Медицинское право

Врачебная тайна


Информация о факте обращения за медицинской помощью, состоянии здоровья гражданина, диагнозе его заболевания и иные сведения, полученные при его обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. Гражданину должна быть подтверждена гарантия конфиденциальности передаваемых им сведений.

Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении профессиональных, служебных и иных обязанностей, кроме случаев, установленных частями третьей и четвертой настоящей статьи (ч 1—2 ст. 61«Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»).

Обязанность врача хранить профессиональную тайну, независимо от обстоятельств немедицинского характера, закреплена в ст. 60 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» — «Клятва врача» (в ред. от 20 декабря 1999 г., Федеральный закон № 214-ФЗ). Положения ст. 60 об обязанности хранить врачебную тайну и о необходимости действовать исключительно в интересах пациента, независимо от различных обстоятельств, во многом декларативны, входят в противоречие со ст. 307 и 308 УК РФ, а также ст. 56 УПК РФ.

Тем не менее пациент вправе рассчитывать на сохранение врачом всех доверенных ему сведений личного характера. Однако в практике нередко возникает необходимость консультаций врача со своими коллегами, экстренного извещения санитарно-эпидемиологической службы о возникшей опасности распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений и т.д. С согласия гражданина или его законного представителя допускается передача сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в интересах обследования и лечения пациента, для проведения научных исследований, публикации в научной литературе, использования этих сведений в учебном процессе и в иных целях.

К основным субъектам сохранения врачебной тайны относятся:

  1. лица с высшим медицинским или фармацевтическим образованием (врачи, провизоры);
  2. лица со средним медицинским или фармацевтическим образованием (фельдшеры, медицинские сестры, фармацевты);
  3. младший медицинский персонал (санитары, няни);
  4. лица, находящиеся в процессе обучения (студенты медицинских вузов и училищ);
  5. немедицинский персонал лечебно-профилактического учреждения (работники кадровых, юридических, финансовых, хозяйственных служб и др.);
  6. сотрудники, работающие в и органах и организациях, входящих в систему обязательного медицинского страхования (фонды обязательного медицинского страхования, страховые медицинские организации);
  7. должностные лица органов управления здравоохранением (главные врачи, руководители структурных подразделений министерств, управлений, комитетов здравоохранения субъектов РФ);
  8. сотрудники правоохранительных органов, которым информация, составляющая врачебную тайну, стала известной в силу профессиональных обязанностей.

В целях соблюдения конфиденциальности сведений, составляющих врачебную тайну, лицами, работающими в системе обязательного медицинского страхования, которым эти сведения стали известны при исполнении служебных, профессиональных и иных обязанностей, предусмотрено:

  1. утверждение списков сотрудников фондов и внештатных врачей-экспертов, имеющих право на доступ к сведениям, составляющим, согласно законодательству Российской Федерации, врачебную тайну;
  2. разработка образца вкладыша к служебному удостоверению врачей-экспертов;
  3. особый порядок прохождения в территориальном фонде обязательного медицинского страхования поступивших из учреждений писем и обращений граждан со сведениями, составляющими врачебную тайну.

Можно порекомендовать вводить пункт о необходимости сохранения профессиональной тайны в контракт, заключаемый между работодателем и работником, с указанием в контракте соответствующей дисциплинарной ответственности в случае нарушения данного пункта контракта.

Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается:

  1. в целях обследования и лечения гражданина, не способного из-за своего состояния выразить свою волю,
  2. при угрозе распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений,
  3. по запросу органов дознания и следствия, прокурора и суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством,
  4. в случае оказания помощи несовершеннолетнему в возрасте до 15 лет (16 лет для больных наркоманией) для информирования его родителей или законных представителей,
  5. при наличии оснований, позволяющих полагать, что вред здоровью гражданина причинен в результате противоправных действий (ч. 4 ст. 61 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»).

В зависимости от случая и ситуации характер подхода врача к нарушению профессиональной тайны должен быть различным. Так, например, при необходимости проведения консультаций с коллегами по поводу пациента, способного выразить свою волю, врач в первую очередь обязан получить устное или письменное (в зависимости от случая) разрешение на разглашение сведений личного характера в оговоренном объеме у своего пациента.

Напротив, при возможности распространения острозаразных инфекций, массовых поражений или отравлений врач освобождается от обязанности получения разрешения на разглашение тайны у заболевшего, так как нарушение санитарно-эпидемиологических мероприятий уголовно наказуемо по ст. 236 УК РФ — «Нарушение санитарно-эпидемиологических правил». Частью санитарно-эпидемиологических мероприятий является обязанность извещения органов санитарно-эпидемиологического надзора о возникших очагах опасности.

Правоохранительные органы обычно практикуют сбор информации из лечебных учреждений о случаях травм и отравлений, часть из которых имеет криминальное происхождение. Это помогает в раскрытии преступлений, обнаружении преступников. Врачи, как и все граждане, обязаны содействовать правосудию, но при этом необходимо руководствоваться существующими законами, а не желаниями сотрудников правоохранительных органов иметь информацию и не собственным чувством долга, понимаемым каждым человеком по-своему.

Порядок разглашения врачом профессиональной тайны по запросу сотрудников правоохранительных органов конкретизирован межведомственной Инструкцией «О порядке взаимодействия лечебно- профилактических учреждений и органов внутренних дел Российской Федерации при поступлении (обращении) в учреждения здравоохранения граждан с телесными повреждениями насильственного характера» (приказ МЗ РФ и МВД РФ от 9 января 1998 г № 4/8).

Однако ст. 61 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» не обязывает врачей разглашать врачебную тайну на этапе доследственной проверки правоохранительными органами сообщений о преступлениях или до нее, а лишь допускает эту возможность. Ведомственные инструкции не могут быть выше закона. Требования закона приоритетны, следовательно, инициативно активное или даже пассивное информирование врачами сотрудников милиции о своих пациентах на допроверочном или доследственном этапах не то что бы незаконно, но превращает врачей в бесплатных добровольных информаторов в ущерб интересам пациентов.

Принцип «Тарасофф»

В мире дискутируется дилемма «доносить» врачу на своих пациентов или нет на примере «принципа Тарасофф», названного по фамилии женщины, погибшей от руки психически больного. История «Принципа» восходит к 1974 г. Больной человек с навязчивой потребностью совершить сексуальное убийство наблюдался психотерапевтом, которому признался в своих намерениях. Однако врач, исходя из необходимости соблюдения врачебной тайны, скрыл эти намерения больного от правоохранительных органов. Признав подобное поведение врача незаконным, суд обязал врачей информировать полицию о подобных мыслях больных. В соответствии с характерным для американского правосудия принципом «прецедента» данное решение стало действующей правовой нормой.

Выделяют четыре более или менее четко разграниченных периода развития обязанности врачей информировать правоохранительные органы или соблюдать тайну пациента в США

  1. период, предшествовавший решению Tarasoff (1950—1974), когда общество защищалось от потенциально агрессивного пациента посредством госпитализации, а не путем предупреждения потенциальной жертвы,
  2. начало принципа Tarasoff (1974—1980), когда суды стали использовать предупреждение как летальный метод защиты жертв,
  3. период диверсификации, когда суды вводят в практику многовариативные правила для принятия решений либо об информировании правоохранительных органов, либо о сохранении профессиональной тайны,
  4. период отхода от изначального «принципа» в 1990-х годах.

В последнее время многие суды США отвергли или ограничили изначальный «принцип Tarasoff», в различных штатах он понимается по-разному. Разнообразие законов в североамериканских штатах ведет к тому, что в одном штате врач обязан предупредить потенциальную жертву своего пациента о грозящей опасности, а в другом штаге врач за разглашение конфиденциальной информации может быть наказан. Врачи вынуждены следовать букве закона, принятого в той местности, где они практикуют.

Как же поступать врачу, имеющему практику в России? Обязан ли он извещать правоохранительные органы и потенциальных жертв насилия о грозящей опасности со стороны своего пациента или должен свято соблюдать тайну доверившегося ему человека"? Не будет ли сохранение врачебной тайны расценено как укрывательство преступления или соучастие в нем?

Применительно к указанному принципу надо понимать, что проблема насилия достаточно актуальна во всем мире. Одним из действенных путей профилактики преступлений представляется обеспечение возможности добровольных обращений садистов, лиц с иной психической патологией за психиатрической помощью перед обострением или во время обострения патологических влечений. Отказ от своевременного лечения нередко приводит к печальным последствиям. Однако действующий ныне Закон РФ «О психиатрической помощи...» не предусматривает оказания анонимной помощи и не разъясняет врачам случаи, когда эта анонимность может соблюдаться, а когда обязательно ее нарушение. Отсутствие такой правовой базы и соответствующего медико-правового просвещения широких слоев населения делает неясными границы соблюдения анонимности, чем лишает общество возможности следования указанным путем профилактики насилия.

Единых подходов юристов и врачей к решению проблемы нет во всем мире. Например, имеется мнение, что «оказание анонимной психиатрической помощи сексуальным садистам законно, правомерно, а доносительство врачом на добровольно обратившегося к нему за помощью больного неэтично и незаконно». Нам же представляется целесообразным и нравственным «принцип следования букве закона».

Статья 61 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» допускает, но не обязывает предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, «по запросу органов дознания и следствия, прокурора и суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством». Расследование начинается после возбуждения уголовного дела, и поэтому этот момент очень важен тем, что до возбуждения уголовного дела врач не имеет права разглашать свою профессиональную тайну, кроме очевидных случаев, предусмотренных ст. 316 УК РФ — «Укрывательство преступлений».

Лишь после возбуждения уголовного дела врач не имеет права отказаться от дачи показаний (ст. 56 УПК РФ — «Свидетель» и ст. 308 УК РФ — «Отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний») или давать заведомо ложные показания (ст. 307 УК РФ — «Заведомо ложные показание, заключение эксперта или неправильный перевод»), в противном случае он будет привлечен к уголовной ответственности.

«Мыслепреступление» (термин Дж. Оруэлла) больного человека или с пограничным расстройством психики не является реальным преступлением или иным противоправным действием. Это освобождает врача от необходимости нарушения врачебной тайны ввиду отсутствия факта самого преступления.

Одно из важнейших положений римского права гласит: «Cogitationis poenam nemo patitur», что означает «никто не может быть наказан за его мысли».

Несообщение врачом о болезненных фантазиях пациента, о мысленно подготавливаемом им преступлении, какой бы характер оно не носило, в случаях его реализации не может быть признано соучастием в преступлении ввиду отсутствия признака совместности действий. Более того, незаконное разглашение профессиональной тайны медицинским работником может быть расценено как правонарушение или даже повлечь в некоторых случаях за собой уголовную ответственность в соответствии со ст. 137 УК РФ — «Нарушение неприкосновенности частной жизни» (элементами частной жизни пациента являются его здоровье, привычки, сексуальные наклонности, увлечения, половые связи, сексуальные фантазии и т.п.). Кроме того, здесь будет уместен вопрос о возмещении причиненного пациенту морального вреда.

К сожалению, уровень доверия между врачом и пациентом, необходимый для эффективного терапевтического вмешательства, при существующей в стране системе регистрации и хранения медицинской документации, при явном наличии правового нигилизма среди представителей среднего и младшего медицинского персонала больниц и поликлиник реально невозможен. Одним из наиболее существенных факторов отсутствия полного доверия пациента своему врачу является возможность привлечения врача к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний против своего пациента.

Профессиональная обязанность врача — противодействовать воплощению болезненных фантазий пациента медицинскими мерами. Клятва врача, принимаемая каждым врачом по окончании вуза, предписывает действовать исключительно в интересах пациента, хранить врачебную тайну, независимо от собственных убеждений и убеждений пациента личного, религиозного, национального, расового, этнического характера, политических, экономических, социальных «и иных немедицинских обстоятельств». Врач не только вправе, но и обязан принятой и собственноручно подписанной «Клятвой», а также рассматриваемым Законом хранить в тайне доверенные ему пациентом сведения. Однако обязан только до тех пор. пока он не будет подвергнут допросу в рамках уголовного дела в качестве свидетеля (см. наш комментарий к ст. 307 и 308 УК РФ и ст. 56 УПК РФ).

Лица, которым в установленном законом порядке переданы сведения, составляющие врачебную тайну, наравне с медицинскими и фармацевтическими работниками с учетом причиненного гражданину ущерба несут за разглашение врачебной тайны дисциплинарную, административную или уголовную ответственность в соответствии с законодательством РФ (ч. 5 ст. 61).

Ситуационная задача

Гр. М. был доставлен в стационар в связи с непроникающим ножевым ранением, полученным в драке с женой. М. просил врача правоохранительные органы об этом случае не извещать. Однако врач по собственной инициативе известил о ранении и обстоятельствах его получения милицию.

Вопрос «Нарушил ли врач закон? Если да, то какой?»

Показать ответ

Врач без веских оснований нарушил профессиональную тайну (ст. 60 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»), выступив в роли бесплатного, добровольного, инициативного информатора правоохранительных органов, но не нарушил закон.

Isfic.Info 2006-2018