Изменение квалификации преступлений и обвинения в уголовном судопроизводстве

Уголовно-правовые основания и условия изменения квалификации преступлений


Уголовно-правовые основания для изменения квалификации преступлений те же, что и для самого процесса квалификации, — точное и полное соответствие фактических обстоятельств совершенного деяния предусмотренному уголовным законом составу преступления, т.е. их полное отождествление (ст. 8 УК РФ), в соответствии с принципами законности (ст. 3 УК РФ), вины (ст. 5 УК РФ), справедливости (ст. 6 УК РФ).

Применительно к стадиям судебного разбирательства изменение квалификации ограничено требованием закона о невозможности ухудшения положения подсудимого и согласованности уголовно-правовых норм (исходной и производной) на базе установленных по делу фактических обстоятельств.

В связи с этим при изменении обвинения и квалификации преступлений разрешаются вопросы совместимости (согласованности) составов преступлений: исходного и производного обвинений, т.е. конкурирующих юридических оснований квалификации преступлений, а также частные вопросы и положения, детерминирующие этот процесс преобразования в обвинении уголовно-правовой нормы.

Системность уголовного закона

Общим условием изменения квалификации является системность уголовного законодательства, единство его норм и положений как Общей, так и Особенной частей, служащих юридическим основанием квалификации.

В Особенной части УК уголовно-правовые нормы систематизируются и согласуются по объективным и субъективным признакам.

В теории уголовного права и учебной литературе приводятся различные классификации составов преступлений. Среди них выделяются родовые (общие и специальные), видовые и др. Справедливо отмечается, что выделение различных видов составов преступлений по различным критериям является не просто теоретической разработкой, но имеет и большое практическое значение, позволяет дать правильную юридическую оценку (квалификацию) деяния1Уголовное право России. Части Общая и Особенная: Учеб. / под ред. Л.В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2009. С. 133-139.. Теоретическим основанием для этого служит теория состава преступления и его видов с учетом общих конструктивных элементов (объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона) и признаков состава преступления2Кудрявцев В.Н. Энциклопедия уголовного права. Т.4. Состав преступления. Издание профессора Малинина, СПб., 2005. С. 36-41..

К примеру, уголовно-правовая охрана жизни и здоровья человека предусмотрена не только статьями гл. 16 УК РФ («Преступления против жизни и здоровья»), но и рядом других статей: ст. 162 УК РФ (разбой), ст. 264 УК РФ (нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека), ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий), ст. 293 УК РФ (халатность) и др.

Поэтому изменение квалификации преступлений может осуществляться в пределах уголовного закона. В связи с этим вряд ли можно согласиться с мнением, что изменение квалификации преступлений допускается только в пределах раздела либо главы Особенной части УК РФ, так как, якобы, основанием для этого является единство соответственно родового либо видового объекта посягательства.

Во-первых, деление преступлений по разделам и главам Особенной части весьма условно и не всегда прямо указывает на вид охраняемых правоотношений. В теории уголовного права сохраняется дискуссия о системе и классификации объектов преступления, их иерархии, содержании и значении. Выделяются, например, трехуровневая (общий, родовой, непосредственный) или четырехуровневая (общий, родовой, видовой, непосредственный) классификации объектов преступлений. Указывается, что различные виды объектов в нормотворческой и правоприменительной деятельности имеют различное практическое значение. Для нормотворчества имеют значение только общий, родовой и видовой объекты: а) общий — для примерного перечня основных объектов понятия преступления, б) родовой — для примерного перечня основных объектов посягательства и построения системы Особенной части уголовного законодательства, в) видовой — для конструкции статей и отдельных норм. Предлагается пересмотреть систему Особенной части уголовного законодательства и привести ее в соответствие с классификацией объектов преступления, построив ее главы строго по признаку родового объекта3Энциклопедия уголовного права. Т.4. Состав преступления. Издание профессора Малинина, СПб., 2005. С. 141-156.. Высказывается критическая оценка проводимой реформы уголовного законодательства, как принципиального характера — о ее содержании и направлении, так и о конкретных уголовно-правовых нормах4Кузнецова Н.Ф. Наука российского уголовного права и законотворчество (историко-сравнительный очерк) // Ученые-юристы МГУ о современном праве / Под ред. М.К. Треушникова. М.: ОАО «Издательский дом «Городец», 2005. С. 267-289..

Таким образом, существуют серьезные теоретические основы для изменения уголовного законодательства. В подтверждение этому следует вспомнить об изменении законодателем оценки хулиганских действий, связанных с насилием, повлекшем причинение легкого вреда здоровью, побоев, ранее подпадавших под признаки состава хулиганства (ст. 213 УК РФ из главы 24), а в связи с изменением УК в редакции от 8 декабря 2003 г. подлежащих квалификации по ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116 УК РФ, включенных в главу 16 УК РФ.

Во-вторых, любое изменение квалификации преступлений не выйдет за пределы УК РФ в целом, сохранив при этом единство основания квалификации: уголовный закон и общий объект уголовно-правовой охраны — общественные отношения, предусмотренные ч. 1 ст. 2 УК РФ.

В-третьих, указание номера раздела либо главы Особенной части не используется при квалификации преступления ни в формуле, ни в формулировке обвинения.

Сложившаяся судебная практика содержит немало примеров переквалификации преступлений в пределах Особенной части уголовного закона, например, со ст. 105 УК РФ (убийство) на ст. 316 УК РФ (укрывательство особо тяжкого преступления), со ст. 163 УК РФ (вымогательство) на ст. 330 УК РФ (самоуправство), со ст. 159 УК РФ на ст. 327 УК РФ, со ст. 213 УК РФ на ст. 130 УК РФ.

Не содержится каких-либо ограничений в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, разъясняющих порядок и пределы изменения квалификации преступлений и обвинения в суде.

В судебном разбирательстве формула обвинения может быть дополнена статьей Общей части УК, указывающей на стадию неоконченного преступления (ч. 1 или 3 ст. 30 УК РФ), либо роль соучастника в преступлении, не являющегося исполнителем (соисполнителем) (ч. 3, 4, 5 ст. 33 УК РФ).

Из положений Общей части уголовного закона при изменении квалификации преступлений наиболее часто приходится обращаться к положениям о действии уголовного закона во времени, совокупности преступлений, конкуренции норм, о субъекте и субъективных признаках преступления, стадиях преступления и соучастии в нем.

Таким образом, уголовный закон, как система уголовно-правовых норм, — это единое правовое основание квалификации и переквалификации преступлений, положительное решение задач которых обеспечивается применением уголовно-правовых норм, согласованных по элементам и признакам состава преступления.

Изменение уголовного закона

Ситуацию с выбором нормы, из числа принятых в разное время, в теории уголовного права принято называть темпоральной конкуренцией. Ее исследованию посвящен ряд работ специалистов5См., напр.: Блум М.И., Тилле А.А. Обратная сила закона: Действие советского уголовного закона во времени. М.: Юрид. Лит., 1969.; Бойцов А.И. Действие уголовного закона во времени и пространстве. СПб.: Изд-во С.-Петербург, ун-та, 1995; Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм: Учеб, пособие. Красноярск. 1998; Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция уголовно-правовых норм при квалификации преступлений: Учеб, пособие. М.: ИНФРА-М. 2002..

Критерии выбора уголовно-правовой нормы в данном случае указаны самим законом. В ст. 10 УК РФ указывается, что уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Для выбора уголовно-правовой нормы следует провести анализ и сравнение признаков составов преступлений и санкций. Общее правило в этом сводится к следующему: применяется самая льготная для правонарушителя норма.

В связи с этим при квалификации преступления в условиях изменения законодательства вменяемый состав преступления может формироваться с учетом, как старого, так и нового законов.

Это должно быть отражено в формулировке обвинения, где перечисляются признаки инкриминируемого деяния. При этом, разумеется, формула обвинения должна указывать на закон, выбранный с учетом санкций сопоставляемых норм. Особенно это заметно при квалификации совокупности преступлений, когда применяются формулировки и ссылки на разные редакции законов, например, на статьи УК РСФСР 1960 г., УК РФ в редакции от 13 июня 1996 г., УК РФ в редакции ФЗ-162 от 8 декабря 2003 г..

В п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебном приговоре» предлагается исходить из того, что более тяжким считается обвинение, когда:

а) применяется другая норма уголовного закона (статья, часть статьи или пункт), санкция которой предусматривает более строгое наказание;

б) в обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняемому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного.

Правила выбора уголовного закона, смягчающего наказание, сводятся к следующему. Более мягким признается закон, если он:

  • устанавливает менее тяжкий вид основного наказания;
  • снижает низший или высший пределы наказания, не изменяя соответственно другого предела;
  • не меняя основного наказания, отказывается от одного или нескольких дополнительных наказаний;
  • сохраняя основное и дополнительные наказания, вводит альтернативно менее строгие виды основного наказания, ранее не предусматривавшиеся;
  • альтернативно вводит менее строгие виды основного наказания, одновременно повышая низший предел ранее предусмотренного вида наказания;
  • понижает низший предел наказания или альтернативно устанавливает менее строгие виды наказания, одновременно повышая высший предел ранее предусмотренного вида наказания6Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд. перераб. и дополн. М., «Юристъ», 1999. С. 281..

Указанные рекомендации не исчерпывают возможных вариантов изменения уголовно-правовых норм. Так, ФЗ от 8 декабря 2003 г. № 162 из числа видов наказания исключена конфискация имущества, а санкции некоторых статей, в том числе в редакции ФЗ от 21 июля 2004 г. № 73, пополнились дополнительным наказанием в виде штрафа, как, например, в санкции части второй ст. 162 УК РФ. С учетом правил ст. 10 УК РФ суд надзорной инстанции переквалифицировал действия осужденного с ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 08.12.2003) на ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 21.07.2004).

Определенную сложность квалификации представляют случаи изменения законодательства путем расширения или сужения объема диспозиции, введения или исключения общих и специальных норм, образования либо упразднения сложных составов, в том числе при поглощении простых составов и их делении и др.

В юридической литературе выделяются три варианта соотношения диспозиций старого и нового законов:

  1. диспозиция нового закона уже, чем старого; норма становится более мягкой;
  2. диспозиция нового закона шире, чем старого, т.е. охватывает более широкий круг деяний, больше их разновидностей;
  3. смешанный вариант, когда диспозиции старого и нового законов пересекаются, т.е. новая норма в некоторых отношениях более узкая, а в других — более широкая, чем старая7Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм: Учеб. Пособие. Красноярск, 1998. С. 89-95..

Общие правила квалификации и изменения квалификации преступлений в этих ситуациях сводятся к следующему: формулировка обвинения включает объективные и субъективные признаки состава, предусмотренные как старым, так и новым законами. Ни один из конструктивных либо квалифицирующих признаков, не предусмотренных старым и новым законом, не учитывается. И наоборот, учитывается каждый из смягчающих признаков в конкурирующих нормах. В изменении квалификации деяния используются наиболее мягкие, из числа однородных, признаки состава.

Например, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162- ФЗ в редакцию ст. 213 УК РФ (хулиганство) внесены существенные изменения: исключены такие понятия, как насилие и угроза его применения, уничтожение или повреждение чужого имущества, квалифицирующий признак совершения хулиганства «группой лиц». В новом составе хулиганства применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, является основным конструктивным признаком объективной стороны преступления. Включен такой мотив данного преступления, как политическая, идеологическая, расовая, национальная или религиозная ненависть или вражда, ненависть или вражда в отношении какой-либо социальной группы. Очевидно, что при изменении уголовного закона произошла некоторая декриминализация деяний, ранее квалифицированных по ст. 213 УК РФ. Но в большинстве случаев судебные решения пересматривались с переквалификацией деяний на самостоятельные преступления против личности, против собственности (ст. I 15, 1 16, 117, 167 УК РФ). При этом следует учитывать некоторые отличия в этих составах, например, по возрасту субъекта уголовной ответственности, а также последствия изменения квалификации. Так, при приведении в соответствие с изменениями уголовного закона приговора суда в отношении Т., осужденного по совокупности преступлений, его действия были переквалифицированы с п. «а» ч. 2 ст. 213 УК РФ на ч. 2 ст. 116 УК РФ. Однако, несмотря на истечение срока давности уголовного преследования за данное преступление, он от наказания не освобожден, на что указано в решении суда надзорной инстанции.

Нельзя не замечать разницу обсуждаемых преступлений по субъектному составу.

Постановлением суда надзорной инстанции приговор суда и кассационное определение в отношении С. изменены: прекращено уголовное дело в части его осуждения по ст. 115 ч. 2 УК РФ (в редакции ФЗ от 8 декабря 2003 г.), на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования. Из материалов дела следует, что С. осужден 21 марта 2003 г. по ст. 161 ч. 2 п. «а», «д» УК РФ, по ст. 213 ч. 2 п. «а» УК РФ за деяния, совершенные в 15-летнем возрасте. Кассационным определением от 22 января 2004 г. приговор изменен, его действия переквалифицированы со ст. 213 ч. 2 п. «а» УК РФ на ст. 115 ч. 2 УК РФ (в ред. от 08.12.2003), по которой назначено наказание в виде 1 года лишения свободы. Вместе с тем в постановлении суда надзорной инстанции от 16 августа 2006 г. не учитывается, что С. согласно ст. 20 УК РФ не являлся субъектом преступления, предусмотренного ст. 115 УК РФ. Поэтому уголовное преследование по данному эпизоду подлежало прекращению с учетом положений ст. 10 УК РФ по основанию, указанному в п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием в деянии состава преступления)8Архив Иркутского областного суда. 2003 г. Дело №2-145/2003..

Проблемы изменения квалификации при изменении закона возникают и при введении или исключении общих и специальных норм, образовании либо упразднении сложных составов, в том числе при поглощении простых составов.

Общие правила разрешения этих ситуаций заключаются в следующем. «При сопоставлении нового и старого законов необходимо в первую очередь установить, имеются ли в новом и старом законодательстве специальные нормы, которые прямо предусматривают данную разновидность преступлений. Если же новое и старое законодательство не предусмотрело специальной нормы, необходимо сопоставить специальную норму нового законодательства с соответствующей общей нормой старого законодательства, предусматривающей целый вид преступлений, или, наоборот, следует сопоставить общую норму нового законодательства со специальной старого». Рассматривая указанные правила, А.С. Горелик указывает, что подобные ситуации возникают не только при конкуренции общей и специальной или нескольких специальных норм, но также при поглощении составов.

Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ ввел в главу 30 УК РФ о служебных преступлениях две новые нормы: ст. 2851 и 2852 УК РФ, предусматривающие ответственность за нецелевое расходование бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов, которые с учетом места расположения, объективных и субъективных признаков, следует признать специальными по отношению к ст. 285 и 286 УК РФ. Именно последние и применялись ранее при квалификации нецелевого расходование указанных средств. С учетом санкций ст. 286 и 2851, 2855 УК РФ новые нормы существенно смягчают ответственность и к тому же не предусматривают таких отягчающих обстоятельств, как совершение указанных действий лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления. Кроме того, новые составы преступлений сконструированы законодателем по типу формальных, что существенно расширяет сферу действия новых норм, так как признак «причинение существенного вреда...» в новом составе не обязателен. Соответственно совершенные ранее деяния, квалифицированные по ст. 285 или 286 УК РФ, могут быть переквалифицированы на ст. 2851 или 2852 УК РФ.

В силу бланкетности ряда уголовно-правовых норм их содержание меняется с изменением базового (позитивного) законодательства. Например, в сфере экономической деятельности изменение законодательства о лицензировании отдельных видов деятельности, о несостоятельности (банкротстве), о налоговых и таможенных платежах и др. «корректируют» процесс правоприменения, заставляют переоценивать юридическую значимость фактических обстоятельств.

Вполне обоснованным представляется мнение Н.Ф. Кузнецовой о том, что «особенность квалификации составов, предусмотренных бланкетными нормами, состоит в обязательности ссылок на конкретные правовые акты, к которым эти нормы отсылают»9Российское уголовное право. Курс лекций. Т. III / под ред. А.И. Коробеева. Владивосток. 2000. С. 25.. Поскольку в данном случае речь идет о квалификации преступлений, что предполагает единство фактического и юридического оснований, критическая оценка позиции автора лишь с позиции теории уголовно-правовой нормы представляется не достаточно корректной10См.: Рарог А.И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений: Практ. пособие. М., 2008. С. 10.. Правило профессора Н.Ф. Кузнецовой признается практикой, где при изложении фактических обстоятельств таких преступлений необходима ссылка на соответствующее законодательство. Например, при квалификации злоупотребления должностными полномочиями по ст. 285 УК РФ следует указать в фабуле обвинения о нарушении конкретных норм служебного законодательства, по ст. 264 УК РФ — о нарушении норм Правил дорожного движения и т.д.

Наблюдается и иная зависимость квалификации преступлений от изменения законодательства.

С вступлением в силу Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с 1 июля 2002 г. до изменений, внесенных федеральным законом от 31 октября 2002 г. № 133, существенно колебалась практика квалификации хищений, в том числе краж. Хищение на сумму более 2000 рублей не считалось преступлением. Однако вряд ли такая декриминализация деяний являлась оправданной. В связи с этим в 2002 г. число зарегистрированных краж по сравнению с уровнем 2001 г. сократилось на 27,2%. В дальнейшем с учетом изменений в УК РФ и КоАП РФ, внесенных ФЗ от 31 октября 2002 г. № 133. правоприменительная практика и статистические данные были восстановлены. В редакции от 16 мая 2008 г. мелким хищением по признакам ст. 7.27 КоАП РФ признается хищение до 1000 рублей, что также повлекло изменение оценки деяний с таким размером похищенного, совершенных ранее, квалифицированных по ч. 1 ст. 158 УК РФ, т.е. как кража без отягчающих обстоятельств.

В эту ситуацию может вмешаться промежуточный закон либо несколько промежуточных законов, и тогда состав преступления будет определяться всей совокупностью законов, относящихся к периоду правоприменения. Позволим себе не углубляться в дискуссию о пределах действия промежуточного закона, но отметим, что мы исходим из положений равной значимости и силы закона, какое бы место он не занимал в череде изменений. Предикат «промежуточный» ничуть не умаляет его значения. Это не одноразовый закон, его предписания в полной мере распространяются на все подпадающие под его действие факты, пока уголовно-правовое отношение существует. В связи с этим, он должен действовать, не пульсируя от случая к случаю, а неотвратимо для всех случаев и лиц в равной мере.

Как известно, конкретные уголовные правоотношения возникают в связи с фактом совершения преступления и завершаются погашением судимости по истечении определенного времени. За этот период законодательство о преступлении и наказании может претерпеть неоднократные изменения, но в любом случае из всего разнообразия должны применяться самые мягкие положения из всех норм.

Изменение квалификации преступлений по объективным и субъективным признакам преступления

Общим условием изменения квалификации в пределах уголовного закона является согласование уголовно-правовых норм по объективным и субъективным признакам состава преступления. В ряде случаев законодатель использует в конструкции разных составов аналогичные признаки, указывающие на объект уголовно-правовой охраны — нарушение прав и законных интересов граждан (ст. 201, 285, 286, ч. 2 ст. 292 УК РФ), способ посягательства — насилие, причинение вреда здоровью (ст. 162, 111, 112 УК РФ) и др.

Объект преступления, предмет, потерпевший

Объектом преступления, как известно, признаются охраняемые уголовным законом общественные отношения, классификация которых по видам: общий, родовой, видовой, непосредственный, в дополнении с разграничением на основной, дополнительный, факультативный, что позволяет правильно квалифицировать деяние.

Например, признание объектом уголовно-правовой охраны личности совокупность общественных отношений, обеспечивающих человеку жизнь, здоровье, физическую и психическую неприкосновенность, честь, достоинство, свободу, учитывая данные отношения в качестве основного либо дополнительного объекта наряду с иными общественными отношениями, правоприменитель имеет возможность учитывать это при правовой оценке деяния.

Так, причинение тяжкого вреда здоровью человека может быть квалифицировано по ст. 111 УК РФ, а если такой вред причинен при превышении должностным лицом своих служебных полномочий — по п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ. При этом квалификация по ст. 286 УК РФ не снижает защищенность личности в контексте основного непосредственного объекта — соответствующих служебных правоотношений, поэтому не исключает переквалификацию деяния на статью о преступлении против личности, например, на ст. 111 ч. 1, ст. 112, ст. 119 УК РФ.

Аналогичным образом может быть решен вопрос и об охране иных правоотношений, например, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, государственной службы и др.

В таком случае не нарушается ограничение для изменения обвинения с вменением преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства.

Таким образом, юридической предпосылкой изменения квалификации служит наличие системы взаимосвязанных уголовно-правовых норм, регулирующих и охраняющих различные группы общественных отношений. В практике достаточно полная охрана может быть достигнута квалификацией деяния по совокупности преступлений либо по статье о сложном (составном преступлении (по ст. 162, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 160, ч. 2 ст. 290 УК РФ).

Фактической предпосылкой изменения квалификации служит установление факта причинения вреда объекту (объектам) преступления. Так, обвинение в разбое указывает на форму хищения при посягательстве на собственность, а также насилие в отношении личности. Имеет место посягательство на два объекта, второй из которых считается дополнительным в данном составе преступления, но не менее значимым в уголовном праве.

Предмет преступления — это конкретный материальный объект, в котором проявляются определенные стороны, свойства общественных отношений (объекта преступления), путем физического или психического воздействия на который причиняется социально опасный вред в сфере этих общественных отношений11Энциклопедия уголовного права. Т.4. Состав преступления. Издание профессора Малинина, СПб., 2005. С. 206.. Один и тот же предмет материального мира с учетом его социальных свойств, роли и места в общественных отношениях может иметь разное юридическое значение, и поэтому являться признаком различных преступлений. Переоценка его социальных и юридических признаков может быть поводом к изменению квалификации деяния.

Предмет преступления — предмет материального мира (деньги, вещи, растения, животные). Деньги могут быть предметом получения взятки (ст. 290 УК РФ), кражи (ст. 158 УК РФ), мошенничества (ст. 159 УК РФ), вымогательства (163 УК РФ), приобретения или сбыта похищенного имущества (ст. 175 УК РФ), легализации (ст. ст. 174, 1741 УК РФ), подделки (ст. 186 УК РФ).

При квалификации преступлений учитываются социальные связи человека, т.е. потерпевшего от преступления. Например, причинение смерти человеку, с учетом его характеристики, социальных связей, характера правоотношений, может быть квалифицировано по ст. 105 УК РФ (убийство) либо по ст. 277 УК РФ (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля), ст. 295 УК РФ (посягательство на жизнь лица, осуществляющего предварительное расследование или правосудие), ст. 317 УК РФ (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа).

Объективная сторона преступления отражается в соответствующих статьях Особенной части УК путем указания на запрещенное уголовным законом общественно опасное поведение лица. Указание на способ преступления и другие признаки объективной стороны в смежных либо конкурирующих нормах может быть терминологически согласованным либо различающимся.

Юридической предпосылкой для изменения квалификации по объективным признакам преступления является использование законодателем родовых и видовых понятий при описании деяния (действия или бездействия), в том числе способа совершения преступления, социально вредных последствий, иных обязательных и факультативных признаков объективной стороны преступления.

Например, понятие «хищение чужого имущества» в соответствии с примечанием 1 к ст. 158 УК РФ с учетом способа завладения чужим имуществом (тайно, открыто) позволяет квалифицировать деяние по одной из статей о хищении (ст. 158-162 УК РФ), а в случае причинения имущественного ущерба собственнику либо иному владельцу иным способом, — по иным статьям о причинении имущественного ущерба без признаков хищения (по ст. 165, 166, 167, 330 УК РФ). Изменение квалификации хищений и иных посягательств на собственность в судебном разбирательстве определяется с учетом характера и способа причинения имущественного ущерба. Таким образом, уголовно-правовыми предпосылками переквалификации деяний служит наличие однородных объектов посягательств, а также тождественных объективных и субъективных признаков, посредством которых образованы сочетаемые составы преступлений.

В различных преступлениях против личности закон указывает на способ преступления: «причинение» (смерти, вреда здоровью, физических и психических страданий), «истязание», «нападение», «посягательство» и иные способы, согласованные по общему признаку «физическое насилие», что позволяет изменять квалификацию в пределах данного общего способа преступления при фактическом учете таких последствий.

Субъект преступления и его общие признаки приводятся в Общей части УК, называются условиями уголовной ответственности. Большинство статей Особенной части на субъект конкретного преступления вообще не указывают, что создает возможность для изменения квалификации преступлений в отношении конкретного физического лица, отвечающего этим признакам. Постоянными и неизменными признаками субъекта преступления в ст. 19 УК РФ предусмотрены такие как: физическое лицо, т.е. человек, возраст и вменяемость. Они являются обязательными для субъекта любого преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ. Возраст, как признак субъекта преступления, определяется законодателем и в конкретных видах преступлений устанавливается достижением 14 лет (ст. 105, 158, 161 УК РФ и др.), 16 лет (ст. 107, 108, 175, 316 УК РФ и др.), 18 лет (ст. 150 УК РФ). Это должно учитываться при переоценке деяния несовершеннолетнего. Например, судом установлено, что подсудимый в возрасте 15 лет, обвиняемый по ст. 105 УК РФ, фактически участвовал лишь в сокрытии убийства, поэтому его действия по объективным признакам соответствуют ст. 316 УК РФ. Для взрослого человека переквалификация преступления на ст. 316 УК РФ была бы вполне правильной. Однако, поскольку указанное лицо не достигло возраста уголовной ответственности за данное преступление, уголовное преследование в отношении него прекращается за отсутствием в деянии состава преступления, т.е. по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Иное значение имеют признаки специального субъекта. С одной стороны, они (признаки) отражают сущность объекта и объективной стороны преступления, так как проявляются в ней, следовательно, играют роль основания квалификации, с другой, определяют пределы ответственности конкретного лица.

При изменении квалификации деяния в отношении специального субъекта его специфическое положение (полномочия) могут отразиться и в новой квалификации, например, при переквалификации деяния со ст. 290 УК РФ (получение взятки) на ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество с использованием служебного положения).

В теории указывается на трудности при решении вопроса квалификации преступлений со специальным субъектом. В их числе отмечаются положения ч. 4 ст. 34 УК РФ, создавшие неразрешимую ситуацию для квалификации действий лица, не являющегося субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части УК, которое непосредственно участвовало в совершении преступления, т.е. выступало в качестве исполнителя, что также может приводить к ошибкам в квалификации преступлений.

Субъективная сторона преступления представляет собой психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, характеризующееся виной, мотивом, целью и эмоциями.

При изменении квалификации и обвинения в суде необходимо учитывать предъявленное обвинение, в том числе форму вины (умысел или неосторожность), мотив и цель совершения преступления. По субъективным признакам изменение квалификации с умышленного на неосторожное причинение вреда вряд ли может оспариваться, так как при всех прочих условиях за неосторожное причинение вреда предусматривается менее строгое наказание. При квалификации умышленных преступлений в суде новое обвинение не может быть дополнено иным мотивом или целью, если данные признаки являются обязательными конструктивными признаками состава преступления и ранее они не вменялись подсудимому.

Изменение обвинения по субъективным признакам часто влечет изменение формулировки и формулы обвинения.

Предпосылкой к изменению обвинения в суде может служить уточнение вида умысла (прямой или косвенный), неточная реализация умысла при неоконченной преступной деятельности либо при фактической ошибке субъекта, в том числе:

а) ошибке в объекте (в видовом объекте, в предмете, в личности потерпевшего);

б) ошибке относительно признаков объективной стороны преступления.

Использование при описании состава преступления альтернативных признаков также создает определенные предпосылки для маневра при формировании окончательного обвинения.

Уголовный закон содержит разное сочетание альтернативных объективных и субъективных признаков. В судебном разбирательстве возможна замена одноэлементных признаков. Так, обвинение в разбое возможно с указанием на: 1) насилие, опасное для жизни и здоровья, или 2) угрозу применения такого насилия. Представляется, что замена этих объективных признаков также возможна, поскольку лицу изначально инкриминировался разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества одним из указанных способов, что является изменением содержания обвинения, но не его объема.

При переквалификации преступления в суде новое обвинение может дополниться новыми юридическими признаками, если ранее на это указывалось в фактическом обвинении.

При малозначительности деяния с точки зрения уголовного закона (ч. 2 ст. 14 УК РФ) относительно конкретного состава преступления не исключено, что деяние может быть переквалифицировано на другую статью Особенной части УК. Например, лицо обвинялось в мошенничестве, совершенном с использованием заведомо подложного документа (по ст. 159 ч. 1 УК РФ), что по сложившейся практике не требует дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК (использование заведомо подложного документа). Если сумма похищенного имущества окажется незначительной, что делает невозможным обвинение по ст. 159 УК РФ, деяние может быть переквалифицировано на ч. 3 ст. 327 УК РФ, при условии, что изначальное обвинение содержало указание на деяние, в том числе предмет данного преступления.

Изменение квалификации часто связано с проблемой разграничения единичного преступления и множественности преступлений, что обусловливает дробление или объединение преступлений.

Применение правил квалификации единичного длящегося и продолжаемого преступления требует квалификации ряда эпизодов по одной статье.

Органы предварительного расследования иногда искусственно множат преступления, квалифицируя единую продолжаемую преступную деятельность по нескольким статьям, в том числе:

1) когда тождественные действия объединены единым умыслом, объектом посягательства, предметом преступления, хотя и совершались с непродолжительными перерывами во времени;

2) когда деяние посягает на различные объекты, однако деяние образует состав сложного (составного) преступления (например, ст. 158 и 139 = ч. 3 ст. 158 УК РФ, ст. 119 и ст. 162 = ст. 162 УК РФ); 3) когда преступление предусмотрено общей и специальной нормами, но в силу ч. 3 ст. 17 УК РФ уголовная ответственность наступает по специальной норме.

В первом случае суд объединяет, насколько это возможно, деяния в единой квалификации, например, множество эпизодов обвинения по ст. 2281 УК РФ квалифицирует один раз по ст. 2281 УК РФ. То же самое возможно и при квалификации по ст. ст. 158, 159, 160, 290 УК РФ и др.

Во втором случае суд исключает из обвинения как излишне вмененную статью УК, предусматривающую деяние, также включенное в преступление, предусмотренное нормой о сложном составном преступлении. К примеру, исключается из обвинения квалификация по ст. 119 УК РФ, если данное деяние включено в квалификацию по ст. 162, 163, ч. 4 ст. 166 УК РФ.

В третьем случае также исключается из обвинения квалификация по общей норме (например, ст. 285 УК РФ); деяние квалифицируется только по специальной норме (ч. 2 ст. 303 УК РФ).

Единичным преступлением признается такое деяние, которое содержит состав (простой или сложный) одного преступления и квалифицируется по одной статье или ее части. Такое деяние может осуществляться как одним действием (бездействием), так и системой действий, может влечь за собой одно или несколько последствий, может совершаться с одной или двумя формами вины (в отношении разных последствий), но во всех случаях оно квалифицируется как одно преступление.

К единичным преступлениям относятся длящиеся и продолжаемые преступления. Длящееся преступление характеризуется непрерывным осуществлением состава определенного преступного деяния, начинается с какого-либо преступного действия (например, при самовольной отлучке) или с акта преступного бездействия (при недонесении о преступлении), следовательно, определяется как действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования. Продолжаемые преступления складываются из ряда тождественных преступных действий, направленных к общей цели и составляющих в своей совокупности единое преступление12Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. № 23 «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям» (в ред. постановления Пленума Верховного Суда СССР от 14.03.63 №1)..

Кассационная инстанция не согласилась с приговором суда, которым Т. осужден по ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 303, ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 303 УК РФ за действия, связанные с фальсификацией доказательств по двум уголовным делам, признав содеянное единым продолжаемым преступлением, предусмотренным ч. 2 ст. 303 УК РФ.

Общее правило квалификации таких деяний заключается в следующем. Одно фактическое основание должно квалифицироваться как одно преступление. Единому учету подлежат объективные признаки преступления (объект, предмет, способ, общественно опасные последствия), в то время как субъективные признаки (субъект, вина, мотив, цель) могут рассматриваться в каждом составе самостоятельно.

Условием изменения квалификации составных (сложных) преступлений служит указание в первичном обвинении на совокупность объективных признаков (объект, предмет, способ, последствия и др.), на основании которых может быть сформировано новое обвинение.

При квалификации составного (сложного) преступления не требуют дополнительной квалификации объективные признаки деяния, например, способ воздействия на объект уголовно-правовой охраны, если они предусмотрены в качестве конструктивных элементов основного либо квалифицированного состава преступления. Например, как отмечалось ранее, признак «насилие, опасное для жизни или здоровья» в составе разбоя (ч. 1 ст. 162 УК РФ) включает и способ действия, и его результат (в том числе реальное причинение легкого либо средней тяжести вреда здоровью). В связи с этим дополнительной квалификации по ст. 112, 115 УК РФ не требуется. Признак «незаконное проникновение в жилище» при квалификации хищений также является квалифицирующим признаком составного деяния, например, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ст. 139 УК РФ. Аналогично следует учитывать как единое фактическое основание использование подложного документа при обмане как способе мошенничества (ст. 159 УК РФ), умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества при незаконном проникновении в жилище, помещение либо иное хранилище (ст. 158, 161, 162 УК РФ).

В приведенных выше случаях инкриминируемое деяние включает совокупность основных и дополнительных признаков содеянного, чем и определяется общественная опасность деяния в целом.

В юридической литературе по этому поводу приводятся разъяснения специалистов уголовного права.

Указывается, что преступное деяние и его объективные признаки квалифицируются как одно преступление, если:

  • вменяемые признаки являются обязательным конструктивным признаком основного состава преступления, например, «насилие» (ст. 162, 213 УК РФ), «обман» (ст. 159, 165 УК РФ);
  • вменяемые признаки в совокупности образуют квалифицированный состав преступления, что повышает общественную опасность деяния в целом и влечет более строгую ответственность, например, «незаконное проникновение в жилище», «тяжкие последствия»;
  • квалификация базируется на сопоставлении категорий составного преступления и его компонента (например, насилия) с учетом того, что часть (насилие) не может относиться к более тяжкой категории, чем составное деяние в целом13Кузнецова Н.Ф. Квалификация сложных составов преступлений // Уголовное право. 2000. №1. С. 26-27..

В тех случаях, когда по рассматриваемому делу подсудимый обвиняется по совокупности преступлений вопреки приведенному выше правилу, суду надлежит исключить из обвинения излишне вмененную статью, не принимая решения о реабилитации подсудимого в этой части, поскольку за эти действия лицо осуждается по статье о составном преступлении. На это указывают и положения действующей редакции ч. 1 ст. 17 УК РФ, по правилам которой не признается совокупностью преступлений совершение двух и более преступлений, предусмотренных статьями Особенной части УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание.

Своеобразным признаком, указывающим на согласование уголовно-правовых норм (норма-целое и норма-часть), является указание в судебных решениях, а также в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ на то, что деяние полностью охватывается отдельной нормой и дополнительной квалификации части деяния по другой конкретной норме не требуется.

В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» указывается, что хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенные с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ.

При квалификации деяния в условиях конкуренции уголовно-правовых норм предпочтение отдается специальной норме (ч. 3 ст. 17 УК РФ). Однако проблема квалификации преступлений при конкуренции уголовно-правовых норм этим не исчерпывается. В теории уголовного права этим вопросам уделяется самое серьезное внимание, рассматриваются различные виды конкуренции уголовно-правовых норм: конкуренция общей и специальной норм, конкуренция нескольких специальных норм, конкуренция норм и поглощение составов, конкуренция норм при изменении уголовного законодательства и др.

Следует согласиться что «избыточное количество специальных норм приводит к конфликтности и необоснованной конкуренции преступлений, не способствует эффективному применению уголовного закона и подчас ставит правоохранительные органы в трудное положение»14Рекомендации по результатам парламентских слушаний «Уголовный кодекс Российской Федерации — пять лет спустя: проблемы и перспективы совершенствования норм уголовного законодательства» // Уголовное право. 2002. №3. С. 32.. Вместе с тем тенденция к специализации норм уголовного права сохраняется. В такой ситуации органы предварительного расследования часто находят очень простой выход: квалифицируют деяние по совокупности конкурирующих статей УК РФ и признаков. В таком случае суду необходимо при квалификации деяния по одной статье УК РФ принять решения и в части обвинения по другой, например, путем исключения ее из обвинения, прекращения уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя и т.д.

В случаях квалификации по одной из конкурирующих норм, суд может переквалифицировать деяние на другую статью УК с учетом согласования норм по объективным и субъективным признакам.

Помимо прочих условий, к этому имеются теоретические, фактические и юридические основания.

В теории уголовного права конкуренция уголовно-правовых норм — это регулирование одного уголовно-правового отношения одновременно двумя или более нормами, приоритетной из которых всегда является одна норма или совокупность норм. Следовательно, фактические обстоятельства могут частично либо полностью соответствовать сразу нескольким составам преступлений. Законодательное признание групп конкурирующих уголовно-правовых норм еще раз указывает на их генетическую связь и системность воздействия посягательства на объект уголовно-правовой охраны.

Так, корыстное злоупотребление по службе может быть квалифицировано по одной из ст. 160 ч. 3, 201, 285, 290 УК РФ. Выбор конкретной нормы определяется с учетом особенностей состава. Каждая из указанных норм не исключает ответственность за посягательство на служебные правоотношения (с использованием служебного положения, служебных полномочий), причинение имущественного ущерба, корыстную мотивацию поведения виновного.

При конкуренции части и целого (например, ст. 116 и 161 ч. 2 п. «г», ст. 139 и 158 ч. 3 п. «а», 1 12 и 162 УК РФ), т.е. простого и сложного составов преступления, предпочтение отдается норме закона, более полно учитывающей все обстоятельства содеянного.

При конкуренции общей и специальной норм первая (общая) богаче по объему, т.е. охватывает более широкий круг деяний, а вторая (специальная) богаче по содержанию, (так как включает больше признаков. В группе служебных преступлений по отношению к общей ст. 285 УК РФ специальными могут признаваться — ст. 169, 2851, 2852, 286, 287, 289, 290, 292, 2921 УК РФ; по отношению к общей ст. 201 УК РФ специальными — ст. 171, 195, 196, 197 УК РФ.

Совокупность преступлений. В соответствии с ч. 1 ст. 17 УК РФ совокупностью преступлений признается совершение двух и более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено, за исключением случаев, когда совершение двух и более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. При совокупности преступлений лицо несет уголовную ответственность за каждое совершенное преступление по соответствующей статье или части статьи УК.

Правила применения указанных положений в последнее время несколько изменились. Так, в постановлении Пленума ВС РФ от 3 апреля 2008 г. № 4, изложившем новую редакцию п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» предложено в соответствии с положениями ч. 1 ст. 17 УК РФ убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, квалифицировать по пункту «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Вполне очевидно, что правила ст. 17 УК РФ о единой квалификации деяний распространяются не только на ст. 105 УК РФ, что не может не сказаться на практике.

В теории уголовного права отмечается две разновидности совокупности преступлений: реальная и идеальная. При реальной совокупности события преступлений обособлены во времени, пространстве, возможно, имеют разные объекты посягательства. При идеальной совокупности одно действие (бездействие) содержит признаки преступлений, предусмотренных двумя и более статьями УК (ч. 2 ст. 17).

Изменение квалификации с уточнением стадии преступления.

В практике достаточно распространены случаи обвинения в оконченном преступлении, в то время когда фактические обстоятельства этого не подтверждают. В такой ситуации суд вправе исправить ошибку путем включения в формулу обвинения ссылку на соответствующую часть ст. 30 УК РФ, что, естественно, снижает общественную опасность содеянного, влияет на наказание (ст. 66 УК РФ).

Поэтому признаки приготовления (ч. 1 ст. 30 УК РФ) и покушения (ч. 3 ст. 30 УК РФ) при квалификации неоконченного преступления являются обязательными элементами квалификации и обвинения, в связи с чем они должны быть отражены в формуле и формулировке обвинения. Так, изменяя приговор в отношении осужденного Ш., надзорная инстанция переквалифицировала его действия с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, указав, что если при умышленном поджоге чужого имущества предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное не может быть квалифицировано как оконченное преступление.

Если изменение квалификации деяния на покушение на преступление влечет лишь дополнение формулы обвинения ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК РФ, то оценка приготовительных действий к совершению преступления небольшой или средней тяжести повлечет реабилитацию обвиняемого, так как в силу ч. 2 ст. 30 УК РФ такие действия уголовную ответственность не влекут.

В литературе данные положения уголовного закона подвергаются критике. Предлагается исключить данные нормы по тем основаниям, что они снижают «активность правоохранительных органов по предупреждению готовящихся преступлений»15Ситникова А.И. Приготовление к преступлению и покушение на преступление: Монография. М.: Ось-89, 2006. С. 143..

Оценка характера и степени общественной опасности деяний, отнесенных законом к небольшой и средней тяжести, в контексте теории малозначительности позволяет не согласиться с такими предложениями. Поэтому данные декриминализационные нормы следует признать вполне оправданными.

Установление судом факта добровольного отказа от преступления также может привести к мнению о переквалификации содеянного на статью, предусматривающую ответственность за фактически совершенное деяние, как исполнителя преступления, так и иных соучастников — соисполнителя, организатора, подстрекателя, пособника.

Согласно закону добровольный отказ от преступления — это прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца.

Общие правила уголовно-правовой оценки деяний исполнителя, организатора, подстрекателя и пособника при добровольном отказе исполнителя от совершения преступления приводятся в ст. 31, 34 УК РФ, а также логически вытекают из других предписаний Общей части уголовного закона.

Добровольный отказ от преступления ограничивает (сужает) юридическую оценку деяния.

Значительная часть изменений квалификации связана с изменением или уточнением вида соучастников либо формы соучастия в преступлении. Как следует из ст. 32 УК РФ, соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления.

Таким образом, законодательное определение соучастия и правила квалификации деяний каждого из соучастников являются нормативными предписаниями в отношении всевозможных форм и видов соучастия в преступлении.

Положения ст. 33 УК РФ формулируют уголовно-правовой запрет содействия совершению преступления другим лицом. С помощью этих положений действие уголовно-правового запрета, предусмотренного статьей Особенной части УК, расширяется и действует в отношении лиц, не являющихся исполнителем преступления, служа юридическим основанием квалификации их действий.

Поэтому ссылка на ч. 3, 4 или 5 ст. 33 УК РФ при квалификации действий лица, не являющегося исполнителем, обязательна.

Наличие приведенных предписаний закона позволяет привлекать к уголовной ответственности не только исполнителя преступления, как это следует из диспозиции статьи Особенной части УК, но и иных лиц, внесших свой вклад в подготовку либо совершение преступления. Но при этом ядром обвинения остается общественно опасное деяние, совершенное исполнителем, с учетом роли в нем каждого из соучастников.

Поэтому всякое изменение оценки деяния исполнителя влечет переквалификацию действий иных соучастников. Юридическим основанием к этому являются положения акцессорной обусловленности оценки действий соучастников квалификацией деяния исполнителя.

Существовавшая в теории дискуссия по основным вопросам: квалифицируются ли действия всех соучастников по правилам акцессорной обусловленности или соучастие имеет самостоятельную форму преступной деятельности, и тогда действия каждого из соучастников квалифицируются «без оглядки» на квалификацию действий непосредственного исполнителя; квалифицируются ли действия соучастников преступления по правилам акцессорных положений, и тогда все предопределяется квалификацией содеянного центральной фигурой — непосредственным исполнителем преступления, нашла свое легальное разрешение, в том числе в ст. 34 УК РФ, где, в частности, в ч. 5 указывается связь квалификации содеянного исполнителем преступления, в том числе с учетом стадии преступления, с основаниями ответственности иных соучастников. В литературе сохраняется мнение о том, что основания и пределы ответственности соучастников лежат не в действиях исполнителя, а в действиях, совершенных лично каждым соучастником. В обоснование такой позиции приводится пример с эксцессом исполнителя, при котором, по мнению авторов, остальные участники отвечают не за фактически содеянное исполнителем, а в пределах ранее обговоренного ими.

Представим такую ситуацию. А. предложил Г. за вознаграждение совершить убийство конкурента заказчика — гр. В. Производя выстрел в потерпевшего, Г. промахнулся, а затем после двух осечек оружия покинул место преступления, не реализовав намеченное. Фактические обстоятельства указывают на то, что Г. совершил покушение на убийство по найму. Эти же фактические обстоятельства должны быть положены и в основу обвинения заказчика, действия которого следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Обвинение А. по ч. 4 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (без учета ст. 30), т.е. обвинение в подстрекательстве к убийству (умышленному причинению смерти другому человеку, совершенному по найму), будет явно завышенным и несправедливым, так как не дает оснований для применения положений ст. 66 УК и противоречит принципу равенства граждан, поскольку к исполнителю преступления Г. положения ст. 66 УК будут применены.

Таким образом, фактическим основанием обвинения соучастников признается роль в общественно опасном противоправном деянии исполнителя с учетом стадии его совершения в пределах умысла соучастников. Признаки субъекта, возраст и вменяемость исполнителя считаются условиями уголовной ответственности исполнителя, за исключением случая посредственного совершения преступления (ч. 2 ст. 33 УК).

Приведенная в законе совокупность однородных объективных признаков совершения преступления: группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, построенных с повышением общественной опасности деяния и различающихся по содержанию, предоставляет правоприменителю выбор в указанном диапазоне одного из указанных признаков. В случае необходимости изменения в обвинении указанного признака в зависимости от конструкции состава может возникнуть необходимость в изменении формулировки обвинения (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ) или формулы (с п. «а» ч. 4 на п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ) либо учесть данное обстоятельство при назначении наказания (п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

Изменение квалификации действий одного из соучастников может повлечь «цепную реакцию» переквалификации действий других.

Основанием квалификации действий лица является фактически совершенное деяние с учетом роли и степени участия в нем, а также с учетом его завершенности и полноты реализации умысла.

Наиболее полным по объему будет обвинение в совершении оконченного преступления, совершенного исполнителем.

Формула обвинения — организатора, подстрекателя или пособника должна включать ссылку на соответствующую часть (3, 4, 5) ст. 33 УК РФ. В тех случаях, когда одно лицо участвует в преступлении в качестве организатора, подстрекателя и пособника, в судебной практике признается правильной квалификация деяние лишь по признаку организатора преступления. Так, по делу в отношении осужденной Г. кассационная инстанция указала, что поскольку организаторская роль осужденной заключалась в подыскании исполнителя убийства, склонении его к совершению преступления, разработке плана убийства двух лиц, сокрытии трупов, следов преступления, ее действия следует квалифицировать по ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 4 и 5 ст. 33 УК РФ не требуется16ВВС РФ. 2001. № 12. С. 12—13. Определение № 48-001-66 по делу Гатиной.. Вместе с тем представляется, что с учетом фактических обстоятельств дела возможно реальное сочетание признаков подстрекательства и пособничества в преступлении.

Следующим поводом к изменению квалификации преступления является эксцесс исполнителя. В соответствии со ст. 36 УК РФ эксцессом исполнителя признаются случаи «совершения исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников». При эксцессе исполнитель самостоятельно выходит за рамки ранее согласованного с другими соучастниками и совершает более тяжкое преступление. При совершении исполнителем менее тяжкого преступления по сравнению с тем, что было оговорено, налицо добровольный отказ от совершения более тяжкого преступления. Ответственность за эксцесс исполнителя несет только сам исполнитель. Другие соучастники преступления отвечают лишь за деяние, которое охватывалось их умыслом. При эксцессе самостоятельные действия исполнителя должны иметь юридическое значение. Не является эксцессом в смысле рассматриваемого института кража, совершенная не днем, а ночью; убийство не с применением пистолета, а ножа. Эти обстоятельства не меняют характера содеянного — преступления (кражи, убийства), согласованного с другими соучастниками. Совершая эксцесс, исполнитель либо причиняет иной вред, нежели оговоренный ранее, либо совершает деяние при таких обстоятельствах, которые существенно изменяют юридическую природу деяния: вместо простого убийства — квалифицированное, например, совершенное с особой жестокостью, общеопасным способом.

При эксцессе отсутствует причинная связь между действиями соучастников и совершенным преступлением. Кроме того, выходя за пределы заранее оговоренного, исполнитель тем самым изменяет содержание умысла и, следовательно, теряется субъективная связь между соучастниками. Отсутствие объективных и субъективных оснований (совместности совершения) других соучастников делает возможным освобождение их от уголовной ответственности. За эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат. Они отвечают за ту часть содеянного ими, которая согласовывалась и выполнялась совместными действиями.

Так, надзорная инстанция, указала, что если в процессе разбойного нападения один из исполнителей несогласованными с другими участниками преступления причиняет тяжкий вред здоровью потерпевшего, другие соучастники за эти последствия ответственности не подлежат. В связи с этим их действия переквалифицировались на статью о менее тяжком преступлении, например, с п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13.06.1996)1.

В заключении необходимо отметить следующие уголовно-правовые положения изменения квалификации преступлений.

1. Изменение квалификации преступлений в судебном разбирательстве призвано обеспечить законность и справедливость разрешения дела, осуществляется путем изменения формулы и формулировки обвинения, сопровождается заменой, изменением, исключением юридических признаков инкриминируемого деяния.

2. Изменение квалификации преступлений определяется требованием закона о точном и полном соответствии фактических обстоятельств деяния норме уголовного закона, связано с изменением уголовного закона или фактических обстоятельств либо с ошибкой применения закона.

3. Переквалификация преступления — частный случай правоприменения при конкуренции уголовно-правовых норм, разрешение которой обусловлено системой норм уголовного и уголовно- процессуального законодательства.

4. Переквалификация деяния подсудимого возможна: а) в пределах уголовного закона независимо от места нахождения статьи (части, раздела, главы), б) при условии согласования уголовно-правовых норм по объективным и субъективным признакам, в) в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными (доказанными) на соответствующей стадии судопроизводства.

5. Пределы изменения квалификации преступлений определяются совокупностью норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства с учетом субъекта правоприменения, его компетенции, стадии производства по делу.

6. При изменении квалификации преступлений в суде наказание и иные меры уголовно-правового характера не могут быть усилены.

7. Распространенной практике изменения квалификации преступлений способствует несовершенство уголовного и уголовно-процессуального законодательства и практики его применения.

Isfic.Info 2006-2017