать восстановлению и поддержанию мира в этом регионе, МТР был учрежден в ответ на официальную просьбу, направленную руандийским правительством.

Юрисдикции МТЮ подлежали следующие преступления: серьезные нарушения Женевских конвенций 1949 г.; нарушения законов и обычаев войны; геноцид; преступления против человечности. Юрисдикции МТР подлежали: геноцид; преступления против человечности; нарушения ст. 3, общей для Женевских конвенций 1949 г., и Дополнительного протокола II.

В докладе Генерального секретаря ООН, содержавшем предложение об учреждении Трибунала по бывшей Югославии, говорилось, что «применение принципа nullum crimen sine lege требует, чтобы Международный трибунал применял нормы международного гуманитарного права, которые, несомненно, являются частью обычного права».

В связи с этим выражалось сомнение относительно того, являются ли преступления против человечности, как они определены в Уставах обоих судебных органов, частью обычного международного права и компетентны ли трибуналы осуществлять судебное преследование за эти преступления. Дело в том, что в отличие от серьезных нарушений Женевских конвенций 1949 г. и геноцида преступления против человечности не имеют договорно-правового определения и в течение относительно короткого срока своего существования не получили единообразного толкования и применения3Так, в Санкт-Петербургской декларации 1868 г. говорится о «законах человеколюбия». В известной оговорке Мартенса речь идет о « законах человечности и требований общественного сознания». В Декларации 1915 г. правительств Великобритании, России и Франции, осудившей геноцид армян в Турции было использовано выражение «преступление против человечества и цивилизации». По-разному определяется интересующее нас понятие в Законе № 10 Контрольного совета (ЗКС) от 10 декабря 1945 г., в ст. 6 «с» Устава МВТ, в проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности Комиссии международного права. В доктрине ведется спор о том, тождественны ли такие понятия, как «преступления против человечества» и «преступления против человечности»)..

Иной, более гибкий, подход к выбору применимого права был использован Советом Безопасности в отношении МТР. В его материальную юрисдикцию включены деяния, предусмотренные международными правовыми актами, независимо оттого, считаются ли они составной частью обычного международного права или нет.

МТР стал первым судебным органом в истории международного уголовного правосудия, перед которым предстали лица, ответственные за совершение преступления геноцида. В связи с этим уместно отметить трудности, возникающие при рассмотрении уголовных дел о геноциде.

Определение геноцида, как оно сформулировано в Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 г., предполагает наличие трех основных элементов: 1) опознаваемой национальной, этнической, расовой или религиозной группы; 2) намерения уничтожить частично или полностью такую группу (mens rea) и 3) совершения любого из перечисленных действий по отношению к опознаваемой группе (actus reus).

Акты геноцида могут быть направлены только против перечисленных групп, а намерение уничтожить, например, политическую или социальную группу не подпадает под понятие геноцида.

Весьма сложной представляется задача установить соответствующее умонастроение (mens rea) обвиняемого, т.е. его конкретное преступное намерение уничтожить одну из перечисленных групп. В разъяснении Комиссии международного права по поводу ее проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества в связи с этим говорится: «намерение общего характера совершить одно из перечисленных действий в сочетании с общим пониманием возможных последствий такого действия по отношению к непосредственной жертве или жертвам еще недостаточно для квалификации преступления геноцида. Определение этого преступления требует конкретного намерения, касающегося общих последствий запрещенного деяния».

Следовательно, убийство с таким намерением одного человека является геноцидом, а убийство тысячи человек без такого намерения а было бы только лишением жизни. Однако в Конвенции проводится различие между первым и вторым типом убийств: геноцид — это «отказ в праве на существование целой группе людей», а убийство - это «отказ в праве на жизнь отдельным лицам». Конечная цель — это сама группа. Таким образом, actus reus (запрещенные действия) могут ограничиваться одним человеком, но mens rea, или замысел, должен быть направлен против существования группы».

Умысел, присущий преступлению геноцида, как показывает судебная практика, не обязательно должен быть четко выражен. О его наличии можно судить по определенному ряду фактов, таких, например, как существование общей политической доктрины, которая вызвала к жизни действия, о которых говорится в ст. 2 и 4 соответственно Устава МТР и МТЮ, или повторение деструктивных, дискриминационных действий и др.

Международный трибунал по Руанде стал первым международным судом, который признал обвиняемого виновным в изнасиловании как в преступлении против человечности и преступлении геноцида (изнасилование в целях совершения геноцида). В 1998 г. суд над бывшим мэром Ж.-П. Акайесу постановил, что изнасилование и сексуальное насилие составляли акты геноцида, поскольку были совершены с намерением уничтожить, полностью или частично, этническую группу тутси.

И хотя работа Трибуналов завершается, дискуссия по поводу юридической корректности их учреждения не прекращается, высказываются критические замечания в отношении объективности вынесенных ими решений.

Следует признать, что обстоятельства, в которых создавались и работали оба Трибунала, и особенно МТЮ, отличались довольно высокой степенью политизации.

В самом деле, установление в судебном порядке фактов, связанных с военными преступлениями, преступлениями против человечности и геноцидом, не может не затрагивать политические интересы сторон, которые прямо или косвенно были причастны к трагическим событиям, случившимся на территории бывшей Югославии и в Руанде. Результаты поиска судебной истины в ходе процесса отправления правосудия способны по-разному повлиять на достоверность различных идейно-политических, правовых и иных концепций и представлений относительно причин произошедших событий, особенностей их протекания и последствий. Юридически формализованная процедура отправления правосудия не терпит любого вмешательства, и в первую очередь политического. Однако судебные учреждения международного уголовного правосудия объективно вынуждены работать в обстоятельствах, отличающихся определенной степенью политизации.

На смену судебным органам ad hoc приходит Международный остаточный механизм для Международных уголовных трибуналов (МОМТ). Этот орган создан Советом Безопасности ООН 22 декабря 2010 г. для исполнения основных функций Международных трибуналов побывшей Югославии и по Руанде после окончания их мандатов и для сохранения их правового наследия.

Механизм, состоящий из двух отделений, расположенных одно в Аруше (Танзания), другое — в Гааге (Нидерланды), имеет постоянных Президента, Обвинителя и Секретаря, общих для двух отделений.

Отделение МОМТ в Аруше, которое должно взять на себя остаточные функции МТР, начало работу 1 июля 2012 г. Отделение в Гааге, которое возьмет на себя остаточные функции МТЮ, начнет работу 1 июля 2013 г.

Функции отделения в Аруше, определенные Советом Безопасности, включают: выявление местонахождения и судебное преследование лиц, в наибольшей степени ответственных за геноцид в Руанде, которые на данный момент скрываются от правосудия; соблюдение защитных мер, установленных для потерпевших и свидетелей МТР; рассмотрение апелляций на судебные решения и приговоры МТР, которые находятся в юрисдикции Механизма; рассмотрение ходатайств о пересмотре судебных решений МТР. Механизм будет осуществлять важнейшую функцию Трибунала по Руанде, которая заключается в содействии национальной юрисдикции, а именно: помощь в розыске скрывающихся от правосудия лиц, чьи дела были переданы государственным властям; обеспечение им доступа к доказательственным материалам; мониторинг производства по делам, переданным в национальную юрисдикцию, для гарантии справедливого и беспристрастного разбирательства.

Для работы в МОМТ составляются списки квалифицированных кадров. В список из 25 независимых судей, общий для двух отделений, были включены судьи, имеющие опыт работы в МТЮ и МТР. Они будут приезжать в Гаагу только в случае необходимости и по запросу Президента Механизма.

Что касается временных рамок мандата, Механизм будет функционировать в течение первоначального периода, составляющего четыре года. Совет проведет до конца этого первоначального периода, а позднее будет проводить каждые два года обзор хода работы Механизма, включая его работу над завершением своих функций, и после каждого такого обзора Механизм будет продолжать функционировать в течение еще двух лет, если Совет Безопасности не примет иного решения.

Международный уголовный суд. Принципиально важным в деле становления международного уголовного правосудия стало создание постоянно действующего Международного уголовного суда, призванного осуществлять правосудие по наиболее тяжким преступлениям по международному праву.

Статут Международного уголовного суда, разработанный Подготовительным комитетом ООН для Международного уголовного суда, был принят на Дипломатической конференции в Риме 17 июля 1998 г. и вступил в силу после сдачи 60-й ратификационной грамоты в 2002 г.

Статут Международного уголовного суда представляет собой международный договор, который определяет правовой статус, юрисдикцию Суда, порядок формирования и деятельности Суда и прокурора, вопросы международного сотрудничества и судебной помощи и др. Кроме Статута, являющегося базовым документом для Суда, его деятельность регулируется «пакетом» других международных договоров (Соглашение о взаимоотношении Международного уголовного суда и ООН, Соглашение о привилегиях и иммунитетах суда и др.) и правовых актов, принимаемых Ассамблеей государств — участников Статута (Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания, Финансовые положения. Условия службы судей Международного уголовного суда. Порядок выбора судей, Прокурора и Секретаря Международного уголовного суда и др.).

Акты, принимаемые Ассамблеей государств — участников Статута, строго говоря, не являются международными договорами, поскольку не порождают прав и обязательств государств. Они призваны либо детализировать положения Статута (выборы судей, Прокурора и т.п.), либо, как Элементы преступлений, помогают Суду в толковании и применении ст. 6, 7 и 8 (преступления, подпадающие под юрисдикцию Суда).

Таким образом, МУС, в отличие от трибуналов ad hoc, был учрежден в соответствии с международным договором, в качестве которого выступает Статут Суда. Это весьма существенная особенность, влекущая за собой значимые юридические последствия: если с трибуналами ad hoc обязаны сотрудничать все государства, то положения Статута МУС приобретают обязательную силу только для государств, которые ратифицировали этот документ и стали его участниками.

Согласно Статуту в основу деятельности Международного уголовного суда положены два принципиальных положения.

Во-первых, это принцип индивидуальной уголовной ответственности. При этом должностное положение как главы государства и правительства, члена правительства или парламента, избранного представителя или должностного лица правительства ни в коем случае не освобождает лицо от уголовной ответственности и не является основанием для смягчения приговора.

Во-вторых, это принцип комплементарности, или дополнительности, суть которого сводится к тому, что уголовное преследование за совершение преступлений, предусмотренных Статутом, должна осуществлять национальная юстиция, а Международный уголовный суд призван дополнить ее в случаях, когда «государство не желает или не способно вести расследование или возбудить уголовное преследование должным образом» (п. 1 «а» ст. 17 Статута). Нежелание государства осуществить уголовное преследование Статут определяет как проведение судебного разбирательства и вынесение решения с целью оградить соответствующее лицо от уголовной ответственности, либо как необоснованную задержку с проведением судебного разбирательства, либо как судебное разбирательство, которое не проводится независимо и беспристрастно, и порядок, в котором оно проводится, несовместим с намерением предать лицо правосудию. Статья 20 Статута допускает исключение из принципа ne bis in idem и предусматривает возможность привлечения лица, судимого национальным судом, к ответственности перед Международным уголовным судом в случае нежелания национального правосудия, о чем шла речь выше.

Неспособность государства вести расследование или возбудить уголовное преследование Статут определяет как полный или существенный развал или отсутствие национальной судебной системы либо неспособность государства осуществить судебное разбирательство еще по каким-либо причинам. Анализ этих положений Статута показывает, что в них заложена концепция усмотрения Суда, а это может привести к политизации последнего.

Преступления, подпадающие под юрисдикцию Суда, включают наиболее серьезные преступления по международному праву, а именно: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления, преступление агрессии. Предложения о распространении юрисдикции Суда на преступления, предусмотренные международными договорами (так называемые договорные преступления - международный терроризм, незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ и др.), не получили поддержки в Подготовительном комитете ООН для Международного уголовного суда.

Определение преступления геноцида в Статуте дублирует формулировки Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 г. Преступления против человечности включают в качестве квалифицирующего признака деяния, которые совершаются в рамках широкомасштабного или систематического нападения на любых гражданских лиц, если такое нападение совершается сознательно. Наряду с наиболее характерными для данного вида преступлениями (убийство, пытки, депортация населения и т.п.) Статут впервые включил такое преступное деяние, как «принудительная беременность с целью изменения этнического состава населения».

Наиболее подробно в Статуте перечислены военные преступления, которые насчитывают свыше 20 составов. При этом речь идет о преступлениях, которые совершаются как в международных, так и в немеждународных вооруженных конфликтах. Статут специально подчеркнул, что в отношении преступлений, подпадающих под юрисдикцию Суда, не устанавливается никакого срока давности.

Что касается преступления агрессии, то Подготовительная комиссия не смогла достичь консенсуса в определении этого преступления. В ходе работы комиссии выявились два подхода к определению преступления агрессии: одно основывалось на ст. 6 Устава Нюрнбергского трибунала, другое — на определении агрессии в резолюции 3314 Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 г. Ассамблея государств — участников Статута в 2002 г. постановила учредить специальную рабочую группу по преступлению агрессии, которая действовала в рамках Комитета по юридическим вопросам Генеральной Ассамблеи ООН. 11 июня 2010 г. конференция государств-участников консенсусом приняла резолюцию «Преступление агрессии», которая включила в Римский статут ст. 8-bis, определяющую данное преступление.

В резолюции, в частности, говорится:

1. Для целей настоящего Статута «преступление агрессии» означает планирование, подготовку, инициирование или осуществление лицом, которое в состоянии фактически осуществлять руководство или контроль за политическими или военными действиями государства, акта агрессии, который в силу своего характера, серьезности и масштабов является грубым нарушением Устава Организации Объединенных Наций.

2. Для целей п. 1 «акт агрессии» означает применение вооруженной силы государством против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства или каким-либо другим образом, несовместимым с Уставом Организации Объединенных Наций. Любое из следующих действий, независимо от объявления войны, будет квалифицироваться в соответствии с резолюцией 3314 (XXIX) Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 14 декабря 1974 г. в качестве акта агрессии:

a) вторжение или нападение вооруженных сил государства на территорию другого государства или любая военная оккупация, какой бы временный характер она ни носила, являющаяся результатом такого вторжения или нападения, или любая аннексия с применением силы на территории другого государства или ее части;

b) бомбардировка вооруженными силами государства территории другого государства или применение любого оружия государством против территории другого государства;

c) блокада портов или берегов государства вооруженными силами другого государства;

d) нападение вооруженными силами государства на сухопутные, морские или воздушные силы или морские и воздушные флоты другого государства;

с) применение вооруженных сил одного государства, находящихся на территории другого государства по соглашению с принимающим государством, в нарушение условий, предусмотренных в соглашении, или любое продолжение их пребывания на такой территории по прекращении действия соглашения;

О действие государства, позволяющее, чтобы его территория, которую оно предоставило в распоряжение другого государства, использовалась этим другим государством для совершения акта агрессии против третьего государства;

g) засылка государством или от имени государства вооруженных банд, групп, иррегулярных сил или наемников, которые осуществляют акты применения вооруженной силы против другого государства, носящие столь серьезный характер, что это равносильно перечисленным выше актам или его значительному участию в них.

В соответствии со ст. 15-bis, также включенной в Римский статут данной резолюцией, Суд может осуществлять юрисдикцию только в отношении преступлений агрессии, совершенных один год спустя с момента ратификации или принятия настоящих поправок тридцатью государствами-участниками.

В отличие от трибуналов ad hoc Международный уголовный суд обладает юрисдикцией только в отношении преступлений, совершенных после вступления Статута в силу для каждого государства-участника (ратификации, присоединения и т.п.). Кроме того, в соответствии со ст. 124 Статута государство, становясь участником Статута, может сделать заявление, что в течение семи лет после вступления для него в силу Статута оно не признает юрисдикцию Суда в отношении военных преступлений, когда, как предполагается, они совершены его гражданами или на его территории.

В компетенцию Суда входят только преступления, которые были совершены либо на территории государства-участника, либо гражданином государства-участника. Однако у этого принципа есть два исключения.

Во-первых, Совет Безопасности ООН, посредством резолюции, принятой согласно главе VII Устава ООН, может передать в Суд ту или иную ситуацию, затрагивающую преступления, которые не были совершены ни на территории государства-участника, ни гражданами государства-участника. Совет Безопасности воспользовался этим правом, когда передал в Суд на рассмотрение ситуацию в регионе Дарфур в Судане. Судан не является государством — участником МУС.

Во-вторых, в соответствии с п. 3 ст. 12 Статута государство, не являющееся участником Статута, может посредством заявления, представленного Секретарю Суда, признать осуществление Судом юрисдикции в отношении того или иного конкретного преступления.

Для начала расследования должен быть использован один из следующих механизмов:

  • государство-участник передает Суду некоторую ситуацию;
  • Совет Безопасности ООН передает Суду некоторую ситуацию;
  • Прокурор может возбуждать расследование на основе информации о преступлениях, подпадающих под юрисдикцию Суда. В предоставлении Прокурору такого права кроется опасность проявления субъективизма, чреватого возможностью политизации работы Суда. Считается, однако, что этого удается избежать, поскольку санкцию на проведение расследования выдает Палата предварительного производства — орган Суда, который оценивает представленные Прокурором материалы.

Кроме того, Палатой предварительного производства должны утверждаться каждый ордер на арест и каждое обвинение, выдвинутое Прокурором.

К началу 2013 г. в производстве Суда находилось 15 дел, связанных с семью ситуациями. Три государства-участника Римского статута - Уганда, Демократическая Республика Конго и Центрально-Африканская Республика — передали в Суд ситуации, имеющие или имевшие место на их территории. Расследование ситуаций в Кении и Кот-д Ивуаре было начато Прокурором по собственной инициативе. Наконец, Совет Безопасности ООН передал Суду ситуации в суданском регионе Дарфур и в Ливии.

В январе 2009 г. начался суд над гражданином Демократической Республики Конго: Томас Лубанга Дьило, лидер Союза конголезских патриотов, участник итурийского конфликта, был обвинен в военном преступлении в виде набора и использования в военных действиях детей-солдат в возрасте до 15 лет. В марте 2012 г. решением Судебной камеры Лубанга был признан виновным по предъявленным ему обвинениям. Это решение стало первым обвинительным приговором Международного уголовного суда.

При рассмотрении дел Суд должен применять прежде всего Статут, Элементы преступлений как некую разновидность материального права и Правила процедуры и доказывания как процессуальное право. Суд может применять в том числе нормы и принципы международного права, относящиеся к предмету рассмотрения, международные договоры, общие принципы права, а также принципы и нормы права, как они были истолкованы в его предыдущих решениях.

Структура Международного уголовного суда включает: Президиум (председатель Суда и два вице-председателя, которые организуют работу Суда), Апелляционное отделение (председатель Суда и четыре судьи), Судебное отделение (шесть судей), Отделение предварительного производства (шесть судей). В структуру Суда входят также Канцелярия прокурора и секретариат.

Судебные функции Суда осуществляются Судебной палатой в составе трех судей, функции предварительного производства - Палатой предварительного производства из трех судей либо одним судьей в зависимости от характера дела.

Апелляционная палата состоит из всех судей Апелляционного отделения. Она вправе отменить, изменить решение или приговор Судебной палаты либо распорядиться о проведении нового судебного разбирательства другой судебной палатой.

Международный уголовный суд состоит из 18 независимых судей, которые выполняют свои функции на постоянной основе в месте пребывания суда и не должны посвящать себя никакому другому занятию профессионального характера. Судьи избираются Ассамблеей государств — участников Статута большинством в две трети голосов на девять лет без права переизбрания. Состав Суда должен обеспечивать представительство основных правовых систем мира, справедливое географическое представительство и справедливое представительство судей женского или мужского пола.

В составе Суда должно быть не менее девяти судей, обладающих признанной компетенцией в области уголовного и процессуального права, и не менее пяти судей, обладающих компетенцией в таких областях международного права, как международное гуманитарное право и права человека. Судьи должны обладать необходимым опытом профессиональной юридической деятельности и свободно владеть одним из языков, на которых ведется работа в Суде, — английским или французским.

Канцелярия Прокурора действует независимо как орган Суда. Она включает Прокурора, его заместителей и необходимый персонал для сбора информации о преступлениях, расследовании их и т.п. На Прокуроре лежит бремя доказывания вины обвиняемого. Прокурор и его заместители избираются Ассамблеей государств-участников абсолютным большинством голосов сроком на девять лет без права переизбрания.

Секретариат представляет собой орган административного управления и осуществляет свои функции под руководством Председателя Суда. При Суде аккредитуются международные ассоциации адвокатов, призванные осуществлять в Суде защиту прав обвиняемых и представлять интересы свидетелей и потерпевших.

Применяемые Судом меры наказания - пожизненное заключение за тяжкие преступления; лишение свободы на срок до 30 лет; конфискация доходов, имущества и активов, полученных прямо или косвенно в результате преступления; денежный штраф.

Наказание в виде лишения свободы отбывается в государстве, назначенном Судом из перечня государств, уведомивших Суд о своей готовности принять лиц, которым вынесен приговор. При назначении государства, где будет отбываться наказание, Суд принимает во внимание наличие в государстве признанных международных договорных стандартов обращения с заключенными, а также гражданство и мнение лица, которому вынесен приговор.

К началу 2013 г. участниками Римского статута Международного уголовного суда являлось 121 государство, в том числе все члены Европейского Союза (одним из условий приема новых членов в ЕС является ратификация Статута). США не только отказались ратифицировать Статут, но и отозвали свою подпись. По мнению руководства США, граждан США может судить только американский суд. Более того, США заключили соглашения с рядом государств о взаимной непередаче Суду собственных граждан. Китай также не ратифицировал Статут Международного уголовного суда.

Российская Федерация подписала Римский статут 13 сентября 2000 г., однако до сих пор его не ратифицировала.

Смешанные (гибридные, интернационализированные) суды. Отличаясь от упомянутых ранее международных судебных органов спецификой их правовой природы, так называемые смешанные суды различаются между собой степенью вовлеченности ООН в процесс создания этих институтов, формирования их структурных подразделений и составления юридических актов, определяющих порядок их работы. Имеются и другие отличия.

Следующие органы международного уголовного правосудия по своей правовой природе относятся к числу так называемых гибридных трибуналов, поскольку они созданы на базе соглашения между правительством Сьерра-Леоне, Ливана, Камбоджи и Организацией Объединенных Наций и объединяют в себе международные и национальные механизмы, персонал, следователей, судей, обвинителей и правовые нормы.

Специальный суд по Сьерра-Леоне учрежден в соответствии с Договором между ООН и Правительством Сьерра-Леоне от 16 января 2001 г. и резолюцией Совета Безопасности 1315 (2000) от 14 августа 2000 г. Суд приступил к работе 1 июля 2002 г.

Специальный суд полномочен судить лиц, несущих наибольшую ответственность за серьезные нарушения международного гуманитарного права в Сьерра-Леоне и за преступления по соответствующему национальному законодательству. Устав Суда предусматривает ответственность как за международные преступления (преступления против человечности, нарушения ст. 3, общей для Женевских конвенций, Дополнительного протокола II и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права), так и за серьезные преступления по законодательству Сьерра-Леоне (преступления против детей и их половой неприкосновенности, а также поджог).

Специальный суд по Сьерра-Леоне состоит из трех главных подразделений: Судебного органа, включающего две Судебные палаты и одну Апелляционную палату, Обвинителя и Секретариата.

Обвинитель Специального суда издал 13 обвинительных актов, два из которых были впоследствии отозваны ввиду смерти обвиняемых.

На конец 2013 г. завершены, включая апелляционную стадию, судебные процессы по обвинению трех бывших лидеров Революционного Совета Вооруженных Сил (РСВС), двух членов Сил Гражданской Обороны (СГО) и трех бывших руководителей Объединенного Революционного Фронта (ОРФ). В апреле 2012 г. Судебная палата признала виновным бывшего президента Либерии Чарльза Тейлора и приговорила его к 50 годам тюрьмы.

Специальный трибунал по Ливану был учрежден на основании соглашения между Организацией Объединенных Наций и Ливанской Республикой во исполнение резолюции Совета Безопасности 1664 (2006) от 29 марта 2006 г., которая принята в ответ на просьбу правительства Ливана учредить трибунал международного характера для привлечения к судебной ответственности всех лиц, которые будут признаны виновными в совершении 14 февраля 2005 г. террористического преступления, в результате которого погибли бывший премьер-министр Ливана Рафик Харири и другие лица. Согласно резолюции Совета Безопасности 1757 (2007) от 30 мая 2007 г. положения приложенного к ней документа и Устав Специального трибунала, содержащийся в дополнении к нему, вступили в силу 10 июня 2007 г. Специальный трибунал по Ливану начал работать в Гааге 1 марта 2009 г.

В состав Специального трибунала входят следующие органы: палаты, включающие судью предварительного производства. Судебную палату и Апелляционную палату; Обвинитель; Секретариат; Канцелярия защиты.

Судьи и Обвинитель назначаются Генеральным секретарем ООН в соответствии с Соглашением на три года и могут быть назначены повторно на срок, определяемый Генеральным секретарем ООН в консультации с правительством. Основу применимого права составляют нормы уголовного законодательства Ливана. Специальный трибунал выдвинул обвинения и выдал международные ордера на арест четырех фигурантов.

Устав Специального трибунала предусматривает, при соблюдении ряда условий, возможность заочных судебных разбирательств, если обвиняемый: а) прямо в письменной форме отказался от своего права присутствовать на процессе; b) не был передан в распоряжение Трибунала соответствующими государственными властями; с) скрывается от правосудия или не может быть обнаружен и были предприняты все разумные шаги для обеспечения его явки в Трибунал и его уведомления об обвинениях, утвержденных судьей предварительного производства.

Юрисдикция Трибунат может быть распространена на события после взрыва бомбы 14 февраля 2005 г., если Трибунал определит, что другие нападения, которые имели место в Ливане в периоде 1 октября 2004 г. по 12 декабря 2005 г., взаимосвязаны в соответствии с принципами уголовного права и по своему характеру и степени тяжести аналогичны нападению 14 февраля 2005 г. Эта связь включает, в частности, сочетание следующих элементов: преступный умысел (мотив), цель нападений, характер потерпевших, против которых они были направлены, способ совершения нападений (modus operandi) и исполнители. Преступления, которые имели место после 12 декабря 2005 г., также могут быть включены в сферу действия юрисдикции Трибунат в соответствии с этими же критериями, если правительство Ливанской Республики и Организация Объединенных Наций примут соответствующее решение, а Совет Безопасности даст свое согласие.

Чрезвычайные палаты в судах Камбоджи созданы на основании соглашения между ООН и Правительством Камбоджи. Закон об учреждении Чрезвычайных палат в судах Камбоджи для рассмотрения преступлений, совершенных в период существования Демократической Кампучии (ЧПСК), являющийся главным правовым документом данного Суда, был принят парламентом Камбоджи 2 января 2001 г. (действует в редакции от 27 октября 2004 г.) и утвержден Договором между ООН и Королевским правительством Камбоджи от 6 июня 2003 г. Он предусматривает ответственность за геноцид, за преступления против человечности, за серьезные нарушения Женевских конвенций 1949 г., Гаагской конвенции 1954 г. о защите культурных ценностей и за некоторые преступления, предусмотренные Уголовным кодексом Камбоджи 1956 г. (убийство, пытки, религиозное преследование).

Цель Чрезвычайных палат - привлечение к суду высокопоставленных руководителей Демократической Кампучии и тех, кто несет наибольшую ответственность за преступления и серьезные нарушения камбоджийского уголовного права, международного гуманитарного права и обычаев и международных конвенций, признанных Камбоджей, которые были совершены в период с 17 апреля 1975 г. по 6 января 1979 г.

Основными правовыми документами Чрезвычайных палат являются Закон об учреждении Чрезвычайных палат и Внутренние правила.

Основными структурными подразделениями Чрезвычайных палат являются: Судебный орган, состоящий из Палаты (камеры) предварительного производства, Судебной палаты (камеры), а также Палаты (камеры) Верховного суда, Канцелярии Сообвинителей, Канцелярии Следственных судей и Административного отдела. В каждом из подразделений представлены как местные специалисты, так и международные сотрудники.

Чрезвычайные палаты применяют уголовно-процессуальное законодательство Камбоджи. В тех случаях, когда камбоджийское право не охватывает тот или иной конкретный вопрос, или же когда существует неопределенность относительно толкования либо применения соответствующей нормы камбоджийского права, или же когда возникает вопрос о соответствии такой нормы международным стандартам, Палаты могут руководствоваться также процедурными нормами, установленными на международном уровне.

В сентября 2010 г. Суд распорядился начать судебное производство в соответствии с Обвинительными заключениями в отношении четверых обвиняемых. Рассмотрев заявления четверых обвиняемых, Палата предварительного производства утвердила и частично изменила Обвинительные заключения и повторно распорядилась о начале судебного разбирательства в январе 2011 г. Судебное разбирательство началось с инициирующего слушания в июне 2011 г. Выступления сторон со вступительными заявлениями начались в ноябре 2011 г.

Специфика следующих гибридных (смешанных) судов в том, что они были учреждены Миссиями по поддержанию мира, которым предоставлен административный мандат ООН, в соответствии с которым они реализуют полномочия законодательной, исполнительной и судебной властей по месту проведения миротворческих операций.

Так, к числу актов, составляющих правовую основу деятельности смешанных судов на территории Косово, следует отнести резолюцию Совета Безопасности ООН 1244(1999) от 10 июня 1999 г., уполномочившую Генерального секретаря учредить международное гражданское присутствие в Косово — Миссию Организации Объединенных Наций по делам Временной администрации в Косово (МООНВАК) - в целях создания временной администрации для Косово; распоряжение МООНВАК № 1999/1 от 25 июля 1999 г. «Об органе Временной администрации в Косово»; распоряжение МООНВАК № 2000/6 от 15 февраля 2000 г. «О назначении и отрешении от должности международных судей и международных прокуроров».

Правила, касающиеся процессуальных аспектов судопроизводства смешанных судов на территории Косово, изложены, в частности, в распоряжениях МООНВАК № 2000/64 от 15 декабря 2000 г. «О привлечении к разбирательству международных судей/прокуроров и(или) изменении места рассмотрения дела», № 2001/20 от 19 сентября 2001 г. «О защите жертв преступлений и свидетелей в уголовном процессе», № 2001/21 от 20 сентября 2001 г. «О взаимодействии со свидетелями в уголовном процессе», № 2003/26 от 6 июля 2003 г. «Временный Уголовно-процессуальный кодекс Косово», № 2007/21 от 29 июня 2007 г. о продлении действия распоряжения № 2000/64 от 15 декабря 2000 г. «О привлечении к разбирательству международных судей/прокуроров и(или) изменении места рассмотрения дела».

Назначение международных судей и прокуроров в суды Косово происходит следующим образом.

На любой стадии уголовного судопроизводства компетентный обвинитель, обвиняемый или адвокат вправе подать в Департамент по судебным делам Косово ходатайство о назначении международных судей или прокуроров, а также об изменении места рассмотрения дела, если это считается необходимым в интересах правосудия.

Департамент по судебным делам передает Специальному представителю Генерального секретаря ООН рекомендации в отношении привлечения к разбирательству международных судей, прокуроров или изменения места рассмотрения дела. Специальный представитель Генерального секретаря ООН утверждает данную рекомендацию.

После этого Департамент по судебным делам назначает: (a) международного прокурора; (b) международного следственного судью или (c) палату, состоящую из трех судей, включая двух международных и одного косовского судью. Один из международных судей назначается председательствующим судебного состава.

При этом Генеральный секретарь ООН наделен правом назначать и отрешать от должности международных судей и международных прокуроров в любой суд или прокуратуру, находящиеся на территории Косово. Международные судьи и прокуроры вправе сами выбирать те дела, из числа новых или незаконченных, в рассмотрении которых они хотят принимать участие. Международные судьи и прокуроры, как правило, участвуют в рассмотрении дел о военных преступлениях и преступлениях на этнической почве, начиная с актов геноцида и похищения людей. Международные судьи и прокуроры участвуют в формировании временной нормативной материально-правовой и процессуальной базы борьбы с преступностью на территории Косово.

Временная администрация ООН в Восточном Тиморе (ВАООНВТ) была создана в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН 1272(1999). Возложив на ВАООНВТ общую ответственность за административное управление в Восточном Тиморе, Совет Безопасности наделил ее всеми законодательными и исполнительными полномочиями, включая отправление правосудия. В указанной выше резолюции Совет Безопасности, выразив озабоченность сообщениями, указывающими на то, что в Восточном Тиморе были совершены систематические, широкомасштабные и грубые нарушения международного гуманитарного права и прав человека, подчеркнул, что лица, совершившие такие нарушения, несут личную ответственность, и призвал все стороны сотрудничать в расследовании указанных в этих сообщениях фактов.

Распоряжения ВАООНВТ № 1999/3 от 3 декабря 1999 г. об учреждении Переходной комиссии по судебной системе; № 2000/11 от 6 марта 2000 г. «Об организации судов в Восточном Тиморе»; № 2000/15 от 6 июня 2000 г. «Об учреждении Коллегии с исключительной юрисдикцией в отношении серьезных преступлений»; № 2000/30 от 25 сентября 2000 г. «О временных правилах уголовного процесса» заложили правовую основу деятельности Коллегии с исключительной юрисдикцией в отношении серьезных преступлений в Восточном Тиморе.

Предметную юрисдикцию Коллегий с исключительной юрисдикцией составили преступления геноцида, военные преступления, преступления против человечности, а также убийства, сексуальные преступления и пытки, ответственность за которые предусмотрена УК Восточного Тимора.

Юрисдикция Коллегий распространяется на физических лиц — граждан Восточного Тимора и физических лиц-иностранцев, виновных в совершении в период с 1 января по 25 октября 1999 г. преступлений, отнесенных к предметной юрисдикции Коллегий на территории Восточного Тимора.

Универсальная юрисдикция Коллегий подразумевает их компетенцию по привлечению к уголовной ответственности и наказанию индивидов безотносительно к месту совершения преступления либо гражданству обвиняемого или потерпевшего.

Организационно Коллегии с исключительной юрисдикцией включают: Группу по расследованию серьезных преступлений; Судебные составы Коллегий (каждый из двух международных судей и одного судьи из Восточного Тимора); Апелляционный суд округа Дили, состоящий из двух международных судей и двух восточнотиморских судей; Прокурорскую службу Восточного Тимора, осуществляющую функции поддержания государственного обвинения.

Правовой статус и деятельность Иракского специального трибунала (ИСТ) не получили однозначной оценки в отечественной и зарубежной доктрине международного права. Убедительной представляется позиция тех, кто считает, что несмотря на то, что материально-правовой основой деятельности ИСТ является его Устав, предусматривающий условия привлечения к ответственности за совершение международных преступлений (геноцид, преступления против человечности, военные преступления), его нельзя рассматривать в качестве органа международного уголовного правосудия. Устав ИСТ был издан Временным руководящим советом 10 декабря 2003 г. без обычной парламентской процедуры, не говоря уже о каком-либо участии международного сообщества в лице Организации Объединенных Наций. Очевидно, поэтому в нем не нашли закрепления в качестве руководящих начал важнейшие принципы международного уголовного права. Более того, инициатор учреждения ИСТ - Коалиционная временная администрация - не наделялся мандатом ООН. Процедура учреждения ИСТ дает серьезные основания сомневаться, в том, что он отвечает, в частности, требованию положения ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., согласно которому все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право на разбирательство его дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судопроизводство в ИСТ базировалось на принципах не международного, а национального права. Состав судейского корпуса и обвинителей ИСТ являлся национальным по своему составу.

Вопрос о том, образуют ли рассмотренные органы международного уголовного правосудия единую систему, не получил однозначного ответа в отечественной доктрине. Заметим только, что отсутствие единообразно понимаемого, исчерпывающего перечня критериев, необходимого для признания наличия такой системы, отличия в правовых основах учреждения и деятельности, юрисдикции и организации известных международных уголовных судов и трибуналов, не вполне ясный порядок взаимоотношений и взаимодействия между ними не позволяют сегодня дать положительный ответ на упомянутый выше вопрос.

Нюрнбергский и Токийский военные трибуналы, завершающие свою деятельность МТБЮ и МУТР, действующие ныне МУС, а также такие гибридные судебные органы, как Специальный суд по Сьерра-Леоне, Специальный трибунал по Ливану, Специальные палаты в судах Камбоджи, Коллегии с исключительной юрисдикцией в отношении серьезных преступлений в Восточном Тиморе, а также смешанные суды на территории Косово, при всем их несовершенстве и недостатках в работе, выполняли и продолжают выполнять в этом далеком от совершенства мире важную работу по отправлению международного правосудия, способствуя «утверждению веры в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности».

Isfic.Info 2006-2017