Преступность и социальные сословия. Криминологические рассуждения

Преступность и социальные сословия. Криминологические рассуждения


Считаю необходимым, прежде всего, разъяснить читателю смысл настоящего исследования. Постараюсь сделать это лаконично и в то же время предельно ясно и популярно.

Нами исследуются различные социальные (общественные) образования (или социальные объекты): социальные сословия, социальные слои, социальные группы и т.д. В пределах этих объектов, каждый из которых имеет свою специфику, нередко весьма яркую, люди ведут себя по-разному: одни — преступно, другие — виктимно, выделяются и законопослушные. Социальные объекты образуют социум (общество). Чаще всего, когда имеется в виду социум, речь идет о социальных объектах, а если имеется в виду общество — говорится об общественных образованиях. Фактически же общество, социум, социальные образования, социальные объекты — понятия схожие. Однако социальные сословия, социальные слои, социальные группы — это несколько иное, здесь свои особенности.

Преступность изначально формируется в этих социальных образованиях, в каждом из них в отдельности с учетом «местных» условий. Изначально именно здесь совершаются преступления, и отсюда же берет свое начало преступность. Социальные образования «посылают» в общество своих «представителей», то есть эти образования являются «поставщиками» преступлений. Как видно, здесь можно говорить не только о социальных образованиях, но в связи с ними и о социальных условиях: каждому из уровней соответствует понятие «социальная плоскость». Из социальных образований выходят в мир общего криминала преступления, лица, их совершающие, причины преступлений, потерпевшие и т.д., но главное — это личность — общественно опасный носитель преступления.

Иначе говоря, в работе представлены не просто указанные связи, а процессы и явления, изучаемые в системе социального и информационного взаимодействия. В основе лежит системный анализ, то есть главное в настоящей работе — это социальная, информационная, системная взаимозависимость указанных явлений и процессов. Однако, как бы всесторонне ни рассматривались эти проблемы, по нашему мнению, все сводится к индивидуальному уровню, где важное значение приобретает личностная основа. Мы считаем, что главной «фигурой» в криминологии является личность. Из нее и причины, из нее все, что связано с преступностью. В головах людей не только разруха, но и все остальное, в том числе преступления.

Все вышесказанное нами можно саккумулировать и целостно представить как главную идею настоящей работы. В ее развитии и в ее пределах будут рассмотрены проблемы, определяющие содержание как самой этой идеи, так и проводимого исследования.

Ознакомившись с настоящей работой, при желании соискатели, адъюнкты и докторанты могут выбрать темы диссертаций. Во всяком случае, какие-то мысли могут пригодиться. Социальные сословия можно изучать с криминологических позиций в разных ракурсах. Интересной может быть тема «Маргинализм и преступность» (ее можно расшифровать) или тема «Системно-информационная зависимость преступности от специфики социальных сословий». Уточнив темы, можно определить различные направления криминологического исследования. Я обращаю внимание на то, что этот круг проблем ранее криминологами не изучался. А актуальность их, на мой взгляд, несомненна.

Хотелось бы поделиться своим мнением о современном состоянии отечественной криминологии, о проводимых исследованиях и перспективах их развития. Замечу сразу, что обо всем этом нет полной информации. В криминологии все разрознено (хочется даже сказать, что все разброшено), между российскими криминологами нет должных рабочих контактов. Каждый сам по себе. Все как-то сразу стали «великими» криминологами, хотя многие из «великих» криминологию знают, скажем мягко, недостаточно хорошо. В отечественной криминологии сложилась какая-то своеобразная «несговорчивая» ситуация. Такое впечатление, вроде бы криминологи пишут все заново, начиная с прошлого, уже давно сделанного. Иначе говоря, в литературе появляется «хорошо забытое старое». Это касается, например, проблем предупреждения преступности. Вдруг почему-то снова стали писать о понятиях криминологии, даже о ее предмете. Разве нельзя найти в криминологии ничего нового? Это хорошо, конечно, что сейчас многие «полюбили» криминологию, увлекаются ею. Но если уж пишется старое, его, по крайней мере, надо обновлять. Хорошо, безусловно, что в каждой точке нашей страны публикуются работы по криминологии. Прекрасно, что в каждом городе издаются журналы (дорвались). Все хорошо бы, но писать надо о новом и интересном. Не надо писать о себе, не торопитесь, еще, может быть, напишут. И со своими портретами надо обращаться осторожно. Это не всегда хорошо.

Давайте вспомним прошлое и попытаемся связать его с настоящим. Условно обозначим поколения криминологов.

Отечественные криминологи первого поколения. Индивидуально они стали проявлять себя вскоре после переворота 1917 г. Однако в 30-х годах XIX столетия вся «радость» была подавлена, и только в 60-х годах этого же столетия криминология была вновь возрождена, причем уже официально. В это же время появился небольшой «отряд» криминологов. По существу, это были энтузиасты, почти никто из этого «отряда» ранее криминологией не занимался. Примерно назовем время их творческой работы: с середины 30-х до середины 70-х годов XIX столетия. Многие из них работали и после 70-х годов. Некоторые же работают и сегодня. Именно первое поколение криминологов создало отечественную (советскую) криминологию, доказало ее самостоятельность, определило предмет науки и т.д. Ими была создана теория криминологии и соответствующая научная школа. Почти все криминологи данного поколения были научными руководителями у своих последователей, которые на «плечах» криминологов первого поколения «въехали» в науку и продолжили их великое дело.

Отечественные криминологи второго поколения. Их время — с середины 70-х годов XIX столетия до сегодняшнего дня. Они, по существу, смешались в одно целое со своими предшественниками, вместе общались, причем очень тесно, вместе творили. Это уже новый «отряд». Сделано очень много, открыты актуальные направления криминологии, создана современная научная школа. По существу, криминология еще в 70-е годы была выведена криминологами второго поколения под руководством своих учителей на новый этап развития. Некоторые научные работы поистине можно назвать открытиями, серьезным вкладом в науку. Надо сказать, что в это время авторитет нашей отечественной криминологии вырос достаточно высоко. Советская криминология была на подъеме. Многие научные труды переводились на иностранные языки, отдельные работы издавались непосредственно за рубежом. Это были «штучные» книги. Издаваться было очень трудно, а потому каждое издание ценилось достаточно высоко.

Молодым криминологам, если они действительно хотят стать криминологами, следовало бы глубоко изучать научные труды криминологов первого и второго поколений. Это, прошу прощения, классика. Не помешает, конечно, изучить и классику, созданную русскими юристами еще до переворота 1917 г. Для криминологов первого и второго поколений это было одним из главных требований. Не забывайте, что умные люди жили и творили еще до нас с вами. Сделанное ими — это большая наука.

Отечественные криминологи третьего поколения — современные исследователи. К сожалению, они не смогли создать «единый научный блок» со своими предшественниками. Им что-то в свое время помешало твердо встать на ноги, возможно, мешает и сейчас. Они хотят работать, но очень торопятся, отчего спотыкаются. Сейчас диссертации пошли таким валом, что могут «подавить» любого из нас, всех нас. Криминологам этого поколения будто бы дана команда: бегом вперед. Возможно, все это связано с перестройкой, реформами, различными кризисами? Может быть, беспредел в стране «сливается» в науку? Страшнее всего, если это результат общего равнодушия. Не знаю. Однако и в этой сфере более остро стоит денежная проблема. Ведь некоторые соискатели, приглашаемые в ВАК (далеко не только криминологи), не могут назвать тему своей диссертации. Глядя на тех, кого ведет за собой третье поколение, возникает вопрос: будет ли четвертое поколение? Конечно, есть энтузиасты. Они много работают, создают новые направления научных исследований. Они-то, как бывает в трудные времена, вытянут дело. На них надежда.

Сейчас среди отечественных криминологов — представители всех поколений. Они работают в различных научно-исследовательских институтах, вузах. Однако нет соответствующего центра. Криминологам негде собираться для научных дискуссий. Различного рода сборы проводятся эпизодически. И все же криминология не «сдается», что-то делается. Работают талантливые ученые, однако их, к сожалению, мало. Их немного, но они хорошо «вытягивают» важное дело. Им, конечно, мешают, создают трудности: то денег нет, то еще раз их нет, то не будет никогда. Понятно, что так работать трудно.

В прошлые годы, когда я работал в Штабе МВД СССР, один их наших сотрудников — инспектор инспекторского отдела каждый раз, возвращаясь из командировки после инспектирования, докладывал о результатах: в целом работа заслуживает одобрения, ее уровень высокий, люди работают не покладая рук, а вот в целом — работа провалена. В конце доклада, когда инспектор заявлял, что работа провалена, почти всегда произносил одну и ту же фразу: «Все находится на грани развала, все легко может быть разрушено». В Штабе и в регионах, куда он ездил в командировки, его звали «Карфаген». Он был очень известен фразой «на грани развала».

Находится ли наша криминология «на грани развала», как в целом ее можно изобразить?

Важно высказать критические замечания и внести предложения, направленные на улучшение дела.

Можно заявить, что сейчас криминология как наука и как учебная дисциплина неполноценна: она перестала существовать как советская криминология, а как российская еще не сложилась. Особое беспокойство вызывают ныне издаваемые учебники по криминологии. В них содержится «новый» материал, который уже десятилетия из года в год переносится из учебника в учебник. Идет гонка — кто больше издаст учебников. Учебники пишут авторы единолично и коллективами. По моим подсчетам, за последние десять лет издано более 50 учебников и около 100 учебных пособий. Учебники в основном слабые, а некоторые — откровенно плохие. Такие учебники не учат. Сегодня очень модно писать о «хорошо забытом старом». Это касается не только учебников, но и публикаций иного типа (монографии, статьи и т.д.). При таком подходе к учебникам и другим научным трудам (я еще не говорю о диссертациях) эти издания могут «раствориться» в криминологически-рутинных проблемах: пишется много и не о чем новом, обо всем, но не о криминологии. Как бы нам не скатиться в «маргинальную криминологию». Похоже, однако, на то, что она уже «у порога». Пришла и ждет своих покровителей. Постепенно состав криминологов пополняется маргиналами. Это особенно характерно для криминологов молодого поколения. Они не только ничего не пишут, но и не читают. Что у них в головах?

Интересно, удивлю я кого-либо или нет (может быть, кое-кого и возмущу), если скажу, что многие криминологи из числа «подрастающего поколения» не знают криминологию, не умеют ориентироваться в ее проблемах. Мало знаний. Чего у них много, так это амбиций. Некоторые криминологи, которые занимаются организацией и управлением в данной сфере, смотрят на эту науку как на какую-то «торбу», которую можно заполнить не только любыми проблемами, но и деньгами. Неважно, если что-то не касается или мало касается криминологии. Лишь бы касалось «банковской системы». Достаточно ознакомиться с темами докторских и кандидатских диссертаций, как будет ясно, что криминология развивается в никуда. В этом смысле она в тупике. Разумеется, не только криминологию интересует финансовая сфера. Пожалуй, ее не обходит стороной ни одна наука.

Криминология, нарушая свои собственные границы, вторгается в сферу других наук. Раздвигая эти границы, с одной стороны, она проникает в область права, а с другой — в область социологии. Причем не в область уголовного права, что было бы оправданно, а в область других отраслей: административного права и управления, финансового, других отраслей права. Примерно то же самое происходит и с проникновением криминологии в социологию, в ее сферу. Криминология почему-то стремится изучать нормы права, в то время как она должна исследовать проблемы социальной обусловленности и криминологической обоснованности этих норм, соответствующей криминологической экспертизы. Криминология почему-то стремится изучать семью, пьянство и т.д. Однако эта наука исследует не семью, а семейные преступления (семейную преступность), не пьянство, а преступления, совершаемые на почве пьянства (алкогольную преступность). Проникая в другие отрасли (подменяя проблематику), криминология там и растворяется. Необходимо соблюдать пределы криминологии, ее границы. Только при этом можно конкретизировать исследования.

Условно говоря, у криминологии свое «закрытое» пространство, строго очерченная территория. Когда мы говорим о сложившейся сейчас тенденции перемещения криминологии в социологическую сферу, необходимо установить также «закрытое» пространство социологии, ее территорию. Есть оригинальный метод для получения верного ответа на рассматриваемые вопросы. Если бросить «криминологический камень» в центр «социологического озера», то расходящиеся от него круги помогут определить, где криминология, а где — социология. Первые круги от камня — криминология. Самые далекие от камня круги — социология. Где-то между этими «точками» проходит граница. Надо уметь правильно установить ее — это решение главного вопроса. Могут выделяться криминологически значимые круги. Криминологический смысл утрачивается, если мы выходим за пределы этих кругов.

При выборе темы исследования должна доминировать криминологическая специфика. Не нашел места для криминологической темы — переходи на работу в социологическое пространство, но не «вари» в одном котле криминолого-социологическое «блюдо». Нельзя смешивать понятия и определения, нарушать границы, переходить пределы. Однако именно эти правила нередко нарушает современная российская криминология.

Любая наука должна иметь свою идею. Это касается и криминологии. Давно подошла пора написать учебник «Новейшая российская криминология». Здесь-то и должна быть представлена идея, показаны пути ее развития. Наука не может развиваться без идеологии. Особую роль играет политика.

Современную криминологию можно называть «большой», я имею в виду теоретическую криминологию. В результате активно развивающихся процессов интеграции и дифференциации наук какие-то их части отпочковываются в самостоятельные отрасли. В криминологии базовой, то есть теоретической, должна быть «Большая криминология». Однако от нее уже отпочковываются учебные курсы «Криминология несовершеннолетних», «Семейная криминология», «Предупреждение преступности», на подходе «Виктимология» и т.д. Особо надо сказать о предупреждении преступности. Оно, в свое время выполнив свою роль, уже не может быть предметом криминологии. Если раньше мы писали, что криминология — наука о преступности и путях ее предупреждения, то сегодня мы уже можем говорить по-другому: это наука о преступности и личности преступника. А предупреждение преступности — междисциплинарная, комплексная учебная дисциплина. Предупреждение (или профилактика) — это функция всех уголовно-правовых наук: криминологическая профилактика, уголовно-правовая, профилактическая функции уголовного процесса, криминалистическая профилактика, уголовно-исполнительная, оперативно-разыскная. Все это особый комплекс. Ему должна соответствовать самостоятельная учебная дисциплина. Но надо иметь в виду, что основой основ предупреждения преступности является социальная профилактика.

Буквально несколько слов о самостоятельности науки криминологии. Некоторые «разговорчивые люди», видимо, резвятся, «поливая» криминологию «грязноватой критикой». Эти некоторые криком кричат, что нет науки криминологии. Они не криминологи, но зато (я это подчеркну) стали великими и все знают лучше всех. Но великие ли они? Однако преступность была, есть и будет, она вечна, криминология жила, живет и будет жить. И еще одно весьма важное обстоятельство: не «великие» создавали криминологию, не им разрушать ее. Разберемся сами.

Я понимаю, что штрихами о главном не скажешь. Мной затронуты лишь отдельные вопросы по принципу «пришла мысль» или «проблема требует внимания». Иногда из такого подхода тоже что-то получается. В любом случае я приму любую критику — так обычно пишут авторы. Но кто ее любит? И я не очень-то с трепетом отношусь к критике, однако переживу. Критикуйте.

Я благодарен всем, кто хотя бы подержит в руках и полистает эту работу.

Г.А. Аванесов

Isfic.Info 2006-2017