Международные судебные учреждения и внутреннее право Российской Федерации

Формирование единой правоохранительной системы в международном праве


Характерное явление конца XX века — глобализация, т.е. формирование единого мирового сообщества, в котором складываются такие тесные отношения взаимодействия и взаимного влияния, что любое решение отдельного государства имеет последствия для всех других, будь то в области экономики, политики, культуры или прав человека. Такая ситуация делает необходимым установление единых или хотя бы примерно единообразных правил повеления для всех субъектов1Лукашук И.И. Взаимодействие международного и внутригосударственного права в условиях глобализации // Журнал российского права. 2002. № 3. С. 120..

Как известно, одним из наименее разработанных в международном праве остается институт ответственности. Отсутствие отдельной от государств правоохранительной системы возлагает на сами государства право и обязанность выдвигать иски об ответственности в случае нанесения ущерба или нарушения обязательства. Очевидно, жесткой необходимостью обобщения инструментов ответственности продиктовано бурное развитие в конце XX века международных судебных и квазисудебных органов. Намного возросло количество международных судебных учреждений. В подготовленном в университете г. Нью-Йорка Проекте о международных судах и трибуналах перечислено 20 постоянных международных судов, причем сюда не включены суды региональных интеграционных объединений (NYU Project on International Courts and Tribunals).

Но эти суды не просто существуют, число обращений к ним растет. Известно, что чисто факультативное безусловное признание юрисдикции Международного суда по п. 2 ст. 36 его Статута1Государства участники настоящего Статута могут в любое время довить, что они признают без особого о том соглашения, ipso facta в отношении любого иного государства, примявшего такое же обязательство, юрисдикцию Суда обязательной по всем правовым спорам, касающимся: а) толкования договора; б) любого вопроса международное о права; в) наличия факта, который, если он будет установлен, представит собой нарушение международного обязательства; г) характера и размеров возмещения, причитающегося за нарушение международного обязательства. осуществлено очень небольшим числом государств, в то время как новые договоры (такие как Конвенция (ООН по морскому праву или Договоренность о разрешении споров ВТО) делают неизбежным признание юрисдикции судов по очень многим вопросам. Это отражается на практике: число обращении в Орган по разрешению споров ВТО примерно в два раза больше, чем число обращений к системе разрешения споров ее предшественника — ГАТТ с 1990 по 1993 год. Расширяется и сфера компетенции судов. Например, Орган по разрешению споров ВТО обладает компетенцией в отношении довольно широкого спектра национального законодательства, причем относительно не только тарифов, но и законодательных актов об охране среды, здравоохранения и др.. касающихся торговли. Тем более что в прошлом международные суды занимались только такими спорами, в которых обе спорящие стороны были государствами, а теперь многие из них предоставляют право обращения также индивидам, как, например, Европейский суд по правам человека.

Кроме этих 20 судов в Проекте перечислено еще около 70 других международных учреждений, осуществляющих судебные или квазисудебные функции. Достигнув некой критической массы, суды и квазисудебные органы начали весьма активно взаимодействовать не только между собой, но и с национальными судами государств, и такое взаимодействие все больше ставится на регулярную основу. Их взаимодействие выражается в разных актах и различными способами:

  • спорящие субъекты передают нескольким судам отдельные аспекты одного и того же спора;
  • международные суды получают право пересматривать решения национальных судов:
  • в процессе толкования и применения одного и того же корпуса норм взаимодействие судов становится буквальным;
  • аргументация одного суда нередко используется другими и т.п.

Известный юрист-международник Ч. Романо высказал мнение о Том, что «когда будущий ученый оглянется на состояние международного права и международных организаций в конце XX века, он прежде всего заметит невероятное распространение международной системы правосудия как самое важное явление периода после холодной войны»2Romano C.P.R. The Proliferation of International Judicial Bodies: The Pieces of the Puzzle. 31 N.Y.U. J. Int’l L. в Pol. 1999. P. 709.. Может быть, это преувеличение, но нельзя не признать значительность этого события. Ж. Гийом, бывший в то время Председателем Международного суда, выступая в ООН в 2000 г., подчеркнул, что «увеличение числа международных судебных органов уже оказывает влияние на действие международного права, и в том, что касается процесса, и в отношении материального содержания права.

Национальные суды, в свою очередь, все чаще сталкиваются с проблемами применения международного и иностранного права. По существу это не новое явление. В своем фундаментальном труде, написанном в начале 1970-х гг., Я. Броунли посвятил этому целый раздел3Броунли Я. Международное право. Книга первая. М., 1977. С. 65-103. Английское издание называлось «Principles of International Law».. Но с такими объемами международно-правового материала национальные суды не сталкивались никогда. Прежде это были скорее дела «с иностранным элементом», и перед национальным судом стояла скорее задача разрешить коллизию правовых норм.

Но с глобализацией всех видов человеческой деятельности — торговли, коммуникаций (в том числе через Интернет), преступности, борьбы за права человека — значение международно-правовых проблем, стоящих перед национальными судами, неизмеримо выросло. Н.А. Цивадзе4Цивадзе Н.А. Применение норм между народного права судами Российской Федерации: Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. М.. 2005. С. 5. приводит высказывание Р. Бахли в исследовании, посвященном изучению глобализации правосудия, о том, что национальные судьи все больше видят себя в качестве членов более расширенного судейского сообщества, выходящего за пределы собственных государств5Bahdi R. Globalization of justice: Trancjudicialism and the five faces of International Law in Domestic courts // 34 George Washington International Law Review. 2002. P. 559-593..

Более того, все суды (и национальные, и международные) все более очевидно вступают в контакт с политическими организациями, в том числе с законодательными и исполнительными органами государств и с международными политическими органами.

Эти явления — распространение международных судов, взаимное проникновение национальной и международной правовых систем, все более частое взаимодействие национальных и международных судов — пока нечасто становились предметом рассмотрения ученых. Для российской науки это имеет особое значение, поскольку не так давно по историческим меркам, в 1993 г. новая Конституция Российской Федерации внесла существенные изменения в вопросы соотношения и сфер применения норм международного права и норм законодательства России.

Часть 4 ст. 15 Конституции РФ гласит: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Практическое применение этого положения обычно сосредоточено вокруг прав человека, поскольку в Конституции Российской Федерации нормам о правах человека отведено особое место. Международное право вообще глубже, чем нормы других отраслей права, проникает в национальные правовые системы. Для нас важно, что Конституция Российской Федерации, предписав, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления, одновременно установила способ обеспечения этих прав и свобод — правосудие (ст. 18)6«Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием»..

Как внутри страны судебная система — это средство охраны правопорядка и обеспечения прав граждан, так и на международной арене международные судебные учреждения служат средством восстановления нарушенных прав субъектов и поддержания международного правопорядка.

Изучение проблем взаимодействия судов Российской Федерации и международной судебной системы и составляет объект исследования в данной книге.

Isfic.Info 2006-2017