Медицинское право

Искусственное оплодотворение и имплантация эмбриона


Каждая совершеннолетняя женщина детородного возраста имеет право на искусственное оплодотворение и имплантацию эмбриона.

Искусственное оплодотворение женщины и имплантация эмбриона осуществляются в учреждениях, получивших лицензию на медицинскую деятельность, при наличии письменного согласия супругов (одинокой женщины).

Женщина имеет право на информацию о процедуре искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона, о медицинских и правовых аспектах ее последствий, о данных медико-генетического обследования, внешних данных и национальности донора, предоставляемую врачом, осуществляющим медицинское вмешательство (ч 1, 2, 4, ст. 35 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»).

Прежде всего, женщина, желающая стать матерью искусственным путем, должна достичь совершеннолетия. Если женщина одинока (не состоит в официально зарегистрированном браке), то письменное согласие на искусственное оплодотворение или имплантацию эмбриона дает только она одна, но в случае нахождения ее в законном браке согласие должно быть получено и от супруга, иначе процедура будет признана незаконной. Какими бы благовидными предлогами ни прикрывалась тайная от мужа просьба женщины о проведении операции, следует помнить, что данное решение женщины является противоправным, способным повлечь непредсказуемые последствия для супругов, будущего ребенка, а также врача и донора.

Современные репродуктивные технологии способны соединить сперматозоид и яйцеклетку самыми разнообразными способами, даже вне организма; а за женщину, не способную выносить беременность, ее вынашивает другая женщина. Естественно, что все это порождает некоторые этические, правовые вопросы, судебные прецеденты и споры. Не вполне ясны и до сих пор не определены международными законами и законами отдельных государств следующие вопросы:

  • права суррогатной матери на выношенного ею ребенка (не является ли суррогатное материнство противоправной формой эксплуатации богатыми людьми нищих женщин?);
  • права супруга на детей, зачатых от спермы другого мужчины;
  • права на соцобеспечение ребенка, зачатого от замороженной спермы умершего мужа;
  • права эмбриона, полученного оплодотворением in vitro и супружеских пар, от которых получены депонированные эмбрионы;
  • кто имеет право на эмбрион в случае развода;
  • может ли генетический материал быть предметом купли-продажи, если да, то в каких пределах?

Сведения о проведенных искусственном оплодотворении и имплантации эмбриона, а также о личности донора составляют врачебную тайну (ч. 3 ст. 35 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»)

Информационная сторона мероприятия крайне важна и предусмотрена законом. Однако личность донора, несмотря на обязанность врача раскрыть пациентке его внешние данные и состояние здоровья, всегда должна оставаться тайной, кроме случаев, в которых женщина сама выбирает себе донора.

Донорство основано на добровольных договорных началах, при этом донором может быть только максимально здоровый человек, не имеющий генитальных инфекций, алкоголизма, генетических аномалий в родословной, профессионально вредных условий труда (контакта с токсическими веществами, ионизирующим излучением). Перед сдачей спермы донор обязан добросовестно соблюдать режим, предписанный врачом.

Информацию, полученную в результате генетических исследований, также надо использовать очень осторожно и только с ведома и согласия пациента. Соблюдение врачебной тайны — важнейшая обязанность врача; ее нарушение способно повлиять на различные стороны жизни женщины, ее донора, так как кроме решения вопросов о родительском статусе и связанных с этим статусом аспектов, могут встать вопросы о сумме медицинского страхования, приеме на работу, продвижения по служебной лестнице и т.д.

Матерью ребенка в мировой практике обычно признается женщина, которая желала иметь ребенка при помощи суррогатной матери, о чем были нотариально оформлены соответствующие документы. Согласие замужней женщины должно быть также подтверждено согласием ее супруга на подобную операцию, которое тоже заверяется нотариусом.

Однако в соответствии с Семейным кодексом РФ, если ребенок был рожден суррогатной матерью, то заказчики такого рождения могут быть записаны родителями ребенка только с согласия этой женщины. Существование подобного положения, ставящего супругов в зависимость от суррогатной матери, чревато злоупотреблениями, шантажом и вымогательством денег со стороны последней.

В случае рождения ребенка одинокой женщиной сведения об отце записываются с ее слов, и она имеет равные права со всеми одинокими матерями. В соответствии с Семейным кодексом РФ каждый ребенок имеет право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Дети, родившиеся благодаря применению особых медицинских технологий, в имущественном отношении приравнены в правах к детям, рожденным обычным способом.

Врач обязан предупреждать пациентов о высокой возможности риска, так как далеко не все операции приводят к развитию беременности; есть шансы невынашивания беременности или рождения уродов; кроме того, возможно рождение ребенка с выраженными признаками принадлежности к другой национальности или расе. Однако каким бы ни родился ребенок, супруг, давший письменное согласие на искусственное оплодотворение своей жены донорской спермой, юридически однозначно является отцом родившегося ребенка со всеми вытекающими из этого последствиями (Закон СССР «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства» от 22 мая 1990 г.).

Незаконное проведение искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона влечет уголовную ответственность в соответствии со ст. 235 УК РФ — «Незаконное занятие частной медицинской практикой», возможно наказание за умышленное причинение вреда здоровью. Некоторой иллюстрацией к вышеизложенному может послужить ряд примеров из правовой практики.

Так, в 1983 г. суррогатная мать из Мичигана родила физически и умственно неполноценного ребенка. На этом основании мужчина, заключивший с ней контракт, отказался от принятия ребенка в свою семью на том основании, что он не является отцом младенца. Этот случай поднял ряд этических и материальных проблем. А если бы он был отцом новорожденного, мог бы он, отказавшись от ребенка, потребовать возмещения затраченных средств?

В другом случае, рассматривавшемся судом в 1987 г., суррогатная мать потребовала вернуть ребенка, рожденного ею для супружеской пары. Она возбудила судебный иск против заключивших с ней договор супругов. Суд постановил передать ребенка супружеской паре, но предоставил суррогатной матери право на свидания с ним, так как для зачатия использовалась ее яйцеклетка, оплодотворенная мужчиной, заключившим с суррогатной матерью договор.

В 1993 г. Верховный суд Калифорнии отказал в правах суррогатной матери, давшей жизнь ребенку, зачатому от яйцеклетки и сперматозоида супружеской пары, подписавшей контракт, на том основании, что заместительная мать не была генетически связана с ребенком. При этом суд постановил, что добровольное соглашение о замещении не является формой эксплуатации суррогатной матери.

В то время как одна часть общества одобряет суррогатное материнство, другая часть считает это явление репродуктивной проституцией. В любом случае недопустима дискриминация лиц, родившихся в результате операции по искусственному оплодотворению или имплантации эмбриона, по причине их происхождения. Здесь следует помнить, что морально-этические и религиозные стороны проблемы находятся вне пределов компетенции врача.

Isfic.Info 2006-2018