Уголовное право зарубежных стран

Субъект преступления в уголовном праве Японии


В уголовно-правовой доктрине Японии вопрос о субъекте преступления довольно кратко рассматривается при анализе объективной стороны преступного деяния. Субъектом преступления признается физическое лицо, достигшее установленного в законе возраста уголовной ответственности, обладающее вменяемостью. Дискуссионным является вопрос об уголовной ответственности юридических лиц. Его обсуждение особенно оживилось после введения института уголовной ответственности юридических лиц в Китае (1997), правовая система которого в течение определенного периода оказывала серьезное влияние на правовую систему Японии. В японском уголовном праве существует понятие ограниченной вменяемости, выделяется специальный субъект.

В юридической литературе Японии отмечается, что лицом, способным нести уголовную ответственность, является такое лицо, ко- торос способно отличать добро от зла, хорошие дела от плохих и действовать в соответствии с этой оценкой. Не имеющее такой способности лицо считается неспособным понести уголовную ответственность (сэкинен мунорёку ся), а лицо с низким уровнем такой способности — ограниченно способным понести уголовную ответственность (гэнтэй сэкинен норску ся). Деяние неспособного понести уголовную ответственность ненаказуемо; в случаях ограниченной способности наказание уменьшается. Таким образом, согласно приведенному определению вменяемость предполагает одновременное наличие двух признаков — интеллектуального и волевого. Интеллектуальный момент состоит в способности физического лица понимать социальную значимость своих поступков, а волевой — в его способности руководить своими действиями, совершая волевые поступки. Отсутствие способности понимать смысл совершаемых действий и руководить ими будет означать и неспособность лица нести уголовную ответственность за них.

К лицам, полностью неспособным нести уголовную ответственность, уголовное право Японии относит: 1) «психически ненормальных» лиц (ч. 1 ст. 39 УК) и 2) лиц, не достигших 14 лет (ст. 41 УК).

Возраст уголовной ответственности. Как уже отмечалось, в японском уголовном праве существует коллизия норм о начале уголовной ответственности, разрешаемая в пользу специального закона, по которому таким возрастом является 16-летний возраст.

Согласно Закону о несовершеннолетних (ст. 20) лица в возрасте от 16 до 20 лет (совершеннолетие по японскому праву) отвечают не за все преступления, предусмотренные в УК, а лишь за те, которые могут повлечь для взрослого лица лишение свободы или смертную казнь. К числу таких преступлений УК относит: убийство (ст. 199); кражу (ст. 235); разбой (ст. 236), изнасилование (ст. 177); фальшивомонетничество (ст. 148, 149) и др.

Уголовные дела лиц, не достигших 20 лет, рассматриваются специальными юрисдикционными органами — семейными судами. Согласно Закону о несовершеннолетних таким лицам, как правило, должны назначаться лишь меры защиты, к числу которых относятся защитный надзор и помещение в особые воспитательные учреждения для несовершеннолетних. Уголовные наказания могут быть назначены лишь в исключительных случаях. Такой «щадящий» режим подтверждается судебной практикой и статистическими данными. Так, ежегодно не более 0,2-0,5% лиц общего числа несовершеннолетних, о преступлениях которых стало известно правоохранительным органам Японии, подвергаются уголовно-правовым мерам. Из этого числа осужденных реально отбывает назначенное наказание примерно лишь каждый четвертый. Остальные три четверти осужденных отбывают наказание условно.

Крайне редко назначаются и такие воспитательные меры, как защитный надзор (не более 8-10% случаев) и помещение в воспитательное учреждение для несовершеннолетних (не более 2-3%).

Таким образом, меры, применяемые в Японии к несовершеннолетним лицам, совершившим общественно опасные деяния, отличаются гуманизмом и проникнуты идеей прощения. Низкий уровень преступности, свойственный Японии, и приоритет моральных норм в регулировании общественных отношений позволяют не применять к несовершеннолетним карательные меры уголовно-правового воздействия.

Вменяемость. Понятие вменяемости, как и невменяемости, в УК отсутствует. Нет в нем и более или менее приемлемой характеристики медицинского критерия невменяемости или «ограниченной» вменяемости.

Что касается уголовно-правовой теории и судебной практики Японии, то к «психически ненормальным» лицам они причисляют лиц, имеющих самые разные психические и нервно-психические расстройства. К последним, в частности, относятся хронические и временные психические расстройства (шизофрения, эпилепсия, маниакально-депрессивный психоз, патологический аффект и др.), сомнамбулизм (хождение во сне), тяжелые неврозы, состояние под гипнозом и даже глубокая степень алкогольного опьянения или наркотического одурманивания. Во всех этих случаях, по мнению японских юристов, невозможно волевое поведение индивида, следовательно, преступное деяние не имеет места.

В самостоятельную категорию лиц выделены субъекты, страдающие слабоумием. Слабоумными признаются те, у кого в связи с нарушенной психикой «значительно снижена возможность отличать положительное от отрицательного, а если и остается, то не в той мере, чтобы вполне управлять своими действиями». Таким образом, под слабоумием в отличие от российского уголовного права понимаются не самостоятельные виды психических расстройств, протекающих при существенном снижении интеллектуальной функции, связанном с неспособностью лица осознавать общественную опасность своего поведения и (иди) руководить им, а так называемые «пограничные состояния», которые хотя и поражают интеллектуальную и волевую функцию человека, все же не достигают по степени своей глубины уровня «психической ненормальности», «полного сумасшествия».

Правовые последствия признания лица «психически ненормальным» или «слабоумным» различаются. В первом случае наказание не назначается, во втором оно подлежит смягчению.

К сожалению, законодатель Японии умалчивает о юридическом (психологическом) критерии невменяемости и «ограниченной вменяемости», этот вопрос исследуется главным образом в уголовно-правовой доктрине. В принципе диагноз не предопределяет приговора, и в конечном счете он основывается на юридическом критерии. Следовательно, от установления в суде неспособности лица понимать сущность и социальную значимость своего поведения и неспособности совершать волевые поступки (руководить своими действиями) будет зависеть освобождение лица от уголовного наказания либо его смягчение.

Что касается применения мер медицинского характера к лицам, признанным невменяемыми или «ограниченно вменяемыми», в Японии оно имеет некоторые особенности. Обращению с лицами, страдающими психическими расстройствами, посвящен специальный нормативный акт — Закон о психической гигиене 1950 г. Согласно этому Закону «психически ненормальные» и «слабоумные» в целях безопасности окружающих и для предотвращения самоповреждения могут быть помещены в психиатрический стационар (ст. 29).

Помещение названных лиц, совершивших общественно опасные деяния, в психиатрический стационар имеет административно-правовой характер, т.е. осуществляется не по решению суда, а по решению административных властей. Порядок прекращения лечения также внесудебный.

Итак, в Японии, как и во Франции, применение принудительных мер медицинского характера к невменяемым — прерогатива не судебных, а административных властей.

Как уже отмечалось, в 1995 г. из УК была исключена ст. 40, согласно которой не наказывались действия глухонемых либо наказание им смягчалось. При этом согласно уголовно-правовой доктрине и судебной практике под действие ст. 40 подпадали лишь те лица, которые страдали глухонемотой с рождения или раннего детства. Существование указанной нормы объяснялось тем, что психическое состояние глухонемых отлично от психического состояния здоровых людей, их психика в определенной степени недоразвита, поэтому в зависимости от тяжести заболевания необходимо либо применять к этим лицам меры безопасности, как к невменяемым, либо по крайней мере смягчать им наказание.

Пересмотр отношения к глухонемым и исключение ст. 40 из УК были связаны с тем, что к настоящему времени глухонемота перестала рассматриваться как состояние, близкое к психическому расстройству. Глухонемые с успехом адаптируются, способны обучаться и даже выполнять некоторые виды работ. Изменениям в УК предшествовали выступления многих японских специалистов против расширения понятий невменяемости и ограниченной вменяемости за счет глухонемых. Согласно действующему уголовному законодательству глухонемота не может служить основанием для признания лица невменяемым или ограниченно вменяемым.

Некоторые юристы Японии идут дальше и предлагают вообще отказаться от института «ограниченной вменяемости», существующего во многих зарубежных государствах. По их мнению, нормы, предусматривающие смягчение уголовной ответственности для «слабоумных», следует пересмотреть.

Специальный субъект. В уголовном праве Японии выделяется специальный субъект — лицо, совершившее преступление, которое наряду с общими признаками (физическое лицо, достижение возраста уголовной ответственности, вменяемость) обладает некоторыми дополнительными, с наличием которых связывается наступление уголовной ответственности.

Так, японский исследователь Нисихара отмечает, что иногда, в зависимости от состава, субъект преступления ограничивается определенным кругом людей. В таких случаях этот субъект является объективным элементом состава. Отметим, что отнесение субъекта преступления к объективным признакам преступного деяния вполне естественно и традиционно для японского уголовного права, поскольку субъект — один из составляющих элементов объективной стороны (лицо, реализующее деяние).

В японском уголовном праве, как и в уголовном праве других государств, существует два основных способа указания на совершение преступления специальным субъектом — прямое и косвенное — посредством перечисления определенных функций субъекта или иным образом. Первое встречается чаще. В УК содержится прямое указание на совершение деяния такими лицами, как:

  • заключенный под стражу (ст. 97,98);
  • охранник или конвоир заключенных под стражу (ст. 101);
  • врач, аптекарь, фармацевт, акушерка, адвокат, защитник, нотариус, лица, выполняющие религиозные обряды (ст. 134);
  • сотрудник таможенной службы (ст. 138);
  • публичное должностное лицо (ст. 156);
  • свидетель (ст. 169);
  • эксперт, переводчик (ст. 171);
  • судья, прокурор, полицейский (ст. 194, 195);
  • беременная женщина (ст. 212);
  • лицо, обязанное заботиться о престарелом, малолетнем, инвалиде или больном человеке (ст. 218).

Косвенное указание на специального субъекта содержится в следующих случаях:

  • лицо мужского пола (ст. 177, 182, 184, 241);
  • лицо, выполняющее профессиональные обязанности (ст. 253).

Уголовно-правовое значение специального субъекта состоит

в том, что отсутствие такого признака влечет ненаказуемость лица либо его наказание осуществляется по другой норме УК или иного уголовного закона.

Isfic.Info 2006-2017